Смерть денег. Крах доллара и агония мировой финансовой системы - Джеймс Рикардс

Современному западному взору Китай предстает монолитным джаггернаутом, готовым завладеть Восточной Азией и превзойти Запад в богатстве и объеме производства за считаные годы. В действительности Китай – это хрупкая конструкция, которая может легко обрушиться в хаос, как это много раз случалось прежде. Никто не знает это лучше, чем сами китайцы, которые понимают, что будущее Китая крайне неопределенно.

Китай – это самая длинная непрерывная цивилизация в мировой истории, включающая 12 крупных династий, множество мелких, сотни правителей и политических режимов. Будучи далеко не однородным, Китай состоит из бесчисленных культур и этнических групп, объединяя в себе тесную, сложную сеть регионов, крупных и мелких городов и деревень, связанных торговлей и инфраструктурой, которая избежала периодических разрывов последовательности других великих цивилизаций, от ацтекской до зимбабвийской.

Основной вклад в долговечность китайской цивилизации внес колеблющийся характер правления, состоящий из периодов централизации, за которыми следовали периоды децентрализации, а затем восстановление централизации и так далее, тысячелетие за тысячелетием. Эта история напоминает движение меха аккордеона, расширяющегося и сокращающегося в ходе исполнения одной и той же песни. Тенденция к децентрализации с политической точки зрения дала китайской цивилизации прочность, необходимую, чтобы избежать полного краха центра, характерного для Рима и инков. Напротив, способность к централизации с политической точки зрения предотвратила тысячи локальных узлов от превращения в аграрную мозаику, хаотичную и разъединенную. Китай переживает взлеты и падения, но так и не исчезает.

Знание китайской истории централизации, дезинтеграции и вновь возникающего порядка необходимо для понимания сегодняшнего Китая. Западные финансовые аналитики часто подходят к Китаю с преувеличенным доверием к рыночным данным и недостаточной исторической перспективой/справкой для того, чтобы понять культурную динамику Китая. Философ династии Чжоу Лао-цзы выразил китайское восприятие истории в «Дао Дэ Цзин»: «Все вещи расцветают и возвращаются к своему началу»^[96].^[97] Учитывать эту точку зрения по-прежнему важно и сегодня.

Централизованные древние династии включают Чжоу (примерно с 1100 г. до н. э.), Цинь (с 221 г. до н. э.) и Хань, которая следовала сразу за Цинь и длилась до 220 г. н. э. В средний период китайской цивилизации пришли централизованные династии Суй в 581 г. н. э. и Тан, которая последовала за Суй в 618 г. Следующее тысячелетие характеризовалось скорее политической централизацией, чем беспорядком, под властью четырех великих династий. Первой была легендарная династия Юань Хубилая^[98] в 1271 г., затем Мин в 1378 г., Цин в 1644 г. и коммунистическая династия в 1949 г.

Знаменитые эпизоды децентрализации и раздора включают Эпоху воюющих царств примерно в 350 г. до н. э., когда 14 царств стражались за власть на территории между реками Янцзы и Хуанхэ. Шестьсот лет спустя, в 220 г. н. э., началась еще одна фаза децентрализации: Эпоха троецарствия Вэй, Шу и У, за которой последовало соперничество между теряющей свои позиции династией Цинь и возвышающейся Цзинь. Периодическая нестабильность длилась в VI в. н. э., когда сражались династии Чэнь, Северная Чжоу, Северная Ци и Западная Лян, а затем наступил еще один период объединения с династией Суй. Финальный период разрозненности возник около 923 г. н э., когда восемь царств сражались за власть в Восточном и Центральном Китае.

Однако раздор не ограничивался долгими периодами децентрализации. Даже периоды централизации включали стадии нарушения общественного порядка, иногда их подавляли, а иногда они отмечали беспорядочную смену династий. Возможно, самым опасным из этих эпизодов было восстание тайпинов с 1850-го до 1864 г. Первопричины этого восстания, превратившегося в гражданскую войну, сегодня кажутся невероятными. Кандидат в административную элиту Хун Сюцюань неоднократно безуспешно сдавал императорский экзамен в конце 1830-х, что положило конец его возможности войти в число ученых, которые составляли элиту. Позднее он объяснил этот провал видением, которое поведало ему, что он – младший брат Иисуса. С помощью друзей и священника он начал кампанию по изгнанию из Китая «дьяволов». На протяжении 1840-х он привлек множество последователей и начал развивать местную автономию в противовес царствующей династии Цин.

К 1850 г. местная религиозная секта Хуна превратилась в сплоченную военную силу и начала одерживать значительные победы над войсками Цин. Было провозглашено «Тайпинское небесное царство» со столицей в Нанкине. Небесное царство осуществляло власть над более чем 100 миллионами китайцев на юге и в августе 1860 г. отправилось на штурм Шанхая. Атака на Шанхай была отбита войсками Цин, командирами и советниками которых на этот момент были европейские военачальники, и пополненными западными войсками и вооружением. К 1864 г. восстание потерпело крах, но цена была велика. Ученые оценивают количество убитых в ходе восстания в 20-40 млн чел.

Сходный период хаоса возник в так называемую Эру милитаристов с 1916-го по 1928 г., когда централизованное управление в Китае существовало только номинально. За власть боролись 27 группировок, возглавляемых милитаристами, которые заключали и разрывали альянсы в различных сочетаниях. И только когда Чан Кайши и Национально-революционная армия наконец победили мятежных милитаристов в 1928 г., установилось подобие единства. Даже тогда Коммунистическая партия Китая, в которой Чан провел безжалостную чистку в 1927 г., умудрилась выжить в южных анклавах, перед тем как предпринять Великий поход, стратегическое отступление от атакующих националистских войск, наконец укрывшись в провинции Шэньси в Северо-Западном Китае.