Грязные войны. Поле битвы - Земля - Джереми Скейхилл

Обама вызвал Хайдена для беседы с глазу на глаз и потребовал полной информации по протоколам программы ударов с помощью беспилотников. Несмотря на целый ряд брифингов по вопросам национальной безопасности, которые были подготовлены для Обамы с тех пор, как он стал кандидатом в президенты от демократов, в тот день он впервые услышал о том, что в ЦРУ называлось «ударами по сигнатурам»^[1299]. В последние месяцы работы администрации Буша Управление стало вносить людей в списки целей исходя скорее из их образа жизни, а не из конкретных разведданных. ЦРУ утверждало, что «мужчины призывного возраста», замеченные в участии в больших сборищах людей в определенных районах или контактировавшие с другими лицами, подозревавшимися в причастности к боевикам или террористам, могли рассматриваться в качестве оправданных целей для ударов беспилотников. Подтверждение информации не было необходимым условием для нанесения удара, достаточно было наличия некоторых «сигнатур», разработанных Управлением для выявления подозреваемых в террористической деятельности.

Некоторое время Хайден потратил на убеждение, и в результате Обама принял решение не отказываться от политики «ударов по сигнатурам», хотя и наложил на них определенные ограничения: окончательное решение по всем акциям принимал лично директор ЦРУ (ранее эти полномочия периодически делегировались заместителю директора или начальнику контртеррористического центра)^[1300]. Обама предупредил, что в любой момент может отозвать полномочия по проведению «ударов по сигнатурам», но так и не сделал этого^[1301]. В последующие месяцы новый директор ЦРУ Леон Панетта прибег к помощи «офицеров в штатском» из контртеррористического центра Управления, с тем чтобы провести с президентом «интенсивный курс подготовки» в области нанесения ударов по целям среди террористов^[1302]. Панетта подготовил обзор программы использования беспилотников и иные протоколы непосредственных действий, включая и список полномочий, необходимых для принятия решения о нанесении удара. После того как на территории Пакистана поражалась цель особой важности, Обама и Панетта устраивали встречи с глазу на глаз.

В ходе первого года своего президентства Обама начал проводить регулярные часовые встречи с высокопоставленными чиновниками по различным аспектам национальной безопасности и контртеррористической деятельности. Согласно воспоминаниям участников, на раннем этапе эти встречи носили «образовательный» характер^[1303]. Обсуждалась разведывательная информация и угрозы безопасности, однако во многом Обама еще только знакомился со своими новыми возможностями. Большую часть первого года разговоры о захвате или убийстве людей за пределами Афганистана и Пакистана носили теоретический характер. Вице-председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал «Хосс» Картрайт и главный советник Обамы по контртеррористическим вопросам Джон Бреннан стали играть более центральную роль в обсуждениях. То же можно было сказать и об адмирале Макрейвене, командующем JSOC. Одной из первых задач в области национальной безопасности, решавшихся Обамой, был тщательный пересмотр всех распоряжений Буша в военной области. Что касалось контртеррористических действий, то Обама оставил во многом без изменений политику своего предшественника, сохранив без пересмотра большую часть президентских приказов^[1304]. В некоторых случаях он стремился расширить полномочия. При Обаме удары по Пакистану начали наносить практически еженедельно.

Программа ударов с помощью беспилотников, унаследованная Обамой от Буша, интенсивно развивалась. В последние месяцы 2008 г. участились атаки на территорию Пакистана. Как раз перед тем как Обама победил на выборах, Буш «достиг негласного соглашения продолжать удары беспилотников без привлечения к происходящему Пакистана»^[1305]. Политика США заключалась в информировании пакистанской стороны об атаках в момент их проведения или через несколько минут после их завершения. Президент Обама одобрил подобные изменения, которые привели к активизации деятельности беспилотников, и «полностью поддержал программу тайных действий»^[1306], оставив на своих местах «практически всех ключевых специалистов» ЦРУ, занимавшихся тайными операциями при Буше^[1307]. Частью этой программы, о чем Обама сразу после своего избрания был проинформирован покидавшим свой пост директором национальной разведки Майклом Макконнеллом, являлась агентурная сеть в Пакистане. Шпионы предоставляли «с земли» разведданные, которые являлись необходимым дополнением к наблюдению и поиску целей беспилотниками. Программа по работе со шпионами, которая потребовала на свое создание пять лет, и по имевшимся сведениям, обходилась весьма дорого, была «настоящим секретом, который отныне предстояло хранить Обаме»^[1308].

Вскоре после вступления на должность президента Обама начал оказывать давление на Панетту с целью активизации охоты за бен Ладеном. К маю 2009 г. Обама указал директору ЦРУ на то, что охота на этого человек должна была стать «целью номер один»^[1309], и приказал Панетте представить «детальный план операции»^[1310] по установлению местонахождения бен Ладена. На разработку плана Панетте отводилось тридцать дней, после чего он должен был еженедельно докладывать президенту о том, как идет работа по его реализации, даже в тех случаях, когда докладывать было не о чем.