Грязные войны. Поле битвы - Земля - Джереми Скейхилл

Вновь продемонстрировав одно из качеств, в свое время обеспечивших стремительный взлет компании Blackwater, Эрик Принс понял, что случившееся открывает перед ним новые возможности. В 2009 г. Blackwater заключила сделку с правительством Джибути^[2456]. В соответствии с договором компания получила право базировать на территории Джибути свое противопиратское судно McArthur (позднее оно было продано Saracen International, филиалу компании). Соглашение стало результатом ряда встреч между официальными представителями Джибути, Эриком Принсом и Кофером Блэком, ранее возглавлявшим контртеррористический центр ЦРУ, а ныне являвшимся одним из руководителей Blackwater. Первые оценки показывали, что компания может заработать около 200 тыс. долл, на сопровождении гражданских судов. Команда судна Blackwater должна была состоять из 33 граждан США, включая три группы стрелков по шесть человек в каждой, которые сменяли бы друг друга вахтовым методом. «Blackwater не собирается захватывать пиратов, чтобы держать их в заключении, однако при необходимости будет использовать против них летальную силу», — сообщалось в секретной американской дипломатической телеграмме, информировавшей о заключении соглашения. Там также отмечалось, что «Blackwater уведомило AFRICOM, CENTCOM, а также сотрудников посольства в Найроби о заключенном соглашении». В телеграмме утверждалось, что ранее «прецедентов паравоенных операций на исключительно коммерческой основе» не было.

Сомалийские пираты были сосредоточены в полунезависимом районе Пунтленд, слабо заинтересованном в сотрудничестве с поддерживаемым американцами правительством в Могадишо. Власти Пунтленда испытывали все более серьезное давление со стороны мирового сообщества, требовавшего от них решения проблемы пиратства. Местное движение воинствующих исламистов также угрожало способности властей подписать с крупными компаниями выгодные контракты на разработку месторождений нефти и минеральных ресурсов. По данным ЦРУ, на территории Сомали находятся «значительные месторождения урана и до сих пор неиспользуемые запасы железных руд, цинка, гипса, бокситов, меди, соли, природного газа и, возможно, нефти»^[2457]. В конце 2010 г. правительство Пунтленда заявило о создании своих собственных противопиратских и контртеррористических сил, отметив, что средства на это оно получило от одной из стран Персидского залива, оставшейся неназванной^[2458]. Позже выяснилось, что анонимным донором был не кто иной, как Объединенные Арабские Эмираты, а компания, которая должна была готовить новую службу безопасности, финансировалась одним из недавних переселенцев в ОАЭ, Эриком Принсом^[2459].

Эта компания называлась Saracen International. Ее возглавляли несколько ветеранов фирмы по вербовке наемников Executive Outcomes^[2460]. Она имела представительства и подставные компании в целом ряде стран, включая Южную Африку, Уганду, Анголу и Ливан^[2461]. Одной из ее ключевых фигур являлся Лафрас Люйтин, ранее служивший в Civil Cooperation Bureau, организации, печально известной своей деятельностью в Южной Африке во времена апартеида^[2462]. Она занималась выслеживанием и убийствами противников режима. Согласно предназначенному для служебного пользования докладу AMISOM, составленному по данным разведки, Принс «находился на вершине цепочки управления Saracen», а также «сделал начальные инвестиции в контракт Saracen»^[2463]. По данным экспертной группы ООН по мониторингу ситуации в Сомали, в октябре 2009 г. Принс и Люйтин встретились в Вашингтоне, а затем уже вдвоем вели переговоры с официальными представителями Абу-Даби^[2464]. ОАЭ также наняли бывшего американского дипломата, юриста Пьера-Ричарда Проспера, работавшего в администрации президента Буша послом по особым поручениям по вопросам военных преступлений, а также бывшего сотрудника ЦРУ Майкла Шанклина, ранее служившего резидентом в Могадишо^[2465]. К концу 2010 г. Saracen занималось в Пунтленде подготовкой противопиратского формирования численностью в тысячу человек^[2466]. Это подразделение также предполагалось использовать против исламских боевиков, мешавших реализации планов крупного бизнеса. Исламские боевики жаловались, что в регионе их «отрезали от дел, связанных с энергетикой». «Вы не можете заниматься разведкой нефтяных запасов в условиях нестабильности», — заявил Мохаммед Фароле, сын и советник президента Пунтленда Абдирахмана Мохаммеда Фароле^[2467].

К маю 2011 г. операции Saracen в Пунтленде шли полным ходом: на базе Bandar Siyada близ Босасо закончилась подготовка 470 солдат и водителей^[2468]. Существовали планы оснащения подразделения тремя транспортными и тремя разведывательными самолетами, двумя транспортными и двумя легкими вертолетами. По сообщениям группы мониторинга ООН, создававшаяся воинская часть должна была стать лучшим по своему оснащению национальным формированием во всем Сомали. Среди всех поддерживавшихся из-за границы военных контингентов она занимала бы второе место по величине, уступая только силам AMISOM. Существуют фотографии, подтверждающие, что военнослужащие Saracen уже занимались охраной особо важных лиц и гуманитарными операциями.