Почему Америка и Россия не слышат друг друга? Взгляд Вашингтона на новейшую историю российско-американских отношений - Анджела Стент

Спустя месяц после инаугурации Ющенко определился следующий – хотя и более неожиданный – кандидат на «цветную революцию»: Кыргызстан. Правда, на сей раз Соединенные Штаты и Россия не находились по разные стороны политического спектра, и потому «тюльпановая революция» не вызвала крупных разногласий между ними.

После развала СССР Средняя Азия развивалась неравномерно. Этот регион, расположенный в сложной, но стратегически важной местности, располагающий существенными природными ресурсами, служил предметом серьезного интереса как для Москвы, так и для Вашингтона. Хотя все пять государств региона были авторитарными режимами с клановыми группировками во главе, Кыргызстан представлялся наиболее плюралистичным из них: управление многонациональным государством со значительной долей узбекского населения предполагало необходимость договариваться с конфликтующими кланами севера и юга, а также Ферганской долины, где ситуация была весьма нестабильной{323}. С момента обретения независимости Кыргызстаном руководил Аскар Акаев, физик по образованию; со временем страна все больше погружалась в авторитаризм и коррупцию, сыновья и дочь Акаева получили под свой контроль самые лакомые активы государства{324}. Продемонстрированное Акаевым неумение справиться с народными протестами 2002 года[34]и слухи, что на выборах 2005 года он намерен завести себе «карманный парламент» и внести изменения в конституцию, позволяющие ему снова избраться на пост президента, вызвали большие сомнения в том, что он добровольно уйдет из власти по окончании своего президентского срока. Страхи эти усилились, когда ведущие оппозиционные политики, например бывший посол Киргизии в США Роза Отунбаева, были отстранены от руководства. Пост Отунбаевой достался дочери Акаева – Бермет.

За двумя турами парламентских выборов в феврале и марте 2005 года – по общему мнению, сфальсифицированных – массовые протесты охватили столицу страны Бишкек, расположенный на юге город Джалал-Абад и город Ош в Ферганской долине. Протестующие захватили правительственные здания, полиция применяла против них силу, а в Бишкеке началось массовое мародерство. Протесты охватили всю страну. В отличие от Грузии и Украины в Кыргызстане не было очевидного лидера, а оппозиция была расколота по этническим мотивам. Более того, в столице бушевали насилие и хаос. Кончилось тем, что Акаев вместе со своим семейством через Казахстан улетел в Россию. В стране прошли новые президентские выборы, убедительную победу на которых одержал бывший премьер-министр Курманбек Бакиев. Он занимал президентский пост до 2010 года, когда его свергли в ходе очередной мини-революции. Как и на Украине и в Грузии, одна из группировок расколотой киргизской элиты одержала верх над другой{325}.

Интерес администрации Буша к Кыргызстану был обусловлен главным образом значимостью этой страны как места расположения военной базы для военных действий в Афганистане. Американская военно-воздушная база в аэропорту Манас близ Бишкека была открыта в 2001 году и служила жизненно важным звеном транспортной системы во время войны в Афганистане. Отношение общественности к американской базе было в целом положительное, поскольку она обеспечивала возможность трудоустройства. За пользование сооружениями и инфраструктурой базы США платили Кыргызстану по $50 млн в год. Кондолиза Райс охарактеризовала базу в Манасе как «передний край в войне с терроризмом», и администрация Буша поначалу тревожилась, как бы «тюльпановая революция» не поставила под удар присутствие США в Киргизии. Впрочем, вскоре стало понятно, что новое руководство проявляет такой же живой интерес к лакомым контрактам на обслуживание базы, как и его предшественники.

В первом приближении события в Кыргызстане вроде бы тоже подтверждали обоснованность «Программы свободы». Правда, в отличие от Украины и Грузии в стране не выявился однозначно прозападный оппозиционный лидер, а надеяться, что Курманбек Бакиев затеет реформы, особо не приходилось. Таким образом, в военном смысле ставки были высоки, однако «тюльпановая революция» не рассматривалась как предмет для соперничества между Россией и Западом, как это было в ходе «революции роз» и «оранжевой революции».

Для Москвы Киргизия представляла гораздо меньшую значимость, чем Грузия и Украина. В 2003 году Россия разместила военную базу в южной части Кыргызстана, в Канте, и рассчитывала, что она останется там навсегда. Ввиду того что президент Бакиев подчеркивал необходимость поддерживать близкие отношения с Россией, свержение режима Акаева, по словам чиновников из Москвы, не рассматривалось как антироссийский шаг. Государственное новостное агентство «РИА Новости» заявляло, что в Бишкеке «рука Запада» не столь очевидна, как в Тбилиси и Киеве, и значит, Райс и Лавров могли бы «найти общий язык» относительно событий в Кыргызстане{326}. Таким образом, «тюльпановая революция» и последовавшие за ней события не стали источником обострения напряженности между Вашингтоном и Москвой. Чего никак не скажешь о событиях, которые развернулись в том же году в Узбекистане.