Метро 2033. Пасынки Третьего Рима - Татьяна Живова

Санджита на месте почему-то не оказалось, лавка его была закрыта. Мартиша сквозь зубы помянула какого-то гребаного пистоля, а вслух выразила надежду, что торговец все же пока еще обретается где-то в стенах Горбушки, а не умотал по каким-то внезапным и срочным делам на свою родную Севастопольскую.

– За ним такое водится! – сказала она Марку. – На редкость подвижный товарищ, вечно ему на одном месте не сидится! Он и сюда-то перебрался во многом из-за тяги к перемене мест и жажды новых впечатлений. Редкий в наше время образчик «чистого», который ничуть не против разделять кров и стол с мутантами и дружить с ними.

Они обошли несколько лавок на этаже, прежде чем узнали, что индиец отправился в чайхану «Белая Змея» выпить чайку, покурить кальян и вообще расслабиться после честно отработанного трудового дня.

Шумно и облегченно выдохнув, Существо поблагодарила информатора и потащила Марка обратно вниз по лестнице.

Чайхана «Белая Змея» была полутемным, но довольно уютным помещением, почти сплошь устланным разномастными коврами с валяющимися на них грудами столь же разнокалиберных подушек. На коврах кое-где стояли низенькие круглые столики со всякими яствами, за которыми сидели и возлежали в вольготных позах посетители заведения. Рядом с некоторыми из них тихо булькали кальяны, терпкий и ароматный дым которых кисейными полосами плавал под потолком чайханы среди затейливо расписанных, в вычурных металлических оправах, самодельных масляных ламп. По запаху скавен тут же узнал табак-самосад, какой выращивали на Сор-горе, правда, с какими-то ароматными примесями.

Играла томная и ритмичная, незнакомая Марку музыка. Повернув голову туда, откуда она раздавалась, он увидел нескольких сидящих на коврах музыкантов с какими-то причудливыми инструментами, из которых наиболее знакомым скавену показался барабан. Да и тот был какой-то непривычной формы – в виде бокала на толстой ножке.

Под эту музыку на свободном от столиков пятачке извивалась в странном, но очень чувственном танце полуодетая беловолосая и очень белокожая, словно светящаяся изнутри девушка в полупрозрачном наряде, расшитом сверкающими блестками и звенящими металлическими бляшками. Посетители – в основном, это были мужчины – одобрительно кивали и цокали языками, наблюдая за ней.

Марк невольно смутился, увидев совсем близко почти не прикрытое одеждой стройное девичье тело, и про себя порадовался, что в неровном свете потолочных и настольных ламп не было заметно, как он покраснел. Существо же, напротив, осталась невозмутимой. Даже если и заметила это.

– Салям, Лейла-джан! – как старой знакомой, кивнула она танцовщице. – Санджита не видала?

Девушка по имени Лейла, не прекращая выписывать гибкими руками в воздухе затейливые вензеля и соблазнительно покачивать бедрами, кивнула куда-то вправо и задержала любопытный взгляд блестящих светло-розовых глаз на Марке. Тот вспыхнул и усилием воли отвел завороженный взгляд от ритмично подрагивающего белоснежного мускулистого животика и гибкой талии, извивающейся так, словно у ее обладательницы позвоночник отсутствовал в принципе. Лейла в ответ хихикнула и загадочно-лукаво подмигнула ему. Оказалось, что у нее – и глаза, как у рептилии: с вертикальными зрачками и прозрачными перепонками под веками.

Сразу стало понятно, почему у чайханы такое странное название.

– Джаным^[23], не смущай моего гостя! – хмыкнула Мартиша и подалась чуть в сторону, выискивая взглядом нужного им человека.