Осколки эпохи Путина. Досье на режим - Андрей Савельев

Современная «демократическая Россия» вылупилась на свет калекой без рода-племени, образовавшись на развалинах коммунистического режима в результате антигосударственного мятежа. Мятеж был организован группой лиц, в которой номинальным лидером был президент РСФСР Б.Ельцин. В дальнейшем уродец присвоил себе историческое имя «Россия», не имея к этому имени ни малейшего отношения. Во всем противоположный исторической России ельцинский режим жил исключительно мятежами.

Самый жестокий мятеж — расстрел парламента из танковых орудий в 1993 году. За организацию этого мятежа до сих пор никто не ответил, правовой оценки событий, в которых погибло множество людей, не было дано. Ельцин отправился в мир иной, возможно, и не по естественным причинам, но уж точно его место в истории не было по заслугам обозначено российскими властями. Происходившее в России в 1990–1993 гг. я постарался описать в книге «Мятеж номенклатуры», которой особенно недовольны были московские власти, а читатели мгновенно раскупили тираж книги, вышедшей в середине 1995 года.

Тихий мятеж произошел в России в 1996 году, когда Ельцин, проиграв президентские выборы, поручил своему окружению объявить о победе, оправдывая обман народа необходимостью «не допустить коммунистического реванша». Организация выборов в 2007–2008 гг. также говорит об антигосударственном заговоре и фальсификации итогов голосования силами разветвленной преступной организации, которая была возглавлена высшими должностными лицами страны.

Таким образом, Россия живет в обстановке мятежей, когда власть узурпируется, а не передается по праву. Причем происходит это не только на всероссийском уровне, но и на уровне регионов, где множество мелких мятежей кажутся ничтожными в сравнении с многолетним мятежом, в Чеченской Республике. О первой Чеченской войне 1994–1996 гг. я написал книгу «Чеченский капкан», включив в нее записи бесед с участниками боев и раскрыв механизм содействия мятежникам со стороны «либеральной общественности» и властных кругов, оккупировавших Кремль. В ходе второй Чеченской войны 1999–2002 по просьбе Дмитрия Рогозина, который тогда был председателем Думского комитета по международным делам и отбивал нападки европейских недоброжелателей нашей страны, я подготовил доклад «Черная книга Чеченской войны», где в тезисной форме описал ситуацию в Чечне с 1991 года и дал анализ каждого этапа развития мятежа с точки зрения нарушения прав граждан и преступлений против человечности. В феврале 2001 года по итогам «мозгового штурма», проведенного в Фонде «Русский проект», я составил краткую аналитическую записку «Что делать правительству в Чечне?», которую мы направили в Кремль, но не получили оттуда никакого отклика. В записке положение в Чечне оценивалось как мятеж, и давались рекомендации по пресечению мятежа.

В 2001 году мы видели, что повторяются ошибки 1996 года, когда Россия фактически капитулировала перед бандитами, закладывая условия новой войны, бросая в плену своих солдат, отдавая оставшееся русское население Чечни на убой. Никто нас не слушал, и с боевиками старались договариваться. В 2004 году, став депутатом Госдумы, я попытался вновь обратить внимание органов власти на абсурдность подходов, применяемых в Чечне. Депутатским запросом я направил в Совет Безопасности наш материал, три года назад безвестно сгинувший в недрах Администрации Президента.

На тот момент ситуация повторялась с той же трагичной последовательностью, как и в 1996 при заключении так называемого «Хасавьюртовского мира». Видимая военная победа не привела к установлению мира и лояльности со стороны большинства населения. Армия, не ведущая войны и находящаяся во враждебном окружении, продолжала разлагаться. Повторялась тупиковая тактика блокпостов, которые обороняют сами себя и служат объектом провокаций со стороны мелких групп повстанцев. Повторялась бесперспективная политика назначения на административные посты чеченских «авторитетов», не способных внушить чеченцам стремления к мирному труду. Восстановление Чечни велось без учета реальной ситуации и лишь порождало коррупцию и казнокрадство. Непризнанная и неузнанная война без границ позволяла списывать на нее все затраты и обесценивать любые действия власти.

В этой ситуации власти вновь предлагалось определиться со стратегией, поставив первоначально «диагноз» явлению, с которым столкнулась Россия в Чечне. Неверно поставленный диагноз вел к неверной стратегии, которая могла быть успешной лишь эпизодически.

Диагноз: мятеж с целью захвата власти и отторжения от страны части ее территории.

Особенность: Мятеж есть форма уголовного преступления, которая отличается от бандитизма вовлечением в преступную деятельность больших масс населения и требует от правоохранительных органов и государства в целом особого поведения. Невозможность применения обычных уголовных норм принуждения требует сочетания «кнута» и «пряника» с целью склонить участвующие в мятеже массы к повиновению легитимной власти.

Текущая фаза мятежа: Мятеж находится в латентной стадии в связи с уничтожением регулярных формирований мятежников. Попытка создания гражданских органов управления с участием бывших участников мятежа дает им возможность для подготовки нового всплеска активности. Последнее возможно в связи с сохранением вовлеченности в мятеж масс чеченского населения не только на территории Чечни, но и на территории всей России и за ее пределами (диаспора).

Политика «кнута»:

Общий принцип: В условиях мятежа действует презумпция виновности на всей территории, охваченной мятежом. Это означает, что любое лицо, не находящееся на службе в государственных органах, занятых подавлением мятежа, находится под подозрением.

Репрессивные мероприятия:

1. Ограничение мобильности населения, втянутого в мятеж: запрет на передвижение на личном автотранспорте (запрет продажи бензина, изъятие и хранение автоаккумуляторов на охраняемых складах, изъятие транспортных средств у нарушающих запрет), запрет на движение группами, запрет на въезд и выезд с территории республики (прекращение свободного пассажирского сообщения). Комендантский час на всей территории. В неспокойных зонах — полный запрет на перемещение вне населенных пунктов.

2. Установление полного контроля за распределением продовольствия: закрытие рынков и любых форм частной торговли продовольствием. Распределение продовольствия только через административные структуры и только для оседлого населения, учтенного в каждом населенном пункте.

3. Снятие моратория на смертную казнь. В условиях мятежа этот мораторий есть прямое поощрение к убийству госслужащих и лояльных граждан.