Близкие звезды - Людмила Макарова

– Отвали, Серж. Мог бы мне гарнитуру вернуть и не подслушивать. Виктор, мне показалось, в н-нас попали. Что случилось? И д-дайте уже выпить…

– Абстинентный синдром, – произнес Блохин, глядя в угол.

– Еще раз.

– Меньше пить надо.

– А с-серьезно?

– Рэд, отстань. Очухался и слава богу. Выпивки у меня все равно нет.

– У меня есть. – Радист подошел и протянул Гардону фляжку. – Только в обморок больше не падай. Вить, сколько ему можно, чтоб порозовел немного?

– Да, ребята, – задумчиво сказал полковник СКБ, – интересно с вами в космосе летать, ничего не скажешь.

– Внимание! Службе движения альфа-радиуса обеспечить проход правительственного кортежа Аналога-2. «Гепарду» лечь в дрейф, заблокировать бортовые системы вооружения. Кораблям сопровождения отойти из зоны обстрела.

– Это серьезно, – заявил Джой. – Четыре крейсера, куча патрульных и правительственный «крокодил» в центре.

– Ну вот, – негромко подытожил Дэйв, – сейчас узнаем, герои мы или предатели.

– Радисту «Гепарда» обеспечить связь с бортинженером Виктором Блохиным по личному коммуникатору.

Виктор поднял глаза к потолку.

– Сейчас меня высекут принародно. Здравствуйте, господин советник. Случайно… А что делать-то было? Да Гардон-то здесь при чем?! Зону перехода загораживали… Да, все девять… Дэйв здесь. Уф-ф, Кейт, переключи советника Блохина на полковника Дэйва!

– А я думал однофамильцы, – удивленно сказал Джой.

– Ты лежишь в дрейфе – вот и лежи! – огрызнулся Виктор. – Рэд, сейчас и до тебя очередь дойдет.

– Поговорю, не бойся.

– Только спокойно!

– За отца переживаешь? – усмехнулся капитан. Возмущенный Виктор не успел ответить.

– Внимание, капитан «Гепарда», говорит командир кортежа. Стыковка с правительственным звездолетом. Без глупостей, вы на прицеле.

– Сделаешь, малыш? – спросил Рэд.

– Да, капитан, – кивнул Джой.

– У тебя весь левый борт разворочен… Даже журналисты заметили.

– Я в курсе, – Ив улыбнулся. – Автопилот не загружается при поврежденных рулях направления. Так что благодаря вам я теперь умею военную технику пилотировать в ручном режиме.

– Я не понял, – беззлобно пробурчал Гардон, усевшись поудобнее, – это претензии командиру или самоутверждение за мой счет?

– Салаги борзеют на глазах, – хмыкнул Блохин, – а взяться за штурвал его всей командой уговаривали. Жаль, ты не видел.

– Полковнику СКБ Артуру Дэйву и капитану АСП Рэджинальду Гардону подняться на борт. Команде «Гепарда» оставаться на местах.

Рэд вздохнул, тяжело поднялся, опираясь о пульт и дохромал до места первого пилота. Он положил Джою руку на плечо и слегка сжал ладонь.

– Ты хороший пилот, Джой, – произнес он так тихо, что остальные не могли их услышать, – но звездная дорога – не единственная в жизни. Когда пройдешь тестирование, подумай хорошенько. Прежде чем тебя начнут покупать и пере… п-продавать друг другу все, кому не лень… Подумай еще раз.

– Какое тестирование? – спросил Джой. – О чем вы, капитан?

Но Рэд уже отвернулся.

– Виктор, проводи его, – сказал Серж, многозначительно посмотрев на бортинженера. – Нас точно остановят. Совсем ведь никакой…

Блохин взял капитана за локоть и пошел рядом по стыковочному коридору мимо вышколенной охраны в идеально подогнанной форме, косившейся на них.

– Добрый день, джентльмены, – сказал советник, поднявшись навстречу. – Здравствуй, сын. Тебя-то я как раз не приглашал.

– Я сопровождающий, – улыбнулся Виктор, кивнув на Гардона.

Блохин-старший окинул капитана быстрым взглядом.

– М-да. Трибунал подождет? Как вы считаете, полковник Дэйв?

– Вам решать нашу судьбу, сэр. – Дэйв склонил голову. – Я, как и капитан Гардон, действовал исключительно на свой страх и риск.

– Что ж, садитесь для начала. В этой истории мне все более или менее понятно, кроме двух моментов. Первое – техническая сторона вопроса разработки оружия, второе – истребители «Эталона» в количестве девяти штук…

– Я сам ввязался с ними в бой, сэр, – сказал Гардон, не дожидаясь официального обращения к собственной персоне. – Только их было семь. Пилоты машин с бортовыми номерами «три» и «пять»… с моей точки зрения вели себя совершенно правильно… отказавшись открыть огонь по гражданскому звездолету, не представлявшему для них угрозы. В результате их же комэск пытался их л-ликвиди-ровать.

– Хм. Или армия Аналога-1 слабее, чем мне представлялось, или капитан Гардон чего-то не договаривает.

Полковник Дэйв на секунду прикрыл глаза, в знак того, что подтверждает истинность сказанного. Советник посмотрел на Гардона с нескрываемым интересом, и Рэд позволил себе слегка улыбнуться.

– Я имею боевой опыт, сэр.

– В таком случае, Рэджинальд, жаль, что вы работаете в АСП, а не в моей охране.

– Спасибо, сэр.

В другой раз Рэд бы обязательно заявил, что подумает над предложением и готов обсудить материальную сторону вопроса. Но сил на браваду у него уже не осталось.

– Евгений Павлович, – сказал Дэйв, – капитану тяжело дался этот бой и события на Л-80. Я предлагаю его отпустить и пригласить сюда планетолога Берта Стоуна, который имеет ценную информацию.

– Что ж, Гардон, вы и в самом деле плохо выглядите. Идите отдыхайте. Виктор, рад тебя видеть живым, но я тебя сюда не приглашал. Проводи своего командира к нашим медикам, я их предупрежу. А себя приведи в порядок.

– Благодарю вас, сэр, – ответил Рэд и покинул кабинет советника.

– Ну, – сказал он в коридоре, – это ведь не абстинентный синдром?

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что ты смотришь на меня, как на покойника!

– Я не врач.

– Виктор, прекрати. – Рэд поморщился, держась одной рукой за стену, а другой – за грудь. – Что на самом деле случилось? Я хочу услышать от тебя, почему я отключился, прежде чем со мной начнут разговаривать на латинском языке.

– Последствия Л-80.

– В в-виде?

– У тебя КРС стоит, – нехотя обронил Блохин.

– Что-о?!

– Кардиореспираторный стимулятор. Он провалился глубже, чем нужно. Я побоялся его извлекать в походных условиях – просто отключил. Тебе не сказал, чтобы ты не орал и не требовал от меня невозможного. Я же не хирург. А сейчас активировал, когда тебя сорвало. С медикаментами на «Гепарде» напряженка… некомплект.

– То есть т-ты хочешь с-сказать… – Рэд замолчал.

– Ничего я не хочу говорить! Вот дверь, там и спрашивай. Вежливо попросишь – переведут.