Обаяние тоталитаризма. Тоталитарная психология в постсоветской России - Андрей Гронский

Время написания этой книги побуждает задумываться, по какому историческому пути пойдет Россия, ведь в 2011 году она оказалась в очередной точке бифуркации — выбором между тем будет ли ее политическое развитие происходить в направлении уважения личности, развития гражданских институтов и демократии или встанет на путь открытой автократической диктатуры.

Как известно, характер политического режима в России с начала 90-х гг. являлся предметом дискуссий среди политологов. До последнего президентского срока Путина его нередко определяли как гибридный (термин подразумевает смесь автократии и демократии), авторитарно-бюрократический, либо анократический (т. е. режим, при котором власть принадлежит не общественным институтам, а группам элит, конкурирующих друг с другом). Начиная с 2012 года политические обозреватели, социологи и политологи все чаще начинают упоминать слово тоталитаризм, хотя пока совершенно очевидно, что степень ограничения гражданских свобод в путинской России 2015–2016 годов, очень далека даже до уровня «застойного» брежневского СССР. Имеют ли под собой основания их опасения?

Если вспоминать про историю понятия «тоталитаризм», то в свое время сталинский Советский союз наряду с гитлеровской Германией и Италией времен Муссолини стал моделью для описания признаков этого явления. Исследуя их, К. Фридрих и З. Бжезинский^[3] выделили шесть признаков тоталитарных режимов, которые назвали «тоталитарным синдромом», относящимся как к правым, фашистским, так и к левым, коммунистическим тоталитарным диктатурам. Позже этот перечень был дополненен ими же, а также другими исследователями. Вот эти признаки:

1. Наличие одной всеобъемлющей идеологии, на которой построена политическая система общества.

2. Наличие единственной партии, как правило, руководимой диктатором, которая сливается с государственным аппаратом и тайной полицией.

3. Крайне высокая роль государственного аппарата, проникновение государства практически во все сферы жизни общества.

4. Отсутствие плюрализма в средствах массовой информации.

5. Жёсткая идеологическая цензура всех легальных каналов поступления информации, а также программ среднего и высшего образования. Уголовное наказание за распространение независимой информации.

6. Большая роль государственной пропаганды, манипуляция массовым сознанием населения.

7. Отрицание традиций, в том числе традиционной морали, и полное подчинение выбора средств поставленным целям (построить «новое общество»).

8. Массовые репрессии и террор со стороны силовых структур.

9. Уничтожение индивидуальных гражданских прав и свобод.

10. Централизованное планирование экономики.

11. Почти всеобъемлющий контроль правящей партии над вооружёнными силами и распространением оружия среди населения.

12. Приверженность экспансионизму.

13. Административный контроль над отправлением правосудия.

14. Стремление стереть все границы между государством, гражданским обществом и личностью.

Лоуренс Бритт^[4] также выделил 14 признаков, которые характеризуют протофашистские режимы (Нацистская Германия, Фашистская Италия, Испания при Франко, Португалия при Салазаре, Греция при Пападопулосе, Чили при Пиночете и Индонезия при Сухар-то). С его точки зрения, для такого типа режимов свойственны следующие явления:

1. Сильные проявления национализма. Наличие флагов повсюду и прикрепление их на лацканы пиджаков в желании продемонстировать патриотический национализм, как среди представителей власти, так и среди граждан.

2. Пренебрежительное отношение к правам человека. Сами режимы не считают права человека какой-либо ценностью и рассматривают их как помехи для достижения правящими элитами своих целей. Путём грамотной пропаганды, население заставляют принимать это пренебрежение правами человека, посредством представления тех, чьи права нарушались, маргиналами и врагами.

3. Назначение врагов или просто козлов отпущения причинами всех бед. Козлы отпущения используются для того, чтобы отвлечь внимание людей от других проблем, перенести вину за неудачи и направить гнев и недовольство в контролируемых направлениях.