Короли в изгнании - Макс Мах

И они вошли.

– Счёо, – представился второй мужчина. Он тоже был высок, – худощав и подтянут, но по-другому, иначе, чем Йёю. Кержаку он чем-то напомнил пародийного немца из старых советских фильмов, только монокля не хватало, да волосы были темно-каштановыми, а не белесыми.

– Скиршакс, – сказал третий. Этот, несомненно, был военным, как установил для себя Кержак еще ночью.

– Очень приятно, – ответил им Кержак. – Игорь. Да проходите же! Ставьте все на стол, – предложил он, видя, что гости не знают, как распорядиться принесенным с собой имуществом.

Мужчины не заставили его повторять приглашение дважды и, войдя в маленькую комнатку Кержака, ловко по ней распределились, так чтобы не мешать один другому, и споро расставили многочисленные предметы на крошечном столике.

– У вас отменно вкусный кофе, – сделал комплимент Йёю, разливая горячий – над ним поднимался ароматный пар – кофе по маленьким фарфоровым чашечкам.

– А это наш, как сказать? – Скиршакс запнулся, подыскивая подходящее слово в чужом языке. – Коньяк? Бренди? Да, так. Попробуйте, Игорь.

Скиршакс взял один из кувшинчиков, разлил «коньяк» – напиток насыщенного чайного цвета – по стаканам и один из них протянул Кержаку. Кержак попробовал. «Коньяк» оказался неплох. Резковат, пожалуй, несколько прямолинейно крепок – градусов под пятьдесят, не меньше! – но вкус и запах имел вполне достойный.

– Отличный бренди, – похвалил он, доставая из кармана сигареты. – Не возражаете?

– Ни в коем случае, – ответил Йёю, в свою очередь доставая из внутреннего кармана темно-серого пиджака толстую черную сигару.

Комната, в которой жил Кержак, была уютная, но маленькая. Кроме кровати, шкафа и низкого столика, целиком занятого сейчас разнообразной посудой, в ней имелось только два стула. А собравшихся было четверо.

– Садитесь, господа, – предложил Игорь Иванович, делая широкий жест рукой. – Правда, стульев у меня маловато, так что кому-то придется сесть вместе со мной на кровать.

Скиршакс кивнул и сел на кровать. Остальные тоже сели.

– Игорь, – сказал Йёю, сделав глоток кофе и секунду, с видимым удовольствием смаковавший его вкус, – вы ведь разведчик, не так ли?

– Ну где-то так, – уклончиво ответил Кержак, повторив любимую присказку своего учителя.

– Не прибедняйтесь, – усмехнулся в ответ Йёю. – Я правильно сказал? Вы генерал.

– Генерал-лейтенант, – уточнил Кержак. – В отставке.

– Мы все в отставке, – сухо сообщил Счёо.

– Я даже два раза. – Йёю был невозмутим. – Я, Игорь, пережил два переворота, но жизнь от этого стала для меня только интересней. Поверьте!

– У вас там переворот? – поинтересовался Кержак. Разговор принимал очень интересный оборот. Очень.

– У нас там, – Йёю отметил слово там грустной улыбкой, – у нас там, Игорь, тотальная война и переворот одновременно.

– Плохо дело, – обтекаемо отреагировал на новость Игорь Иванович. – А с кем воюете?

– С врагами. – Ответ Скиршакса был предельно лаконичен.

«Ну что я, в самом-то деле?! – остановил себя Кержак. – Можно подумать, что я знаю, о чем идет речь».

– Не обижайтесь, – сказал Йёю, который, по-видимому, все понял. – Еще успеете разобраться. Все равно ведь придется разбираться.

– Полагаете, придется? – Такого оборота Кержак, признаться, не ожидал.

– Разумеется, – поддержал Йёю Счёо. – Ведь вы теперь с нами. А мы с вами.

Он улыбнулся. У Счёо была странная улыбка. Скорее это был намек на улыбку, но намек блеклый, неживой, как свет болотных огоньков.

– До переворота я стоял во главе Личного Его Императорского Величества Информационно-Аналитического Бюро, – продолжил Счёо. – Это была личная разведка покойного императора. Так что мы коллеги. Правда, воинского звания у меня не было.

– У меня тоже, – кивнул Йёю. – Я делал то же самое для предыдущего императора.

«Вот оно как! – не очень сильно удивился Кержак, чего-то в этом роде и ожидавший. – Интересно, как часто у них меняются императоры?»

– А я был командиром Гарретских Стрелков, – сказал Скиршакс. – Гвардии полковником.

Кержак из его слов ничего не понял и вопросительно посмотрел на Йёю.

Йёю не заставил себя просить дважды и тут же пояснил:

– Гарретские Стрелки – это название гвардейского полка. Гвардейский полк – это примерно то же самое, что корпус спецназа, а звание гвардии полковника соответствует армейскому званию генерал-лейтенанта.

– А теперь, значит, к нам прибыли, – вроде бы нейтрально, но на самом деле с вполне определенным подтекстом подытожил Кержак и сделал глоток кофе.

Кто бы его ни варил, кофе вышел хороший. Без дураков.

– Вам не следует об этом беспокоиться. – Йёю понял и контекст, и подтекст правильно. – Ваша планета – нейтральная территория.

Он втянул в себя дым сигары – Кержак успел уже заметить, что Йёю затягивается по-настоящему, – выпустил его и продолжил:

– Наша цель, Игорь, империя, а не Земля. – Он посмотрел Кержаку в глаза и кивнул, как бы подтверждая этим свои слова. – Мы хотим вернуться, и на Земле нам делать нечего. Отдохнуть, набраться сил, это да, но не более. По некоторым обстоятельствам, о них позже, мы не можем включить Землю в состав империи. Таково условие, но!

Йёю выделил это свое НО интонацией, и Кержак догадался, что именно он сейчас услышит.

– Но, – сказал Йёю, – это условие не распространяется на некоторых людей. На вас, например.

Кержак сказанное оценил. Вполне. Его приглашали на танец. Ну, по сути, он уже и так танцевал, ведь разговор с Катей состоялся несколько раньше. Но теперь, кажется, дошло уже и до деталей. А вот детали могли изменить благостную картину, которую рисовал ему Йёю, самым кардинальным образом.

– Вы можете не доверять моим словам, – сказал Йёю.

В его голосе не было ни раздражения, ни желания убедить в своей искренности. Просто констатация факта.

– Однако вопросы доверия зачастую решают все, не правда ли? – казалось, Йёю просто размышляет вслух.

– Истинная правда, – поддержал его Кержак, размышлявший над тем, какой ход имеется в запасе у этого «гладкого» господина. Ну не стал бы Йёю, велеречивый аристократ от разведки, начинать такой разговор, не имея туза в рукаве.

Так думал Кержак, и, разумеется, он был прав.

– Я рад, что мы понимаем друг друга. – Йёю выпустил изо рта очередную порцию густого сигарного дыма и сделал маленький глоток бренди. – Признаться, у меня были опасения, что разница в культурных традициях не позволит нам достигнуть взаимопонимания.