Превосходство Неодаренного. Том 1 и 2 - Дмитрий Ра

— Ты не запомнил, как их зовут? — посмеивается Кевин.

— Нет. А зачем? Вадим!

— Чо?

— Ты не самый умный.

— Чегооо?! — сразу начинает беситься он.

— Вот об этом я и говорю. Сразу срываешься. Но у тебя есть другие преимущества, которых нет у умников. Иногда грубая сила необходима. Она исполняет функцию устрашения. Объедини своих. Скажи им, что я хорошо плачу и своих не бросаю. И это правда. Скажи, силачи смогут сдержать Патрика?

Тернов напрягает извилины, чуть краснеет, потирает подбородок:

— Сложные вопросы задаешь, бро. Все вместе силачи — машина смерти, и в открытую тёрку с ними даже Патрик не полезет. Но каждый из его дружочков стоит троих. Плюс он аристократик сраный из Вальтов. У него есть бабки, связи в мусарне и в школе, власть и этот, как его, иммунитет. И он больше всех башляет школе.

— В смысле? — не сразу доходит до меня.

Кевин уточняет:

— Он самый крупный спонсор. Поэтому на многие его дела закрывают глаза.

Хм, это плохо. Убить главу бандитов не то же самое, что убить медиокрисса из Велтешафта. Последствий может быть столько, что не оберешься. Вопрос с ним нужно решать грамотно. Сначала опустить по статусной лестнице, а потом устранить.

Спрашиваю:

— Я не понимаю, что он делает в Исталской школе неодаренных? Разве в Европе нет элитных учреждений?

— Кто бы знал, — пожимает плечами Кевин. — Мне не говорил. Может предпочитает быть первым среди шакалов, чем последним среди львов.

— Интересно сказано, — скромно улыбается Лика. — Надо запомнить.

Задумываюсь. Это нужно узнать в первую очередь. По какой причине настолько знатная шишка учится в этой школе? И потом уже продумывать шаги от этого.

— Так, узнаете что-то интересное о нем или его свите — сразу докладывайте. И еще. Если в клуб захочет присоединиться кто-то странный, подозрительный или не входящий в состав беляков или силачей — я хочу это знать. Запомнили?

Кевин кивает, Лика дакает, Тернов чего-то хрюкает.

— Лика, не тяни с оформлением Клуба. Но не подставляйся, никому не говори, чем занимаешься. По коридорам ходи только, когда людно. Ты же непробужденная, да еще и девушка, поэтому не думаю, что Патрик нападет на тебя или зашлет своих дружков. Поэтому я прошу заняться этим именно тебя. Вадим!

— Ну?

— Мне нужно знать, как обменять очки влияния на реальные деньги. И наоборот. Еще доступ к редким зельям Исталов. Вы же выходцы из этого клана, верно? Элеонора говорила, что вы качаетесь на их зельях. Откуда они у вас?

— Дэн выдавал всем. Без понятия, где брал. Но в школьных автоматах точно не покупал. Тут обосраться как все дорого.

— Узнать сможешь?

— Поспрашиваю у своих.

Киваю:

— Как связаться с филзели? Есть связи, наводки?

Кевин присвистывает, а Вадим откровенно ржет:

— Бро, ты мои силы переоцениваешь.

Понимающе улыбаюсь:

— Всегда нагружайте людей по полному. Только так узнаете, на что они в действительности способны. Вы, кстати, не в курсе, как создаются кланы? Искал в инете, но ничего не нашел.

— Без понятия, — пожимает плечами Тернов.

Лика качает головой. Кевин задумчиво дергает себя за кольцо в носу:

— Даже неофициальным кланом стать непросто, чтобы не приписали к каким-нибудь сектантам или террористам. Не знаю. Предлагаю сначала с клуба начать.

— Принимается. Ладно, побежали…

До склепа я еле доношу ноги. Но бок уже ломит не так сильно, как в первые дни попадания сюда. И пробежал намного больше. Кевин удивленно осматривается:

— Это еще что за херовина? — стучит кулаком по металлическому куполу Тернов.

— Это склеп.

— Не понял? — недоумевает Кевин. — В смысле склеп? Со скелетами там и…

Подоспевшая последней Лика сглатывает.

— Потом объясню. Главное, что он заброшен. И тут будет настоящее убежище для нашего элитного клуба. Без лишних ушей. Тут есть загашник интересный. Все общее будем хранить там под строгим учетом. Сейчас это лишь помойка, но перспективы у этого места огромные.

Стучу пальцами по металлической двери:

— Как думаете, школа разрешит его использовать?

Кевин продолжает офигевать:

— Я даже не знаю, что это такое, блин. По-хорошему, школа много чего позволяет за овы. Может сдаст в аренду, не знаю. Но я, блин, пипец как сомневаюсь. Это же бункер какой-то на случай войны.

Одобрительно киваю. Кевин в состоянии анализировать самые элементарные вещи. И я согласен, что получить от школы бывший склеп будет очень тяжело. Но он мне нужен. Я хочу себе гнездо, в котором уверен. В котором я буду чувствовать себя относительно в безопасности и плести свои мутные делишки, не опасаясь, что какой-нибудь ниндзя меня услышит или камера запишет.

Говорю:

— Возвращаемся. Пока никому об этом месте не рассказывайте.

Лика тыкает в меня пальчиком, привлекая к себе внимание:

— Слушай, Кость, ты не сердись, мне просто интересно. А что с очками достоинства? Что это такое-то и с чем их кушают? Можешь чуток подробнее рассказать?

— Тоже интересно, — поддерживает Лику Кевин. — Люди уже из-за них теории заговора строят.

Разворачиваюсь, иду к школе, объясняя на ходу:

— Раз строят, значит есть интерес. Хорошо. Каждому, кто захочет вступить в клуб расскажите, что в перечне заданий лично от меня будет множество поручение по шкале сложности от одного до десяти. За выполнение задания первого уровня сложности дается десять очков, второго — умноженные на два, то есть двадцать. Третьего — сорок. И так далее. То есть за самое сложное задание десятого уровня плата примерно пять тысяч очков достоинства. И как вы помните, чтобы получать от меня в течение года «Созерцание» — нужно заработать всего тысячу.

Затылком чувствую, как шевелятся шестеренки Вадима Тернова:

— И че это за задания? Приведи пример.

Ненадолго задумываюсь, коварно улыбаюсь:

— Хорошо. Например, вы можете по моему указанию или указанию тех, кого я уполномочу давать такие указания, надавать по морде силачу — это второй уровень сложности. Подставить его, чтобы его избили свои же — третий. Убить его, чтобы никто тебя не заподозрил — четвёртый. А вот пробраться в особняк покойного главы клана Новая Сила и забрать оттуда миллион долларов — седьмой уровень за шестьсот сорок очков достоинства, что равняется скрытому убийству восьми силачей.

Слышу, как кто-то за спиной останавливается. Оборачиваюсь. Разочарованно морщусь: