Русская душа и нерусская власть - Татьяна Миронова

Знаменательно изменившееся в обществе отношение к чеченским войнам: в 2001 году первую чеченскую войну одобряли 33 %, а вторую, которая тогда была в разгаре, — 56 %. В 2011 году однозначно против обеих войн высказались 90 % респондентов. Из-за того, считают авторы исследования, что в обществе возникло сомнение, кто же вышел из этих войн победителем.

Целых 40 % отвечавших на вопросы убеждены, что путь, по которому движется современная Россия, ведет страну в тупик. Больше половины опрошенных (54 %) полагают, что экономика России потеряла динамизм и отставание нашей страны от ведущих держав мира нарастает.

«Результаты нашего социологического опроса свидетельствуют о делегитимизации власти, несмотря на все успехи, — утверждает, несмотря на боязливые оговорки, один из авторов исследования профессор Наталья Тихонова. — В российском обществе сегодня ситуация утраты надежд. Растет чувство страха, несправедливости происходящего. Это порождает агрессию. 74 % респондентов уверены, что люди их национальности проиграли в ходе реформ. 60 % опрошенных испытывают время от времени желание всех перестрелять». При этом заметим, что число тех, кому стрелять ни в кого не хотелось никогда, снизилось с 54 % в 2001-м до 28 % в 2011 году.

Об объективности этих данных свидетельствует то, что в опросе приняли участие 1750 респондентов в возрасте от 18 лет и старше, жителей всех типов поселений территориально-экономических районов России. Опрошенные представляли основные социально-профессиональные группы населения.

Итак, к 2012 году стало ясно, что у культа безликой личности есть очень опасные изъяны, всплывающие неожиданно и катастрофично. Раскраска «белого пятна» завершилась. Угрюмыми красками безысходности или пробуждающейся агрессии нарисовали граждане свои представления о жестоком и циничном ВВП, о недомерке и недоумке ДАМе, которых из осторожности быть осужденными за развенчание культа безличностей окрестили такими вот аббревиатурами.

А вторая чеченская «победоносная» война стала бесконечной кавказской бойней, в которую вверг страну в 1999-м преемник Ельцина, и народу окончательно ясно, что никакой Путин не защитник страны от кавказского терроризма, если платит дань Кадырову и культивирует русское рабство в Дагестане.

Техногенные катастрофы, аварии и бедствия многократно возросли, и спасителем от их нашествия не стали ни Путин, ни Медведев, со своим «ручным управлением» не способные снять с должности ни одного преступного менеджера.

Нищета и вымирание, очевидные каждому по собственной семье, городу и деревне, бросаются в глаза рядом с бесящимися с жиру олигархами, перед которыми лебезит «тандем». Не пролезла и технология «царя-батюшки со наследником-цесаревичем»: золото и роскошь их дворцов и яхт на фоне умирающих сел и деревень вызывают лишь глухую народную ярость.

Вместо славословящих сладкую парочку гимнов и вдохновенных стихов умножаются ядовитые анекдоты и безжалостные обличения. Вместо уважительной надежды на то, что Путин или Медведев еще себя проявят, — презрительная критика «жуликов и воров». Новые обещания и посулы «тандема» становятся теперь лишь болезненным напоминанием о старых, неисполненных заверениях о грядущем процветании.

В отличие от Сталина, культ которого был, но, как говорится, и личность была, путинский и медведевский культы возводились политтехнологами при полном отсутствии ЛИЧНОСТИ, это два радужных мыльных пузыря, вот-вот готовые лопнуть, мгновенно и бесшумно или громко, с канонадой. Чтобы спасти положение, чтобы хоть немного продлить нарядное сверкание этих пузырей, к новым выборам населению предложили новую, но отнюдь не оригинальную технологию увода Путина и Медведева от ответственности перед народом — технологию смены вывески.

Партия власти «Единая Россия» — любимое детище Путина, лидером и практически отцом которого он являлся, партия, которая с готовностью усыновила Медведева и беспрекословно принимает все людоедские законы, им предложенные, а, следовательно, это и его политический ресурс, — стала в представлении бесправных и беспомощных избирателей «партией жуликов и воров», похищающих у народа не только собственность, но и власть. Это действительно так.

Вот примеры из списочного состава Совета Федерации. Два сенатора Левон Чахмахчян и Игорь Изместьев за решеткой. Один — за взятку, другой — за организацию убийства. Уголовным прошлым грешат многие сенаторы. Бывший заместитель министра финансов Андрей Вавилов — фигурант целого ряда финансовых скандалов, тут и махинации с гособлигациями на сотни миллионов долларов, и авантюра с индийским долгом, и много еще чего. Сенатор от Карачаево-Черкесии Ратмир Айбазов отсидел за изнасилование. Сенатор от Архангельской области Владимир Рушайло в свое время, будучи министром внутренних дел, заложил коррупционную систему в МВД, его ближайший помощник, его правая-левая рука Александр Орлов, скрывшийся от правосудия в Израиле, по-прежнему находится в федеральном розыске. Сенатора Владимира Слуцкера связывают с убийством генерала ФСБ Трофимова. Сенатор от Магаданской области — фигурант уголовного дела о мошенничестве. Сенатор от Амурской области Амир Галлямов замешан в грязной истории с автомобилем ценой в миллион долларов. Продолжать можно до конца сенаторского списка. И вряд ли так уж беспочвенны слухи о продажах сенаторских кресел. И цена известна — от пяти миллионов долларов. Вполне по силам нынешним сенаторам, десятая часть которых по рейтингам журнала «Финанс» являются миллиардерами.

Высший орган законодательного собрания страны в обществе называют сборищем миллиардеров, бандитов, лоббистов, спортсменов, но только не авторитетных, уважаемых людей. Официальная статистика говорит о том же. Вот откуда пришли нынешние сенаторы: из бизнеса — 49 человек; из структур федеральной власти, МВД, Министерства обороны, Министерства по налогам и сборам, Министерства финансов, ФСБ — 34 человека; из структур региональных властей, отставные руководители регионов, региональных парламентов — 46 человек; 4 человека из спорта. Последних взяли «на усиление футбольной парламентской команды».

С таким партийно-криминальным багажом накануне выборов надо было что-то делать, но совсем отказаться от него боязно, ибо нынешняя охлократия и есть та социальная база, на которую опираются наши правители. Светлая идея пришла в голову пиарщикам Путина: поменять вывеску на клетке. «Единая Россия» — этот гнилозубый, но кровожадный крокодил официальной политики, пожравший всех своих конкурентов, должен предстать перед избирателями в виде «Народного фронта», этакого благородного льва, готового отважно броситься на защиту народа от всяческих притеснений со стороны алчной олигархии. Этому новообразованию срочно потребовалась всенародная поддержка, которую легко организовали в столице и на местах, и сотни общественных организаций поспешили засвидетельствовать себя перед Путиным метастазами «фронта». Правда, не обошлось без сбоев в разрастании раковой опухоли «Народного фронта». Функционеры Совета ветеранов Забайкалья в Чите радостно заявили, что вливаются в ряды «Народного фронта», а вот отделения этого Совета в разоренных дотла забайкальских городках и поселках отказались подчиняться фронтовой мобилизации. Председатель Союза врачей Рошаль, объявляя о вступлении своей организации во «Фронт», неуклюже оправдывался перед коллегами: «Так нам удастся хоть что-нибудь получить от власти». Но в общем и в целом власть с подхватными средствами массовой информации сделали вид, что народ валом повалил во «фронт», создавая Путину якобы совершенно новую социальную и партийную базу политической поддержки.