Чинди - Джек Макдевит

В тот же миг, двигаясь на значительном расстоянии впереди астероида, эти объекты врезались прямо в Большую Глотку.

— Я наблюдаю за всеми ними, — сказал Билл.

— Что они делают?

— Замедляют движение .

На астероиде что-то происходило. На глазах у Хатч он «отрастил» крылья . На верхней и нижней поверхностях скалы возникли серовато-черные отростки. Корабль приобрел сходство с уродливой летучей мышью . Тем временем он приближался к Большой Глотке, пробиваясь сквозь шлейф вихрящегося снега, который вырывался из тыльной части бурлящего штормового клубка.

— Что это за штуки? — заинтересовался Тор. — Что вообще происходит?

— Он заправляется топливом, — сказала Хатч.

— Ты серьезно?

— Мы тоже могли бы. Скорее всего.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я думаю, эти летящие перед кораблем объекты просто «черпаки». У нас тоже есть нечто подобное. Если мы начинаем ощущать нехватку топлива, мы можем спуститься в атмосферу одного из этих гигантов и наполнить баки. — Хатч повернулась к Биллу. — Мы «поймали» что-то еще?

— Есть небольшая утечка электронного излучения, — отозвался ИИ.

— Это случаем не их приветственное обращение к нам?

— Нет. Они вообще никак не реагируют на нас .

— Но они должны бы уже нас видеть, — заметил Джордж. — Билл, не мог бы ты открыть канал, чтобы я связался с ними?

— Ты хочешь установить мультиканальную связь, Джордж?

Джордж взглянул на Хатч.

— Хочу?

— Да, — кивнула она.

Тор широко улыбнулся.

— И что же ты им скажешь?

— Просто поздороваюсь.

Астероид осторожно входил в шторм.

— Можно приступать, — сообщил Билл.

— Приветствую вас, — объявил Джордж. — Мы пришли к вам с миром от всего рода человеческого.

— Фу, как примитивно, — усмехнулся Ник.

Джордж покраснел.

— Ну а чего ты хочешь от короткого заявления? Я не готов к длинным речам.

— Поздно, — съязвил Ник. — Теперь эту фразу будут цитировать во всех школах Вселенной на протяжении всех грядущих веков.

Джордж обратился к изображению ИИ на экране.

— Они отвечают, Билл?

— Нет. Никакого ответа .

Астероид все дальше уходил в снежную бурю, и постепенно падала четкость изображения.

Билл начал обратный отсчет времени, и точно по графику объект вышел из шторма в сопровождении облака шаттлов. Крылья были убраны, шаттлы «пойманы» и поглощены основным корпусом. Затем объект запустил вспомогательные боковые двигатели, чтобы скорректировать свою орбиту, и продолжил путь. — Он постоянно поддерживает такой курс, чтобы проходить через шторм на каждом следующем витке орбиты, — пояснил Билл.

Джордж вновь вышел на связь и повторил попытку.

— Приветствую тех, кто сейчас на борту. — Он улыбнулся, взглянув на Аликс. — Мы, те, кто находится здесь, рядом с вами, пришли с миром. Пожалуйста, дайте световой сигнал или помашите крыльями, или сделайте что-то еще, если слышите нас.

Из динамиков струилась мертвая тишина.

— Я уверен, ребята, что вы все время встречаетесь здесь с друзьями, — добавил Джордж.

— И что теперь? — пожал плечами Тор.

Аликс подцепила пару кусочков подрумяненного тоста.

— Это чинди, — сказала она.

Черт возьми, что еще за чинди ?

— Это слово из языка индейцев навахо. Ночной дух.

— Опасный? — спросил Ник.

— Все духи опасны, — ответил Тор. Он пристально посмотрел на Аликс, которая собиралась намазать тосты клубничным джемом. — А что тебя связывает с навахо?

— Дедушка. — Она невинно улыбнулась. — Он утверждает, что именно поэтому у меня такая приятная внешность.

— Но ведь ты блондинка?

— Речь о внешности, а не о цвете волос.

— Итак, что же он собирается делать сейчас? — осведомился Джордж, утомленный разговорами о дедушках из племени навахо и об оттенках волос.

— Я бы предположила, — откликнулась Хатч, — что он сделает виток по орбите и вновь войдет в Большую Глотку.

— А разве первого раза было недостаточно?

— Именно. Судя по их размерам, это, по-моему, должно занять еще некоторое время.

— А как же все-таки он функционирует? — спросила Аликс.

Как это происходило на практике, Хатч не знала.

— Они каким-то образом управляют выбросом в тропосферу огромных масс аммиачного льда. То есть создают эту Большую Глотку.

— А разве аммиак — топливо? — удивилась Аликс.

— В той или иной степени. Вероятнее всего, они «разбивают» его на водород и азот. Выпускают азот за борт, а водород сжижают и хранят. Вот это, собственно, и есть топливо. И, может быть, еще и реактивная масса.

— Тем не менее звучит это неубедительно, — произнес Тор. — Как можно заставить атмосферу выбрасывать за собственные пределы такую массу аммиака?

— Не знаю, — призналась Хатч. — Нельзя, наблюдая за штормом со стороны, понять, как они делают это.

— По крайней мере, это уж точно не простая оболочка, — заявил Джордж.

— А ты беспокоился, что может оказаться и так?

— Честно говоря, да.

Хатч покачала головой.

— Я бы удивилась, если этот корабль оказался бы пустой коробкой.

— Почему?

— Могила. Могила во дворе Убежища. Та, свежая. И следы. Те, кто на корабле, вполне вероятно, и оставили их.

— И похоронили обитателей.

— И похоронили одного из обитателей. — Она взглянула в сторону Близнецов. — Да. Я хочу сказать, что здесь трудно жаловаться на перенаселенность. Они могли — а может, и не могли — быть связаны с теми, кто строил Убежище. Ведь это было так давно. Возможно, эти ребята просто пролетали по соседству и увидели его. Так же, как и мы.

— Очень странное совпадение, — заметила Аликс.

— Почему?

— За последние три тысячи лет сюда наведывались только дважды — и при этом с интервалом в несколько дней.

Объект на экранах постепенно вырастал. Билл открыл стенные панели в отсеке управления, и земляне могли непосредственно обозреть весь корабль, дивясь его грандиозным размерам. Как только «Мемфис» приблизился к нему, перспектива исчезла, а с ней и возможность видеть корабль целиком. Теперь земляне почти в упор рассматривали нечто похожее на каменную колонну, которая простиралась во всех направлениях. Она была иссечена, разбита и покрыта снегом. По поверхности разбегались гребни и изломы, а случайные воронки и впадины перемежались с группами антенн, сенсоров и другого электронного оборудования, назначения большей части которого Хатч не понимала. «Мемфис» двигался медленнее, чем этот объект; люди рассматривали чужака, пока он проходил под ними, отмечая, как каменная поверхность постепенно теряет свою неоднородную структуру, становясь гладкой, уступая место металлу, вздыбившемуся над ней. Этот бугор превращался в холм, тот обретал плавную форму, становясь одним из двух цилиндров-близнецов, серых, холодных, изрытых оспинами. Затем цилиндры продвинулись вперед, и наблюдатели увидели, что их четыре, по два на одной оси, а потом они стали трубами, массивными реактивными двигателями на корме корабля.