Задача на выживание - Тимоти Зан

И все же за прошедшие с тех пор годы Скайуокер много раз, лежа в темноте без сна, представлял, как он и Бен смогли бы вместе одолеть или, по крайней мере, нейтрализовать Вейдера, затем освободить Лейю из ее камеры и доставить на Иавин IV ценные сведения о Звезде Смерти.

— Выходит, есть что-то, чего не знают даже великие джедаи? — ответил издевкой Эстош. — Возможно, я недооценил лишь ваши боевые навыки.

Вообще-то, даже вопроса не было, каким должно быть логичное и здравое решение. Наверху Эвлин будет в опасности; к тому ж ее присутствие может стать для Люка серьезной помехой, отвлекая его от боя.

И все же, несмотря на всю логику, его инстинкты шептали ему совсем другое.

«Доверься своим инстинктам, Скайуокер…»

— Будь готова остановить турболифт, — сказал он Эвлин.

Потянувшись к Силе, Люк сквозь пролом в потолке запрыгнул на крышу кабины. Причина столь странной формы пролома стала понятна, когда он увидел разноцветные провода, пересекавшиеся вокруг отверстия. Как и кабины передних турболифтов, эта была трансформирована в ловушку. Штурмовики, проделавшие в ней дыру, сдвинули и нарастили некоторые из проводов, после чего наложили взрывчатую ленту так, чтобы не повредить остальные.

— И если я прикажу уходить, ты немедленно, без вопросов и возражений, отправишься на этой кабине к Маре. Поняла?

Эвлин кивнула. Вновь обратившись к Силе, Скайуокер потянулся сознанием сквозь отверстие и нажал на клавишу.

Кабина со скрежетом двинулась к Д-4 — «вниз» от того места, где сидел сейчас Люк. Вытащив световодную трубку, он настроил ее на узкий луч.

— Это слегка несправедливо, Эстош, — раздался из комлинка голос Фела. — Даже от джедаев нельзя требовать, чтоб они знали все. Вот почему у них есть такие союзники, как мы. Видишь ли, нам известно о записывающем устройстве, которое вы установили в навигаторских ретрансляционных линиях.

Нахмурившись, Скайуокер уставился на комлинк. Записывающее устройство в навигаторских линиях, о котором знали Фел и штурмовики? И о котором они никому не сказали?

— Так вот зачем понадобилась та диверсия с кабельными ползунами, — сказала Мара, и даже на таком расстоянии. Люк ощутил ее удивление и досаду, вызванные тем, что Фел не поделился с ними этим секретом. Но в голосе Мары не прозвучало ничего, кроме профессионального интереса. — Вы знали, что можете слинять с этой вечеринки раньше остальных, поэтому постарались разжиться записью обратного маршрута. А твой разговор с Джинзлером в смотровом холле случился потому, что посол оказался слишком близко к месту акции?

— Да, — подтвердил Эстош, невольно впечатленный тем, как быстро она схватывает. — Если бы он вышел оттуда не вовремя, то увидел бы Пёпша, устанавливавшего прибор… Мастер Скайуокер, ты еще там?

Скайуокер опять включил микрофон.

— Еще здесь, Эстош, — заверил он. — Но ты же понимаешь, что даже с этой записью вам не выбраться из Редута. До того как вы подключили записывающее устройство, мы уже около получаса летели внутри скопления.

— Этот последний отрезок будет довольно легким, — небрежно сказал Эстош. — Покинуть край звездного скопления вовсе не так сложно, как перемещаться в его глубине.

Достигнув основной воронки гравитационного поля, кабина турболифта начала вращение. Через минуту она закончила разворот, предоставив Люку отличный вид на пилон — вплоть до изгиба, где тот заворачивал к Д-4.

Скайуокер нахмурился. Дальний конец трубы отсюда не просматривался, но если бы за изгибом велись какие-то работы, он должен был бы что-то слышать. Но все было тихо. Чем бы тут ни занимались вагаари, они, похоже, уже закончили. И вряд ли это хороший знак.

Включив световодную трубку, Люк направил ее луч вверх. И затаил дыхание. За несколько метров до изгиба трубу обегало плотное кольцо, составленное из плоских серых ящиков. Ящиков, похожих на те, которые он с Марой видели на Д-4 и которые заполняла, по словам Мары, взрывчатка.

Вагаари заминировали пилон.