Преступления США. Americrimes. Геноцид, экоцид, психоцид, как принципы доминирования - Максим Акимов

Между тем под рефрен «борьбы с наркотиками» США пытаются сформировать лояльные группы в силовых органах и подразделениях специального назначения в государствах Средней Азии, и одним из механизмов этого процесса служит Центральноазиатский региональный информационный координационный центр по борьбе с наркотиками (ЦАРИКЦ). Такое мнение высказал эксперт Института внешнеполитических исследований и инициатив Георгий Бородин.[395]

США не в первый раз выступают с идеей ввода на территорию стран Центральной Азии своих сил специального назначения. Так, в сентябре 2009 года Пентагон заявил о планах размещения во всех пяти государствах региона мобильных подразделений спецназа с задачами охраны Северной сети поставок. В августе 2010 года США заявили о намерении построить на территории стран региона несколько военных объектов. В частности, Фонд по борьбе с наркотиками Центрального командования США планировал выделить свыше 40 млн долл. на создание военно-тренировочных центров в Оше (Кыргызстан) и Каратоге (Таджикистан), кинологического центра и вертолетного ангара под Алматой (Казахстан), а также обустройство пограничных КПП в Узбекистане, Туркменистане и Киргизии. Большинство этих объектов расположены в стратегически важных точках. Туркменский КПП «Серахс», например, находится на границе с Ираном, а киргизский КПП — под Баткеном, в стратегически важной части Ферганской долины.

Внимание американцев к Южной Киргизии особенно примечательно. Слухи о том, что США стремятся создать на юге республики еще одну военную базу, ходят уже несколько лет. Южная Киргизия с точки зрения наркотрафика располагает крайне выгодным географическим положением. Через ее территорию проходит крупный канал поставок афганских наркотиков в Россию и Европу. По одной из версий, именно наркомафия сыграла ключевую роль в провоцировании ожесточенных межэтнических столкновений в Ошской и Джалал-Абадской областях в июне 2010 года[396].

Приведу выдержки из статьи Георгия Бородина «Средняя Азия: плацдарм США в сердце Евразии? Средняя Азия рискует повторить трагическую судьбу Центральной Америки»[397]. Материал представляется мне весьма информативным и ценным:

«В Вене 16 февраля на министерской конференции Парижского пакта — крупнейшего международного форума по противодействию наркотрафику из Афганистана — Вашингтон проиграл серьезный бой: США не удалось провести заявление в поддержку Центральноазиатской антинаркотической инициативы (Central Asian Antidrug Initiative, CACI). По задумке Вашингтона, зафиксировать поддержку вместе с ними должны были пять республик Средней Азии, Афганистан и Россия. Эту инициативу Госдеп США вместе с Управлением по борьбе с наркотиками (DEA) настойчиво проталкивали с июня прошлого года, регулярно объезжая государства региона с «презентациями». В Вене они предприняли последнюю отчаянную попытку: по информации газеты «Коммерсант», «представители США отлавливали чиновников из Средней Азии в коридорах, приглашали их в специальные переговорные комнаты, а затем долго обрабатывали в формате один на один». Но среднеазиатские коллеги выдержали натиск: никто не подписался под декларацией.

Конечно, сдаваться Вашингтон не собирается. Все, что США сегодня делают в Средней Азии, они уже делали в Центральной Америке. Как говорил американский президент Трумэн: «В мире нет ничего нового, за исключением истории, которой вы не знаете». «Тот, кто не учит историю, обречен ее повторять», — заканчивает мысль Джордж Сантаяна, американский философ испанского происхождения. Результаты действий США в Центральной Америке известны. Такие же результаты ожидают Среднюю Азию с временным шагом в несколько лет.

Точно так же, как и Центральная Америка, регион из небольших государств, Средняя Азия расположена на стыке двух материков, в качестве связывающего их моста/платформы. Центральная Америка обеспечивает важнейшую мировую водную артерию — Панамский канал; Средняя Азия дает важнейший континентальный коридор между Европой и Азией, обретающий все большую значимость по мере роста гигантского китайского рынка. И там, и здесь — богатейшие природные ресурсы и месторождения редких металлов. Центральную и Латинскую Америку США официально определили своей «сферой влияния» еще в 1823 году посредством доктрины Монро; Средняя Азия стала «зоной стратегических интересов США» вскоре после распада СССР. Наконец, в обоих регионах имеется тот предлог, пользуясь которым в них можно энергично внедряться — наркотики.

США строят в Средней Азии военные базы, пограничные заставы, Национальные центры боевой подготовки, реконструируют учебные заведения МВД, обучают кадры силовых ведомств — и на местах, и на военных базах в США, создают системы межведомственной правительственной связи, центры обмена информацией, проводят массу других мероприятий военного характера. США массово вербуют кадры в военных кругах, разведсообществе и в правительстве, формируя сеть, которая в нужный момент совершит государственный переворот и сбросит неугодного президента, как США делали это бессчетное количество раз по всему миру. Финансированием СМИ теперь занимаются не только фонды и НПО, но и Пентагон: так сайт «Средняя Азия в Интернете», часть проекта «Трансрегиональная веб-инициатива», ведет подрядчик министерства обороны в рамках проекта на 120 миллионов долларов[398]. При некотором сокращении общего военного бюджета США финансирование программ в Средней Азии на 2012 год было увеличено на 73,8 %; программа Пентагона по борьбе с наркотиками получила 109,5 миллиона долларов.

Стратегическая цель США в Средней Азии на данном этапе — закрепить свое военно-политическое присутствие в регионе, сделать из него плацдарм в «сердце Евразии» (вашингтонский термин) для проецирования давления и военной силы на Россию, Китай, Иран и весь евразийский континент. В геополитическом отношении США стремятся присоединить Среднюю Азию к Южной Азии — Афганистану, Пакистану и Индии: это раз и навсегда «оторвет» регион от России, не позволит Китаю получить доступ к сырьевой базе и перенаправит ресурсные потоки через Афганистан и Пакистан в Индию (как противовес Китаю), а также Японию и Южную Корею[399].

Американская модель действий по «борьбе с наркотиками» как «общей угрозой» заключается в следующем. США жестко склоняют к сотрудничеству стоящее у власти руководство страны; если те недостаточно старательны, их свергают и приводят к власти своих ставленников. Руководство коррумпируют, позволяя разворовывать средства (номера их счетов известны — послужат для шантажа), и милитаризуют страну: непопулярный режим может держаться только на деньгах и силе. Параллельно выстраивается силовой аппарат, включая эскадроны смерти, связанные с правительственной наркомафией — для физического истребления оппонентов, которых часто объявляют «наркодельцами» и «террористами». К исполнению полицейских функций привлекается армия и армейские спецподразделения. Страна становится ареной сразу нескольких конфликтов: войны между наркоторговцами, войны силового аппарата против недовольных и, возможно, гражданской войны. Следует взрывной рост насилия, который США использует как предлог для дальнейшего наращивания военной силы: необходимо устрашить население наркотиками и бесчинствами, чтобы оно безропотно приняло на своей территории вооруженные силы США в качестве «спасителей».