Испытание временем - Виталий Храмов

Петров горд. Спешу его расстроить.

– Но этого мало. Тяжелые танки чем вооружать? Тоже 85-мм? Какой в них толк? 107 – никуда не влезает. И переделывать её – что новую разработать. Так? А если корпусную А-19 на лафет Д-5Т положить?

Смотрит на меня, как на психа.

– Дульный тормоз, всё такое. Немцы пошли путём увеличения начальной скорости снаряда. Путь соблазнительный, но спорный. Против танков – отлично. И то не факт. Мы же планируем рациональные углы бронеплит применять, малые калибры просто срикошетит. Тяжёлый снаряд есть тяжёлый снаряд. Да и танки редко воюют с танками. Тяжелые танки – проламывают оборону. Ну, что такое 85–88 мм? А вот 122-мм «поросёнок» любое препятствие снесёт с пути. Любой дот, любой дом развалит. Танкам же не только броня нужна, но и огонь! Так ведь, Александр Александрович?

Тут подходит другая легенда – Ж. Я. Котин. Жмём руки, обмениваемся ритуалом, что «приятно познакомиться», то же с Духовым, сразу включаю их в беседу:

– А если использовать наработки ваших башнёров в проектировании новой башни к тяжелому танку? Ну, что это за бред – квадратишь, практишь, гуд? Столько напрасного, неработающего металла. Надо, как классик говорил: берём кусок металла – и на хрен всё лишнее!

Посмеялись. Жозеф Яковлевич спрашивает:

– Вы видели наш новый тяжелый танк? А средний тяжёлого бронирования?

– Нет ещё. Но очень желаю увидеть. Не КВ ли скоростной с 85-мм? С орудием Петрова? Тоже промежуточная машина. А Грабин так и не сумел «вписать» ЗиС-6 в погон 1850? Ха! На базе КВ-1С? А корпус всё так же квадратно-гнездовой? А Т-34 перед глазами ни разу не стоял? Рациональные углы – не ваша тема, а, уважаемые и даже легендарные? На следующий, 1944-й, год мы должны массово выкатить новые танки. Новые! Следующего поколения. Качественно новые! Разница как Т-34 и БТ. Настолько же превосходящие танки врагов, насколько эти «Тигры» и «Пантеры» превосходят сейчас наши танки. Целыми танковыми армиями. Смотри, Петров, это новый танк прорыва обороны. У него твоя пушка. 122 мм. А будешь Муму икать – Иванова пушка встанет. А это новый средний танк. У него твоя, Грабин, пушка. 100 мм. Или кого-то более прыткого, если будешь гоняться за призраками прошлого. Не годится эта стосемимиллиметровка просто никуда. Лучше морскую «сотку» взять. Иванова.

К нам подходит лейтенант, зовёт в президиум, идём толпой. За нами остальные. Устинов, Малышев, Федоренко – ждут.

– Ну, выкладывай, Кузьмин! Не жмись – видел, как ты всех собирал. Давай.

По лицам этой троицы министров вижу – они «в курсе». По уму, я должен был им раньше доложиться. Но я с самолёта – сразу сюда. Но докладывал же. Писал докладные. Почему тут до сих пор кто в лес, кто по дрова?

Раскладываю рисунки, повторяю словами тот путь, какой они, все присутствующие здесь, сами же и прошли за 1943–1944 годы.

Федоренко трясёт докладом с анализом исследований попаданий снарядов по танкам – его ведомство собирало данные весь год. Я был прав – это исследование многое изменило в головах людей. Нет необходимости кругового бронирования. Нет нужды в толстой кормовой броне. Для этого есть такая штука, как танковая бригада, в которой корму одного танка прикрывает другой танк. Применение танков разрозненно признано малоэффективной, но вынужденной мерой. Танки должны применяться массово.

В этом свете пушкари соглашаются в бесполезности многобашенных, многоорудийных систем. Были и сейчас такие проекты. Ещё не забыт безбашенный КВ-3 – вкруг забронированный на 90 мм, КВ-220 – вкруг на 100 мм, но уже рисуются КВ-4, КВ-5, КВ-7. Заворачиваем их в долгий ящик архива – виданное ли дело танк, который не способен влезть на ж/д платформу? Зачем он нужен? Это не танк, а головная боль! Гусеничный бронепоезд. Как ему перебраться через какую-либо речушку, которых у нас в стране через шаг?

Соглашаются и в том, что при массовом применении танков пылевое и снежное облако, поднимаемое дульным тормозом, – не критично. Важнее – уменьшение импульса отдачи выстрела. А значит, облегчение откатных механизмов, облегчение казённой части ствола.

Люди подходят, лезут вперёд, чтобы услышать, гул стоит, как на вокзале. Бардак тот ещё! Конструкторы, инженеры, директора заводов – кучкуются, отходят группками в сторону, обсуждают что-то, возвращаются к длинному столу. Малышев, как дирижёр – увидел нужное лицо – вопрос в лоб, тыкает на того, с кем надо «увязать», что-то чиркает в блокноте. Все разом что-то говорят.

На первый взгляд – бардак. Но есть такая игра – «Что, где, когда?» Там тоже за минуту обсуждения говорят все и разом. Но находят же ответ! Так и тут получилось. Давнишнее соперничество Грабина и Петрова – забыто. Карандашом чиркают на листе что-то, горячо спорят. Котин с Духовым, голова к голове – к Морозову и его людям. Глаза у всех горят.

Вздыхаю тяжко. Удалось запустить процесс. Или показалось?

Отхожу скромно в сторонку, плюхаюсь в кресло. Подходит Кельш.

– Получилось?

– Ты скажи мне, Коль-Коль, разве я вам не писал, не рассказывал про «танчики»? Разве остальные хроно-«зайцы» молчали? Это же «бзик» любого советского пацана – разбор ТТХ танков времён войны. Как? Как люди, которым партия и правительство доверили создание новой боевой техники, оказались такими… даже не знаю, как назвать! Каждый – гений. Каждый – светлая голова. Всё знают, всё понимают. Но как бабы сварливые срутся! Моё – не моё! И конструкторы пушки, и конструкторы танка, и военные – не смогли выработать единую концепцию танка. Чтобы воплотил в себе все достижения науки и техники, что имеются на данный момент. Каждый из них рассматривает процесс работы над танком со своей колокольни, местечково, друг другу мешают, говорят, даже гадят! И абсолютно не вникая и не интересуясь проблемами, возникающими у коллег, по общей работе! Общей! С самого начала отсутствует единый коллектив. В таком коллективе не может быть, да и нет – взаимопонимания, нет общей цели. Цели у каждого свои, а они не совпадают с той целью, которая привела бы их к общему успеху. К танку. Как так-то?

– Так вот работать с творческими… личностями. Все они… Да, ты прав. Не хочется их называть так, как заслуживают, но приходится.

– Не надо мне про творческих ублюдков! А эти ваши генералы-администраторы на что? Где нарком танковой промышленности? Где его участие? Его не касается? А автобронетанковое управление? Тоже не их дело? Коля, год! Год уже, как я вам на блюдечке с голубой каёмочкой! Год, гля! Кто вообще это читал? Почему Грабин так маниакально не хочет понять, что нужны не идеальные пушки, не сферический конь в вакууме, а орудие, идеально вписывающееся в конкретный танк? Почему бюро Котина маниакально строит «бронепоезда»? Все эти монструозные КВ? Почему они не берут схему бронирования нашего же Т-34? Почему до сих пор не применено дифференцирование бронирования? Не надо ля-ля! Иди, на чертежи их КВ-надцатых посмотри. Броня по кругу – 80–100 мм. Корпус – восемь метров длиной! Как это до поля боя доедет? Как это будет жить под авиацией? Как? Вопрос ни у кого не возник? Где башни КВ-3 и КВ-220? Смежники опять под дверь нагадили? А зачем закладывать в проект башни, которые невозможно изготовить? Это не их проблемы? Зачем строить пушку, что не влезает в танк? Это чья проблема?