Торговый баланс - Стив Миллер

Наступило затянувшееся молчание. Мейча была нехарактерно тиха: она сложила руки на коленях, распустив пальцы и глядя куда-то над левым плечом Джетри.

Джетри откашлялся. Она перевела взгляд на него.

– Однако они все еще спорят – ваша тетя и ваш кузен. Относительно вас двоих?

– Относительно меня, – уточнила Миандра с такой горечью, что Джетри поразился.

Мейча выпрямилась и положила руку сестре на плечо, однако промолчала.

– Быть Целительницей – это допустимо, – продолжила Миандра спустя мгновение уже чуть менее горько, хотя в глазах у нее горел гнев. – Но драмлиза здесь, на Ириквэй… это…

Она замолчала.

– …недопустимо, – тихо договорила Мейча. – Ириквэй освоили те кланы, которые считали, что драмлиз нужно… нужно…

– Уничтожать, – сказала Миандра, и в ее голосе снова появилась горечь. – Считается, что мутация, сделавшая возможной такие способности… что эта мутация представляет опасность для всего генофонда. Потребовали провести чистку. Вопрос решался на Совете Кланов, в самой Солсинтре, и споры кипели много дней, ибо кто может оставаться совершенно спокойным в присутствии человека, который слышит твои мысли или может переместиться от порта до центра города в мгновение ока? Оппозицию возглавила сама Глава Корвала, как рассказывают нам учебники истории, и в конце концов одержала верх. Существующим драмлизам было позволено жить, не проходя стерилизации. Кланы драмлиз сохранили свои права на брачные контракты, смешивая свои гены с общим генофондом, как им вздумается. И была образована гильдия, точно такая же, как гильдия пилотов или купцов, которая обеспечивала драмлизам защиту, как ценному коммерческому предприятию.

– Протестовавшие кланы, – сказала Мейча после короткой паузы, – оставили родную планету и обжили Ириквэй. Сначала существовал запрет и на Целителей. Его со временем отменили, поскольку стало очевидно, что Целители способствуют… социальной стабильности.

Мысленно запыхавшийся Джетри протестующе поднял руку.

– Дайте мне немного времени, – попросил он, и голос у него тоже оказался запыхавшимся. – У землян таких мутаций обычно не бывает. Вы – первая Целительница… и драмлиза… которых я вижу, и я все еще не уверен, что понимаю, почему один человек, делающий невозможное, высоко ценится, а другой, делающий нечто столь же невозможное… внушает страх.

Миандра неожиданно ухмыльнулась.

– Предрассудки не обязательно поддаются холодному рассудку – как тебе наверняка известно.

Он изумленно воззрился на нее, и Мейча засмеялась.

– Разве не все планетники тупые? Иначе зачем бы они жили среди грязи, запахов и погоды?

– Ох! – сказал он, но без возмущения, потому что они говорили правду – или то, что было правдой раньше. – Я… начинаю привыкать… и с этой стороны тоже. Обучение требует времени.

– Это пра… – начала Мейча – и застыла, повернув голову к двери.

Звук раздался снова – тихий скрежет, словно по двери со стороны коридора провели напильником.

Джетри встал и прошел к двери. Взявшись за ручку двери, он бросил взгляд на близняшек, которые настороженно сидели на своих местах. Миандра повела рукой, приглашая его открыть дверь.

Ну что ж, Он открыл замок и повернул ручку, открыв дверь достаточно широко, чтобы увидеть…

Пустой коридор.

Нахмурив брови, он опустил взгляд. Снизу вверх на него смотрели глаза цвета оливина – и что-то еще.

Джетри сделал шаг назад. Флинкс переступил через порог, высоко подняв голову. Во рту он держал серебряную цепочку, волоча рубин по полу у себя под брюхом. Как только кот вошел в комнату, Джетри снова закрыл и запер дверь. Когда он повернулся обратно, Флинкс уже был рядом с Миандрой.

Она не пошевелилась, когда крупный кот поставил передние лапы ей на колено. А потом она вытянула руку – и Флинкс наклонил голову, бросив цепочку ей на ладонь.

– Спасибо тебе, – тихо сказала она и подняла подвеску.

Расплавившийся рубин медленно раскачивался, играя на свету.

– Флинкс горд собой, – сказала Мейча. – Тетя Стафели выбросила его в корзину, предназначенную для мусоросжигателя.

Джетри подошел к Миандре и встал на колени рядом с нею и котом. Флинкс сошел с колена девочки и подскочил к Джетри, боднув его головой в бедро. Миандра посмотрела на него: в ее синих глазах светилось любопытство.

– Можно посмотреть? – спросил он, и она, не колеблясь, положила цепочку ему на ладонь.

Он сел на пятки и рассмотрел подвеску. Тонкие серебряные звенья не искривились и не почернели. Рубин оказался деформированным, асимметричным. Нижняя часть у него раздулась, словно у переполненной пластиковой бутылочки, когда давление жидкости внутри распирает ей бока так, что они готовы лопнуть.

– Да, – сказал он, возвращая рубин. – Как ты это сделала?

Она повела плечами.

– Я… точно не знаю. Может быть… камень, его грани, служили фокусом для силы, которую я тратила, но… Я не знаю! – вскрикнула она, внезапно и страшно. – Мне нужно учиться, пока я… пока… А тетя Стафели только говорит, что я должна быть Целительницей и только Целительницей. – Она понурила голову. – Она не понимает, каково это.

Он посмотрел на Миандру.

– Но даже если тебя нельзя обучать на Ириквэй, есть ведь и другие места? Места, где гильдию драмлиз признают?

– Таких множество, – сказала Мейча, когда Миандра несколько секунд молчала. – Трудность в том, чтобы убедить тетю Стафели – и здесь мы успеха не добились.

– А Рен Лара вы не пытались убедить?

Мейча поморщилась:

– Еще хуже.

– Рен Лар, – прошептала Миандра, – считает, что драмлизы представляют собой не меньшую опасность, чем старинные технологии.

Она вдруг засмеялась и посмотрела Джетри прямо в глаза.

– Ну что ж, в этом он не слишком ошибается.

Он невольно ухмыльнулся, но тут же снова стал серьезным и пересел с колен на ковер, скрестив ноги в неуклюжем подражании ее позе.

– А мастера вен-Деелин? – спросил он.

Две пары сапфировых глаз недоуменно воззрились на него.

– А при чем тут она, интересно? – спросила Мейча.

– Ну, она родом с Солсинтры, на Лиад, где драмлизам позволено заниматься своими делами без помех. И она – приемный ребенок вашей тети – кому же везти тебя туда, как не ей?

– Да этот мальчишка гений! – сказала Миандра с изумлением. – Сестра…

– Помехи все равно остаются, – сказала Мейча. – Легко сказать, что вен-Деелин тебя отвезет, однако это – пустая надежда, если тетю Стафели не удастся убедить тебя отпустить.

– Норн вен-Деелин – мастер-купец, – заметил Джетри, поглаживая Флинкса.