Глобальный Смутокризис - Максим Калашников

И радикально-капиталистические революционеры шибко полюбили катастрофы. В самом деле, они уничтожают старую промышленность и старые общественные отношения, они повергают огромные массы населения в шок и психологический ступор. А что еще нужно для «свободы творчества»? На расчищенной взрывами поверхности можно создавать все что угодно. С 1973 года, как пишет Наоми Кляйн в своей книге, начались три с лишним десятилетия опустошения и перекройки мира.

Это прослеживается даже в таких «мелочах», как использование стихийных бедствий. Удар цунами в декабре 2004 года по побережью Цейлона-Шри Ланки привел к радикальным преобразованиям. Бедные рыбацкие поселки по побережью исчезли, а вместо них поднялись курортные комплексы. При этом бывшие рыбаки оказались выброшенными без средств к существованию в городские трущобы. А затопление Нового Орлеана в 2005-м? Оно стало поводом для создания на месте разрушенного старого города города нового – более компактного и образцово-капиталистического. Больше не будет кварталов муниципально-социального жилья, населенного бедными. Радикально сократилась система государственных школ (уменьшение со 123 до 4): теперь в городе множатся частные школы (увеличение их числа с 7 до 31), где бедные вынуждены учиться, получая от государства ваучеры, что гарантируют хозяевам частных школ поступление казенных денег за обучение детей. Правда, государство платит намного меньше, чем стоимость годового обучения в приватной школе. Но зачем бедным образование? Да и численность учителей уменьшилась: большинство (4700 душ) просто уволили, а часть взяли на работу в частные школы, но с уменьшенной по сравнению с «допотопными» временами зарплатами. Ух ты! Какая реформа образования. Захлебываясь соплями от восторга, деятели Американского института предпринимательства (AEI, «мозговой трест» ультралибералов-неоконсерваторов) в 2006 году заявил, что «ураган «Катрина» за один день совершил то… чего долгие годы не могли сделать реформаторы школьной системы в Луизиане» (Н. Кляйн. Доктрина шока. – М.: «Добрая книга», 2009, с. 18).

Джозеф Канизаро, назначенный девелопером-застройщиком Нового Орлеана, со счастливой улыбкой изрек: «Думаю, перед нами – чистая страница, чтобы все начать заново. И этот чистый лист несет нам великие возможности…»

О, а какие возможности откроются с климатическими катастрофами, с новыми войнами и наступлением эры дефицита ресурсов! Просто дух захватывает.

Сам основоположник современного ультракапиталистического «реформаторства», что открыло дорогу корпоратократии, Мильтон Фридман в своей книге «Капитализм и свобода» (1962) писал о том, что лишь кризисы – подлинные или воображаемые – ведут к реальным переменам. Как отмечает Наоми Кляйн, теперешние крупные корпорации используют катастрофы и наносимые ими коллективные психотравмы для применения радикальной социальной и экономической инженерии. Никакого восстановления того, что было! Нет – надо полностью стереть с лица земли прошлое и быстро воздвигнуть, как пишет Кляйн, «корпоративный Новый Иерусалим – пока жертвы войны или природной катастрофы еще неспособны объединиться и предъявить свои права на то, что им принадлежало». Страх и беспорядок, таким образом, несут реальные перспективы для крупных капиталистически структур.

Катастрофы и массовые убийства ради создания «прекрасного нового мира» – знамение эпохи. Чтобы расширить Евросоюз, пришлось устроить кровавое убийство Югославии – с межнациональной резней, бомбежками НАТО и этническими чистками. Чтобы провести преобразования в интересах капиталистической верхушки США и подпитать ее щедрыми военно-восстановительными госзаказами, использовали шок 11 сентября 2001 года. Чтобы Ельцин смог дешево распродать национальную промышленность в 90-е годы и породить класс олигархов, используя при этом самые гнусные приемы, устроили московскую бойню октября 1993 года. Чтобы привести к власти коррупционную группировку в РФ, понадобились взрывы жилых домов в 1999 году.