Путин, учись у Сталина! Как спасти Россию - Дмитрий Верхотуров

В 1934 году уже существовали и работали шесть подобных энергоузлов[86]:

При этом они опережали самую крупную в Европе энергосистему – Rheinisch-Westfälische в Германии, которая имела суммарную мощность в 1,26 МВт и вырабатывала 2,78 млрд. кВт•ч. Московская энергосистема вплотную приблизилась к крупной американской энергосистеме – Commonwealth Edison Co., которая вырабатывала 3,8 млрд. кВт•ч электроэнергии. Второй пятилетний план ставил задачу дотянуться до самой мощной американской энергосистемы – Niagara Hudson Power Corp. System, которая была одновременно и самой мощной в мире. В 1937 году объединенная энергосистема Центрального района должна была иметь 2 млн. кВт мощности и вырабатывать 8 млрд. кВт•ч электроэнергии. По мощности она должна была превысить Ниагарскую систему с мощностью 1,68 млн. кВт и приблизиться к Нью-Йоркской с мощностью в 2,36 млн. кВт[87].

Во-вторых, планировалось мощное транспортное строительство, включающее развитие железных и автомобильных дорог, водного и воздушного транспорта, которые должны были обеспечить надежную связь между всеми основными промышленными районами.

В-третьих, планировалось строительство колоссального по масштабам производственного комплекса, который состоял из 1000 объектов тяжелой промышленности, 250 объектов легкой промышленности, 268 объектов пищевой промышленности и 150 объектов лесной промышленности[88]. К примеру, среди объектов тяжелой промышленности было 79 электростанций, 151 машиностроительный завод, 25 нефтеперегонных заводов, 130 мартеновских и 45 доменных печей, 108 прокатных станов, 258 угольных шахт, 37 рудников, 24 комбинатов цветной металлургии. Причем этот комплекс закладывался с «запасом» производственной мощности, но должен был быть достроен в течение пятилетки, включая тот недострой, который перешел с первой пятилетки. Об этом в тексте плана говорилось прямо: «При вводе в эксплуатацию новых основных фондов стоимостью 7 млрд. рублей план намечает создание в машиностроении, особенно в решающих производствах, значительных резервных мощностей»[89]. Эти резервные мощности должны были быть задействованы позже, главным образом для производства вооружений.

Это производство, как пускаемое в ход, так и резервное, должно было быть обеспечено сырьем и топливом. Потому был даже составлен план прироста запасов основных видов полезных ископаемых за счет геологических разведок, главным образом за счет детальной разведки уже открытых и даже разрабатываемых месторождений. К 1932 году уже накопилась устойчивая практика, что детальные работы приводят к значительному увеличению запасов.

Геологи должны были разведать:

железной руды – 3 млрд. тонн, в т. ч. 1,2 млрд. тонн новыми работами

марганцевой руды – 15–20 млн. тонн,

меди – 1,2 млн. тонн

цинка – 8,8 млн. тонн

свинца – 8,8 млн. тонн

никеля – 224 тысячи тонн,

угля – 10,8 млрд. тонн

нефти – 300 млн. тонн[90].

Как видим, большое внимание уделялось укреплению рудно-сырьевой базы для черной и цветной металлургии, а также угольной промышленности. Плановики присматривались к возможностям создания новых угольно-металлургических баз в дополнение к первой (Донецкий район) и второй (Урало-Кузнецкий комбинат).

Это было одной из главных целей: «Таким образом, в интересах равномерной индустриализации лежит создание в более отдаленной перспективе собственной металлургической базы во всех основных районах Союза ССР»[91]. Для этого первоначально нужно было разведать запасы угля и железной руды в этих районах, в первую очередь на Севере европейской части СССР, в Сибири, в Казахстане и на Дальнем Востоке.

В области машиностроения на главное место были поставлены оборонительные соображения: «При планировании размещения машиностроения должна быть проведена сугубая дифференциация видов машиностроения под углом требования обороны СССР…»[92]. Иными словами, требовалась специализация машиностроительных предприятий (вплоть до выделения заготовительных операций, таких как литье, поковки, на отдельные специализированные предприятия) и такое распределение предприятий по территории страны таким образом, чтобы в случае войны не лишиться ключевых отраслей машиностроения. Во второй пятилетке готовится сдвиг машиностроения на Урал и в Сибирь, что сыграло огромную роль во время Второй мировой войны.

Эти предложения касались не только промышленности, но и лесного и сельского хозяйства. Резолюция конференции предписывала передвинуть заготовку деловой древесины в Западную и Восточную Сибирь. В отношении сельского хозяйства планировалось расширение зернового хозяйства в целях достижения уровня производства зерна в 1300 млн. центнеров[93].

С первых же шагов составления второго пятилетнего плана Госплан призывал к строительству крупных производственных единиц – комбинатов, которые считались преобладающим типом социалистических предприятий[94].

И. Т. Смилга в мае 1932 года уже после этой конференции специально разъяснил, как нужно относиться к развитию индустрии: «Для размера это имеет следующее значение: а) строительство сразу должно планироваться в крупном масштабе, хотя бы оно и развивалось в новом и необжитом районе; б) вопрос эффективности вложений должен решаться по отношению не к одному предприятию, входящему в комбинат, а по отношению к комбинату в целом»[95].