Божий народ - Григорий Климов

Он был американским банкиром, который, вовремя войны, почему-то стал генералом.

Он также был женат на еврейке и самоеинтересное было то, что его жена-еврейка была из шайки еврейских банкиров –Кун, Варбург и т. д., которые финансировали русскую революцию.

Поэтому, всё послевоенное правительство вГермании было построено по тому же самому принципу. Даже профессор Рейтер,Правящий бургомистр Берлина, оказывается, был полуевреем.

Я этого профессора Рейтера знал очень хорошо.Он тогда написал предисловие к моей книге «Берлинский Кремль». Но тогда никто,в том числе и я, не знали, что он был полуевреем…

– В побеждённую Германию евреи въехали набелом коне. Вы как-то упоминали, что практически всю немецкую печать американцыотдали в руки евреям. Евреи же, наняли на работу педерастов из немцев. Потом,из-за этого, был крупный скандал и судебный процесс в Мюнхене.

– Да. Я прожил в Германии 10 лет. И вВосточной и в Западной. Это, так сказать, была пора моей юности. Но всё это яузнал значительно позже.

Генерал Клей назначил первым канцлеромпослевоенной Германии Аденауэра, а потом выясняется, что и Аденауэр был тоже спрожидью.

А кто же назначил полуеврея профессора Рейтерана должность Правящего бургомистра Берлина? Его назначил полуеврей Аденауэр.Вот так и строится масонская пирамида.

Чтобы лучше понять всю эту проблему – заглянемв энциклопедический словарь Павленкова. Это – толстенная книга, вдвое толщеБиблии. Эта книга – очень хороший справочник.

Так вот, раскроем её на слове «Антисемитизм».Надо отметить, что этот энциклопедический словарь считался очень либеральнымизданием в 1913 году. Прочитаем же определение тогдашних либералов понятия«Антисемитизм»:

«… „Антисемитизм“ – это социально-политическоедвижение, направленное против евреев, как элемента, вносящего, в силу своихрасовых особенностей, религии, национальных черт и традиций разложение всовременную культуру».

Запомните эти слова – евреи несут разложение всовременную культуру. И это пишут либералы…

– И одновременно Ваш читатель-еврейговорит, что еврейство – это болезнь.

– А вот давайте посмотрим: болезнь этоили нет. Давайте теперь возьмём еврейский источник, газету «Новое русскоеслово» за 23 мая 1989 года. Автор Владимир Соловьёв, еврей из третьей евмиграции.Отдел «Среди книг».

Соловьёв пишет рецензию о новом, но уженашумевшем гении Америки Давиде Левите: «Когда, 6 лет назад, 23-летний ДавидЛевит…» и т. д.

Судя по имени и фамилии, это не простой еврей,а из левитов. Левиты были еврейскими священнослужителями. Отсюда целый кустфамилий – в Америке: Леви, Левит; а в России – Левицкие, Левитан, Левин ит. д.

Этого молодого еврейчика описывают, каквундеркинда. В 23 года он выпустил свою первую книжку и вся американская прессане поскупилась на похвалы. Рецензенты словно соревновались в комплиментахДавиду Левиту.

Писали о его элегантном, музыкальном стиле,искусстве владения сюжетом, знании жизни и психологии человека, умении вызыватьсострадание к своим героям… И это – о каком-то сборнике рассказов.

Кстати, ряд рассказов этого сборника касаетсягомосексуальности, где автор, с большой симпатией, отзывается о своих героях.Кто же были эти рецензенты? Да те же самые евреи.

Совсем недавно Давид Левит выпустил уже третьюсвою книгу – целый роман накатал. Вот цитата из рецензии Соловьёва: «Вамериканской словесности это то самое святое место, которое, как известно,пусто не бывает».

То есть, на святое место в американскойлитературе еврейские рецензенты проталкивают «своего» молоденького еврейчика.Вскоре после дебюта, Давид Левит получает престижную премию имени О. Генри.

А журнал «Эсквайр» (нужно сказать, что этожурнал для американских интеллектуалов) объявил Давида Левита «литературнымлидером нового, пока ещё не названного поколения…» – То есть, поколения ещёнет, а лидера уже подобрали?!

– Да. Они уже подводят фундамент длябудущего нобелевского лауреата. Его третья книга – это семейная хроника. Судяпо всему, он описывает свою собственную семью. Это – автобиографический роман.Издатель Вайденфельд, Нью-Йорк, 1989 год. Как видим, издатель – тоже еврей.

Так, о чём же этот роман? В романе главнымидействующими лицами являются мама, папа, дочка и сын. Роман начинается с того,что мама заболела раком и в течение 20 лет она от этого рака медленно умирает.

Собственно говоря, главным героем романа иявляется эта мама, энергичная, умная и хорошая. Отец же – мечтатель-неудачник.Ему уделяется гораздо меньше внимания.

Судя по всему, весь роман – это типичное делономер 69. Всё в нём наоборот – твёрдая мама и мягкий папа. А это – типично длягомосексуальных семей.

В нормальных семьях – отец мужественный,энергичный, а мать – мягкая, любящая. Это – естественно. Однако, в этом романе– всё наоборот: жена – мужик, и муж – баба.

Дочка Эсприл описана там, как суперсовременнаядевица, вместилище самых современных феминистических идей.

Если вы слышите слово «феминистка» то этообычно маскировка, за этим обычно кроется лесбиянство. В открытую называть себялесбиянкой не совсем удобно вот они сами себя и называют феминистками, борцамиза права женщин.

Так вот, Эсприл, оказывается, была та самаяфеминистка. Она, желая во что бы то ни стало, быть независимой от мужчин,забеременела, при помощи искусственного осеменения. Вот такая вот фокусница.

Причём, отцом будущего ребёнка стал гомосексуалист.Но тут – неувязка. На практике, по законам Высшей Социологии да и из моегособственного опыта, бывает немножко иначе.

Обычно, такая женщина-феминистка с нормальныммужчиной не уживётся.

Она действительно выходит замуж за педераста,но зная то, что ребёнок от этого педераста будет тоже гомосексуален, и чтобыизбежать этого, она обычно делает себе искусственное осеменение от нормальногодонора – чтобы понизить шансы дегенерации на 50%.

Так что мы наблюдаем в романе знакомую историю.А как же сын? Вот вам цитата: «Растут дети. Но растут, с традиционнойродительской точки зрения, не так: вкривь и вкось…» О гипертрофированномфеминизме Эсприл я уже упоминал. Что же касается сына Дани (т. е. Даниель,еврей), то с ним, вроде бы, всё в порядке. Он – вполне удачливый нью-йоркскийадвокат.

У него свой дом в богатом пригороде Нью-Йорка.Но он в этом доме живёт… со своим коллегой, тоже вполне респектабельнымадвокатом и оказывается: они любят друг друга. Итак, мы узнаем, что это – два педераста.