Грабь Россию! Новая приватизация Путина - Лев Сирин

На основании Указа Президента Российской Федерации от 31 августа 1995 г. № 889 «О порядке передачи в залог акций, находящихся в федеральной собственности», а также указов Президента Российской Федерации от 30 сентября 1995 г. № 986 «О порядке принятия решений об управлении и распоряжении находящимися в федеральной собственности акциями», от 02 ноября 1995 г. № 1067 «О сроках реализации акций, находящихся в федеральной собственности и передаваемых в залог в 1995 году», от 07 декабря 1995 г. № 1230 «Вопросы передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности» за период с 4 ноября по 28 декабря 1995 года Министерство финансов Российской Федерации заключило 12 договоров кредита под залог акций с победителями аукционов на право заключения договоров кредита, залога находящихся в федеральной собственности акций и их комиссионной продажи.

Счетная палата в конце 1995 года по итогам комплексной проверки деятельности органов приватизации (Госкомимущества России, РФФИ и Федерального управления по делам о несостоятельности) направила информационные письма в адрес Председателя Правительства Российской Федерации, председателя Госкомимущества России, Председателей Совета Федерации и Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, Генерального прокурора Российской Федерации и Министра юстиции Российской Федерации, в которых высказала позицию о неэффективности залоговых аукционов и необходимости отказа от их проведения. В частности, было отмечено, что сумма кредитов, полученных от передачи в залог федерального имущества, была эквивалентна сумме временно свободных валютных средств федерального бюджета, размещенных в это время Минфином России на депозитных счетах коммерческих банков, ставших затем победителями в залоговых аукционах.

Так, например, временно свободные средства Минфина России были размещены:

– в АБ «Империал» – в размере 80 млн долларов США при общей сумме в двух договорах кредита в 48,3 млн долларов,

– в «Столичном банке сбережений» – 137,1 млн долларов при сумме кредита в 100,3 млн долларов США,

– в банке «Менатеп» – 120 млн долларов при общей сумме двух договоров кредита в 163,125 млн долл. США.

В соответствии с «Обязательными условиями договора кредита», утвержденными Указом Президента от 31 августа 1995 г. № 889, погашение заемщиком обязательств по договорам кредита осуществлялось из средств федерального бюджета без указания финансового года. Однако во всех договорах кредита было указано, что погашение осуществляется из средств федерального бюджета 1995 года, что фактически означало следующее: вместо передачи акций в залог, т. е. во временное использование федеральной собственности, происходила запланированная продажа акций.

Таким образом, сделки кредитования Российской Федерации под залог акций государственных предприятий могут считаться притворными, поскольку банки фактически «кредитовали» государство государственными же деньгами. Минфин России предварительно размещал на счетах банков – участников консорциума средства в сумме, практически равной кредиту, а затем эти деньги передавались Правительству Российской Федерации в качестве кредита под залог акций наиболее привлекательных предприятий. В результате банки, «кредитовавшие» государство, смогли непосредственно либо через аффилированных лиц стать собственниками находившихся у них в залоге пакетов акций государственных предприятий.

Среди прочих нарушений, выявленных в сфере приватизации предприятий через механизм залоговых аукционов, можно выделить следующие.

Вопреки Правилам проведения аукционов на право заключения договоров кредита, залога находящихся в федеральной собственности акций коммерческие банки не направляли кредитные средства на счет в Центральном банке Российской Федерации. Фактически средства оставались в тех же коммерческих банках, но на специальных счетах (т. н. блокированные счета Минфина России в «Онэксимбанке» и в банке «Империал», валютные счета Минфина России в «Онэксимбанке» и в банке «Менатеп» и т. п.).

В нарушение установленного порядка, предполагающего предоставление кредита целиком и в рамках одного финансового года, кредитные средства нередко направлялись частями, а выплаты растягивались. Так, например, договор кредита от 13 декабря 1995 г. № 8-КЗ с Новороссийским морским пароходством предусматривал предоставление кредита порциями (80 % и 20 %), причем два договора были заключены со сроками предоставления кредита, выходящими за пределы 1995-го финансового года.

Анализ состава участников аукционов и их гарантов показал, что в большинстве случаев состязательность при проведении аукционов не предполагалась. Из 12 аукционов лишь в четырех сумма кредита существенно превысила начальную цену. В остальных случаях начальная цена была превышена чисто символически, при этом или оба участника имели одного и того же гаранта, или один из участников являлся и гарантом остальных, или оба участника являлись гарантами друг друга.

Таким образом, в результате проведения залоговых аукционов отчуждение федеральной собственности было произведено по значительно заниженным ценам, а конкурс фактически носил притворный характер.

7. Аналогичные нарушения, связанные с занижением стоимости продаваемых активов и неэффективностью продаж, были в массовом порядке выявлены и на региональном уровне.

Например, в 1999 году Комитет по управлению имуществом Тверской области принял решение о продаже 19 объектов недвижимости, совокупная стартовая стоимость которых составляла 7437,0 тыс. рублей. В итоге продано было 14 объектов на сумму 5513,6 тыс. рублей. Выручка от реализации объектов превысила совокупную начальную цену продажи всего на 5 %. При этом на содержание Комитета и Фонда имущества Тверской области было направлено 4,5 % полученных от приватизации средств.

2.2.4. Отсутствие системы внешнего независимого контроля предприватизационной подготовки государственных активов и приватизационных сделок

Уже неоднократно отмечалось, что на протяжении 1993–2003 гг. в Российской Федерации не было создано действенной системы внешнего, независимого контроля процессов приватизации в соответствии с международными стандартами и требованиями.

Если до 1995 г. такая система не была сформирована, поскольку в стране объективно отсутствовал государственный орган, осуществляющий внешний финансовый контроль (несмотря на то что его создание прямо предусмотрено Конституцией Российской Федерации), то с момента возникновения Счетной палаты проблемы с отсутствием независимого контроля носят уже субъективный характер и связаны, по всей видимости, со стремлением органов исполнительной власти сохранить «свободу рук» в процессе приватизации.

Так, несмотря на принятие Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-3 «Об акционерных обществах», статья 77 которого прямо требовала привлечения уполномоченного органа государственного финансового контроля для составления заключений о результатах независимой оценки рыночной стоимости акций при их отчуждении из государственной собственности, продажа государственных активов во второй половине 90-х годов осуществлялась практически без участия Счетной палаты.