В нужное время в нужном месте - Андрей Богданов

– Погоди. Не спеши, – остановил его Арнольд. – Он, оказывается, осведомлен лучше, чем нам казалось. Надо точно узнать, откуда.

– Да мне сам папа давно все рассказал! – ударил я наугад.

В точку! Троица мгновенно обернулась к Фишеру.

– Я ему ничего не говорил! – взвился Отто. – Он блефует!

И тут сзади раздался знакомый голос. Будничным тоном с наигранной ленцой и явной бравадой впервые в истории человечества без крика было сказано:

– Работает спецназ шерифа. Мордой в пол, суки. А то перестреляем всех на фиг.

3

Реакция пациентов, как всегда, запоздала. Пока они пытались понять услышанное, из соседних камер черным смерчем вылетел взвод Марата.

Спецназовцы хрустко впечатали рыла Арнольда, Вильгельма, Нортона и Отто в бетонный пол. Заковали всех в наручники и несколько раз больно пнули.

– Как же тут противно, в этих ваших тюрьмах! – воскликнула жена. – Давай, Марат, выпускай нас отсюда, а то еще вшей подцепим…

Марат достал ключ и отворил решетку.

Мы обнялись. Долго молчали, разглядывая друг друга.

– А я думал, тебя убили, – сказал я.

– У них не было ни единого шанса, пока ты дебоширил во вражеском тылу.

– Мальчики, тут мы видим, у вас много своих дел, – сказала жена. – Можно, мы уже пойдем?

– Можно, – ответили мы в один голос.

– Герда! – крикнул Марат. – С вами пойдут Зыка, Поршень, Калоша и Румпель! Зыка за старшего.

– Хорошо, – сказала Герда, поднимая черную маску.

– А ты-то здесь откуда? – обалдел я, уставившись на жену Марата.

– Не хотела отпускать без присмотра Веронику и Алису, – сказала Герда, поигрывая новой моделью «вальтера». – Марат порой забывает вовремя предложить скучающим дамам шампанское.

– Ладно, идите уже, – нахмурился Марат. – Мы позже подлетим.

– Куда подлетим? – спросил я.

– Они сейчас на одном острове живут. У нас же типа военное положение. Шашлыки, дайвинг, танцы до утра, серфинг, яхты, накачанные молодые люди из охранного агентства Людвига… Короче, скука смертная. Вот девчата и решили поразвлечься, в спецназ поиграть. Долго спорили, кому в камере сидеть. Моя Герда уж очень рвалась за решетку. А у твоей дочери я полчаса отбирал автомат. Вот такая у меня работа. Вот такая у нас война.

– Не смешно! – улыбнулась Герда и взяла за руки Веронику и Алису.

В сопровождении четырех бойцов они двинулись по коридору. Внезапно Герда обернулась и крикнула:

– И великого князя с собой захватите! Мы с ним очень хотим познакомиться!

– Какого еще великого князя? – опешил я.

– Обыкновенного. Даниила. Из Рюриковичей. Единственного законного наследника престола.

– Так он на Руси? Давно? Откуда? Познакомишь меня с ним?

– Да, Бонифаций, он на Руси. Но ты и сам его прекрасно знаешь. Это Маэстро.

4

– В камеру их! – скомандовал спецназовцам Марат. – Затем марш караулить вход в подвал!

– Ты не смеешь, сопляк! – крикнул Отто Фишер из-за решетки.

– Смею. Нам предстоит серьезный разговор, так что поумерьте пыл.

– Никакого разговора не будет, – отрезал Арнольд.

– Марат, позволь, я объясню этим существам некоторые вещи? И дело пойдет на лад. И еще, – добавил я шепотом, – Арнольд может тебя загипнотизировать…

– Уже не может, – ответил Марат. – Капитолина Карловна мне на всю жизнь блок против гипноза установила.

– О'кей. Так мне заняться их воспитанием?

– Давай.

– Значит так, существа, – сказал я. – Мы с Маратом не любим, когда нас перебивают или отказываются честно и подробно отвечать на вопросы. Марат, вообще говоря, добрый, мягкотелый. А вот я злой и твердый.

Поэтому всю воспитательную работу в камере возлагаю на себя. Тем более что опыт есть. Если кто забыл, я директор самой страшной в мире тюрьмы, Бастилии. Кто будет не по делу тявкать или выпендриваться, получит в подарок поломанную или оторванную лапу. Все ясно?

– Ха! – не по делу тявкнул Вильгельм.

Я мысленно навинтил на стволы обреза глушитель, настроил заряд на среднюю мощность, прицелился Вильгельму в локоть и выстрелил. Он взвизгнул, повалился на пол, глядя на руку. И завыл от боли. Сокамерники глядели на Вильгельма с непониманием.

– Он мне чем-то локоть раздробил… – прохрипел Вильгельм и начал довольно громко выть.

– Правильно, – тихо сказал я. – Локоть. А если ты немедленно не заткнешься, я оторву тебе руку.

– Сука! – крикнул тупоголовый Вильгельм.

Я сделал заряд помощнее и саданул в ту же точку.

Рука оторвалась. Кровь побрызгала и скоро перестала. А на другой лапе, на наручниках, повисла оторванная часть – запястье с предплечьем. Все смотрели на меня с ужасом. Включая Марата.

– Как ты это делаешь? – тихо спросил Шериф.

– Маэстро вживил в меня дедов обрез. Могу стрелять, не поднимая рук. Из любого положения. Серебряными пулями.

На Марата было больно смотреть. В его глазах появилась не просто чернющая зависть. В них явственно читались отчаяние и мука. После минутной паузы Марат с робкой надеждой спросил:

– А мне «вальтер» вживить Маэстро сможет? А?

– Увы, дружок, скорее всего, нет. Это ж специальный заколдованный обрез моего деда.

– Но я все-таки спрошу…

– Спроси, спроси… А пока слушай. Они алгасты…

– Это я знаю…

– Они ищут какой-то эликсир и книгу. А Фишер у них папа.

– Понял. Я знаю. Дело, считай, раскрыто.

– Итак, господа нелюди-алгасты! – бодрым голосом продолжил я. – Вы верно поняли, что в данном фокусе я использую смертельное для вас серебро. Поэтому искренне верю в наше продуктивное сотрудничество. Старшим по камере назначаю алгаста Арнольда. Ликвидацию любых ненужных шумов и пререканий я поручаю ему лично. Ты понял, Арнольд?

– Да, – сказал псевдокнязь после непродолжительной паузы.

– Тогда почему раненый нелюдь до сих пор шумит? Арнольд подошел к Вильгельму и одним движением свернул тому шею.

– Прекрасно, – сказал я, сдерживая тошноту. – Когда он оправится от этой легкой травмы?

– Через полчаса, – ненавидяще глядя на меня, сказал Арнольд.

– Хорошо. Продолжай, Марат.

– Начну с краткой сводки свежих новостей. Итак. Дворец полностью контролируется морской пехотой. Все морпехи временно подчиняются мне лично…