Законы Трампа. Амбиции, эго, деньги и власть - Майкл Краниш

Его манера разговора способна шокировать людей, и он последовательно заваливает своих мнимых врагов – и особенно женщин – рубящими и грубыми оскорблениями. Его речь иногда напоминает связку слоганов и простых повествовательных предложений, несущих простенькие идеи. Это привело к тому, что некоторые люди начали считать его невоспитанным и легкомысленным. И ему в какой-то мере это нравилось, это было примерно то, чего он и ожидал от представителей элиты, которые смеялись над ним всю его жизнь. Он кичился крупными сделками, но в основном умалчивал о том, что происходило глубоко внутри. Оно оказывалось на поверхности лишь изредка, как, например, когда он говорил о своих любимых фильмах. Когда его спросили о «Гражданине Кейне», классическом фильме Орсона Уэллса об идеалистическом владельце газеты, который получает огромное состояние и теряет свою душу, Трамп ответил: «На самом деле «Гражданин Кейн» – о накоплении. В конце накопления вы видите результат, и он необязательно всегда положителен… В реальной жизни, я считаю, богатство фактически изолирует тебя от других людей намного больше, чем бы ты отстранялся от них, не будь у тебя его».

Он представлял себя человеком из народа, более заинтересованным в похвале со стороны водителей такси и строительных рабочих, чем в почестях от богатых и сильных мира сего. Люди знали его и восхищались им, говорил он, и поэтому он всегда думал о том, что конечным шагом должен стать Белый дом. «Потому что я имел огромный успех», – говорил он. «Я был очень успешен на протяжении очень долгого периода времени. Возможно, я всегда держал это в уме… все время думая о том, как бы сделать страну лучше, или, как мы говорим, вернуть стране былое величие, верно?.. Очень хороший слоган, который придумал я».

Годом ранее того дня все это было лишь в мечтах, всего лишь фантазией. Трамп занимался тем же, чем обычно во время любого другого предвыборного цикла десятилетиями, забавляясь с репортерами, объезжая радио-ток-шоу и телевизионные выпуски новостей, делая намеки, дразня, ухмыляясь некомпетентным политикам, дразня аудиторию идеей того, что он может направить свой талант на беды этого мира. В тот мартовский день 2015 года, ровно за год до того, как он сделает свой первый «достойный президента» визит в Вашингтон, округ Колумбия, первая волна республиканских подражателей начала заявлять о своих намерениях, и Трампа упомянули в прессе восемьдесят шесть раз. В Чикаго Сан-Таймз попросили его оценить ситуацию о местных спорах по вопросу возможного маркирования небоскребов; Трампу в корне не нравилась идея быть окруженным его коллегами-разработчиками – если они, как и Трамп, хотели внести изменения в исторические здания, они должны получить разрешение. В Палм-Бич Трамп становится в одну линию с домовладельцами, чтобы выступить против расширения взлетно-посадочной полосы аэропорта, которое приведет к шуму от рева моторов над его усадьбой Мар-а-Лаго. В Шотландии Трамп сменил курс и сообщил, что собирается заняться разработкой отеля и поля для гольфа. Дома в Нью-Йорке, развлекательная компания, занимающаяся музыкой, танцами и модными показами в Радио-Сити Мюзик-холле, обронила информацию, что выступления будут включать «видео с эпизодической ролью знаменитости» от Дональда Трампа.

Но в марте 2015 года привычная периодическая структура Трампа деловых споров и рекламных набегов начала заменяться на собирающийся шквал политического недовольства и резких высказываний. На американском канале MSNBC в тот день ведущий Крис Мэтьюс предложил «небольшую разрядку смехом», обличив ее в форму дискуссии относительно президентских ожиданий Трампа. «Давайте не станем относиться к Трампу как к серьезному кандидату», ответил обозреватель Chicago Tribune Клэренс Пейдж. «Он – гений маркетинга, и это именно то, чем он сейчас занимается». На CNN, аналитик Джеффри Тубин отклонил тему: «Дональд Трамп сейчас занят одной из своих выдуманных президентских кампаний». Резюме The Washington Post относительно кандидатов от Республиканской партии включило Трампа в «растущий рой соперников общего плана» наряду с Карли Фиориной, сенатором Линдси Грэхемом, губернатором штата Огайо Джоном Касичем и бывшим губернатором штата Нью-Йорк Джорджем Патаки. МакКей Коупинс из БаззФидз, говоря для MSNBC, охарактеризовал разговоры Трампа о выставлении своей кандидатуры на выборах, как «этот маскарад с симулированием президентских амбиций», и отметил, что «Я все еще могу побиться об заклад на свою годовую зарплату, что его имени не будет в избирательном бюллетене в штате Айова». И на азартных интернет-сайтах, эксперты букмекерских контор принимали ставки на неотвратимую победу Джеда Буша и на абсурдность Трампа. В тот день в 2015-м Буш лидировал с коэффициентом 4 к 1; а Трамп находился в самом низу списка, с коэффициентом 150:1.

Но вдали от медиацентров страны, таких как Нью-Йорк и Вашингтон, уже прорывались первые отголоски другой мелодии. В Нью-Гэмпшир Юнион Лидэ издатель Джо МакКуод написал, что другие кандидаты и средства массмедиа «на свой страх и риск» недооценивают Дональда Трампа. Люди уже настолько устали от бойких речей, отполированных изображений и газет с изложением своих позиций, что им, вероятно, придется по нраву парень, который двигается против течения и получает неодобрительные оценки говорящих голов-всезнаек». Трамп собственной персоной показался в программе новостей Мегин Келли на канале Фокс, и когда она спросила «возможно, Вы просто любите насмешки», он ответил, «Я вижу все насквозь. Все в моей жизни, я все предвижу… Я люблю то, чем я занимаюсь, но еще больше – свою страну. И я могу привести ее в порядок».

Девять месяцев спустя, в последние дни 2015 года, никто уже не думал о Трампе как о любителе насмешек. На закрытой арене в холодный дождливый вечер в Гранд-Рапидс, штат Мичиган, он стоял перед массивным американским флагом, лучезарно улыбаясь в то время, как его сторонники – многие из которых в его красных бейсболках с надписью ВЕРНЕМ АМЕРИКЕ БЫЛОЕ ВЕЛИЧИЕ, «Сделано в США» и в наличии на веб-сайте shop.donaltrump.com за 25 долларов – скандировали его имя. До предварительного голосования по определению кандидатов от Республиканской партии еще оставалось несколько недель, а оппоненты Трампа уже постепенно отходили на второй план. Трамп начал собрание с замечания о том, что в тот день Линдси Грэхем выбыл из предвыборной гонки: «Он был груб со мной. Все, кто двигается против меня, Х, Х» и он нарисовал несколько Х в воздухе, обозначая этим символом неудачников в то время, как толпа в Дельта-Плекс Арене взревела. «И это должно произойти с нашей страной, – сказал Трамп, – каждый, кто пойдет против нас, вниз по трубе». Другой приступ одобрительного рева.

Уже дюжины собраний в его кампании, их обычный ход уже налажен. Сценария не было, скорее небольшое меню историй, которые он рассказывал, чередуя их небольшими отступления с рассказами о событиях дня или рассказами об удалении протестующих из помещений. (Толпа никогда не возражала против тех историй, которые они уже слышали, наподобие той, как Форд построил большой завод в Мексике, а Президент Трамп заставил бы его вернуть эти рабочие места обратно. «Кто-нибудь слышал эту историю?» – спрашивал Трамп.

«Да!» – кричали люди.

«Хотите услышать ее снова?»

«Да! Да!» – ревели они.)