История коммунизма в России - Рауф Габидулин

Первые годы проведения экономических реформ оказались самыми трудными и для самих реформ, и для реформаторов и, самое главное, для многих граждан России. Последнее обстоятельство было связано с тем, что реформы имели, несомненно, стратегический характер, но не могли дать сиюминутный, быстрый эффект, особенно в первые годы.

Наиболее быстрым позитивным результатом реформ оказалась ликвидация товарного дефицита, – полки магазинов, ларьков стали наполняться товарами и, что важно, продуктами питания. Сотни тысяч простых граждан России включились в снабжение всей страны необходимыми товарами: они «крутились», доставали товары, привозили их из больших городов и продавали – через магазины, на рынках, на улицах. Сотни тысяч граждан (а вместе с членами семей – миллионы) оказались вовлечены в эту негосударственную живую торговую сеть. Их прозвали «челноками» – за динамизм их деятельности. Они обеспечивали свои семьи заработком, а всех остальных людей товарами первой необходимости. Это был самый быстрый и очень значимый эффект свободной торговли и свободной экономики. Страна оказалась избавлена от угрозы голода и тотального товарного дефицита.

Челночная торговля была нелегким делом и физически, и психологически. Это и поездки, и тяжелые сумки, и торговый риск. В эту деятельность пошли очень энергичные, волевые и инициативные люди. Большинство из них сменило свои предыдущие профессии на совершенно новое дело. Но для значительной части граждан России смена деятельности представлялась невозможной, например в силу привычки, преданности профессии, даже если она в новых условиях оказывалась неперспективной и низкооплачиваемой. Таких людей было очень много. И коснулось это в первую очередь:

1) работников нерентабельных и убыточных предприятий, то есть тех предприятий, на которых доходы от производимой продукции были равны расходам или даже превышали доходы;

2) работников предприятий ВПК;

3) работников бюджетной сферы.

В свободной экономике нерентабельные предприятия закрываются или перепрофилируются – абсурдно же производить в убыток самому себе. Но эта перспектива не устраивала директоров подобных предприятий, как и директоров ВПК, большая часть предприятий которого подлежала перепрофилированию из-за перепроизводства неэффективного и дорогостоящего оружия. И директорский корпус начал атаку на реформы, стараясь сохранить свои кресла (со своими доходами). Но напрямую об этом говорить было нельзя, поэтому директора избрали аргументы-лозунги: «Спасем производство», «Поможем промышленности», «Поможем сельскому хозяйству». «Поможем» напрямую означало «дайте бюджетных денег, чтобы отсрочить наше банкротство». И директора через министерства и Верховный Совет России добивались денег и отсрочек: это были дополнительные деньги из государственного бюджета, разрешения на отсрочку долгов и даже погашение долгов с помощью взаимозачетов. Под последними понималась ситуация, когда предприятие не вносило всех законных налогов в городской бюджет, но ему зачитывалась бесплатная отправка своей продукции в какое-нибудь городское учреждение. В итоге в бюджете не оказывалось денег на выплату зарплат учителям и врачам, которым часть зарплаты даже стали выплачивать натурой – товарами и продуктами.