Законы Трампа. Амбиции, эго, деньги и власть - Майкл Краниш

Чем больше Spy ударял его, тем больше Трамп бил в ответ. Он сказал «Плейбою», что Spy – это «кусок мусора». Он постоянно угрожал подать на журнал в суд. Он сказал Лизе Смит из Ньюс, что Spy закроется через год; Spy приняли прогноз и добавили ежемесячное свойство: обратный отсчет до их собственного вымирания. «Он сделал все это похожим на летний спорт», – сказала бывший редактор Spy Сьюзан Моррисон. «Было так забавно потешаться над ним. Это было похоже на травлю медведя, потому что он отвечал и писал нам письма и называл неудачниками. Он был подарком, который не переставал дариться». Журнал не просто потешался над Трампом с помощью изобретенных эпитетов. Spy проверили факты финансовых заявлений Трампа, сделанных в Трамп: Искусство сделки, и в 1990 году включили его в свой шуточный эксперимент, «Самый дешевый мультимиллионер Америки». Журнал создал компанию – Национальный клиринговый дом Возмещения убытков – и, начиная с 1,11 доллара, отправляли чеки уменьшающейся суммы десяткам хорошо известных состоятельных людей. Когда Spy дошел до самого своего маленького чека на возврат средств – на тринадцать центов – только двое людей внесло их: Аднан Хашогги, оружейный барон и миллиардер из Саудовской Аравии, и Трамп. (Годы спустя, Сингер из Нью-Йоркера, кто стал целью Трампа после того, как написал о нем критическую характеристику, отправил почтой Трампу чек на 37,82 доллара, так же как шутку. Трамп внес его.)

Прогноз Трампа касательно закрытия Spy внезапно оказался правдивым; журнал резко развернулся в 1994 году, затем закрылся к лучшему в 1998 году. Хотя оскорбления Spy оставили долгое послевкусие. В течение многих лет Картер, который стал редактором Vanity Fair, периодически получал фотографии Трампа, вырванные из журналов и газет, отправленные Трампом, который обводил изображения своих рук золотым. Самое позднее, в апреле 2015 года, Трамп отправил картинку с прикрепленной запиской: «Видишь, не такие уж и короткие!» Картер отправил ее обратно со своей запиской: «Вообще-то, очень короткие».

В конце 1989 года кто-то отправил фотографию светловолосой модели по имени Марла Мэйплс в новостной отдел The New York Post с запиской, что женщина встречается с известным женатым бизнесменом. Мэйплс представляла собой небольшой интерес для таблоидов; она была вернувшаяся домой королева из Далтона, Джорджия, столицы ковров Америки, которая позировала для производителя керамической плитки и Дэльта Эирлайнс перед тем, как она приехала на Манхэттен и сняла квартиру-студию с арендной платой в 400 долларов в месяц в Челси, решительно настроенная заниматься тем же в большом городе. Но «Страница Шесть» опубликовала ее фотографию, с короткой таинственной заметкой, потому что пошел слух, что у модели интрижка с «деловым магнатом» – Дональд Трамп изменял Иване.

В новостном офисе The Post было сказано, что данная история непозволительна. Мёрдок продал журнал Питеру Каликову, застройщику недвижимости, который был дружен с Трампом. Сотрудник The Post как-то зашел в офис к Каликову и услышал, как Трамп по телефону ругает издателя за то, что в его понимании было отрицательным освещением. Когда это дошло и до Каликова, что некоторые из его репортеров преследуют слухи о супружеской неверности Трампа, он сказал Лу Колазуонно, руководящему редактору газеты: «Мы не можем развить эту историю». «Но почему нет?» – спросил редактор. «Пожалуйста, – сказал Каликов. – Меня дома будет ждать столько горя». Он объяснил, что его жена была близка с Иваной, и его газета просто не может быть той, которая предаст гласности проблемы по слухам в браке.

В ее домашнем офисе на Восточной тридцать восьмой улице Лиз Смит слышала те же сплетни. Смит регулярно писала о Трампах более десятилетия. Она общалась с парой, путешествуя с ними на их личном самолете, посещая их семейные годовщины, свадьбы, дни рождения. Когда Трамп навел новый блеск в Мар-а-Лаго, Смит провела выходные в усадьбе с группой подруг Иваны, включая и Барбару Уолтерс из канала АВС. Смит не делала секрета из ее дружбы, и, когда имя Дональда появлялось в ее колонках, оно часто препровождалось двумя словами: «мой приятель». Это могло беспокоить специалистов по этическим вопросам журнализма, но Смит объясняла это тем, что она была обозревателем сплетен, а не «коренным журналистом». В любом случае, Смит нравился Трамп. Когда они случайно встречались на вечеринках, он всегда обнимал ее, потом разворачивал лицом к другому человеку и говорил: «Она лучше всех! Не она ли лучше всех?» – действие, которое Смит всегда вгоняло в краску и немного милое, принимая во внимание фобию Трампа относительно микробов.

В 1990 году Смит позвонила Дональду и сказала ему, что повсюду ходит «сильная история» о его изменах Иване. Она пыталась уговорить его дать ей эксклюзив, предлагая напечатать его в той форме, которая не будет «слишком подстрекающей». Дональд не отрицал слухи, но он не был готов придавать их общественности. Спустя несколько недель Смит отправила Трампу письмо: «Отдай мне эту историю, или ты окажешься в месте, намного худшем, чем колонка Лиз Смит». Трамп так и не ответил.

В начале февраля в то время, как Смит сидела за своим столом, срочно составляя колонку, ей позвонила Ивана. Дональд был в Японии, чтобы посмотреть на бой Майка Тайсона и поговорить с японскими инвесторами о покупке «Плаза Отеля». Ивана пригласила Смит встретиться, и когда та приехала, Ивана была в слезах. Она рассказала Смит всю историю. Еще до того, как Ивана узнала об измене, Дональд сказал ей, что он потерял к ней сексуальный интерес, и даже серия пластических операций, которую она сделала недавно, не принесла изменений. Теперь, как и ее муж, Ивана не хотела предавать гласности эту любовную интригу. Она боялась, что, когда Трамп неизбежно уйдет, то он уведет с собой и таких друзей, как Смит и Барбара Уолтерс. Смит постаралась развеять страхи Иваны и убедить ее позвонить известному публицисту, Джону Сканлону. Они втроем разработали план. В пятницу, 9 февраля 1990 года, Смит отправила курьером свою колонку из квартиры своему редактору в Ньюс. Она прикрепила записку, наполовину шутливую: «После того как Дональд сойдет с борта самолета (из Японии) вечером в воскресенье, боюсь, что он убьет ее – или меня».

«Эксклюзив! Любовь на краю гибели» – заголовок во всю ширину первой страницы в воскресенье, рядом с улыбающейся фотографией Смит. История внизу имела немного деталей, но она сопровождалась биографией Дональда и хронологически расположенными событими за всю историю двенадцатилетнего брака с Иваной – полные две страницы были в распоряжении пары. «Брак Иваны и Трампа, кажется, находится на краю гибели, и внутренний источник сообщил, что адвокаты уже принялись за попытки разделить комплексные холдинги Трампа», – писала Смит.

Неясно, кого история взбесила больше: сотрудников The Post, которые хотели осветить ее, или Дональда. После того как история наконец-то всплыла наружу, Каликов дольше стоял на пути. Старомодная таблоидная война началась. Лишь спустя несколько месяцев редакторы Смит позволят ей писать о чем-либо другом. После того как газета привлекла армию репортеров к работе над историей, редактор объяснил Смит: «Если это не таблоидная история, тогда таблоидов не существует вовсе». На следующий день первая страница The Post кричала: «Разрыв». История внутри предлагала версию Дональда: он уже ушел от Иваны. Источник, описанный как «один близкий друг» Трампа, приводил это высказывание Дональда: «мне нравится Ивана, но мы отдаляемся друг от друга. Ее уровень высокомерия с годами вырос в плохую сторону». The Post сообщали, что больше всего разозлило Трампа даже не то, что его брачные дела предали огласке, а скорее одна фраза из истории Смит: «Мегазастройщик чуть, в прямом смысле слова, не получил апоплексический удар из-за одной статьи в газете, предполагающей, что Ивана – его партнер по бизнесу».