Сын Бессмертного - Борис Романовский

Я поморщился. Раздражает этот старик.

— Я хочу предложить сотрудничество. Взаимовыгодное.

— Ты? Мне? — старик опешил. — Ты ничего не перепутал? Ты предлагаешь сотрудничество МНЕ? Да ещё и взаимовыгодное? Ты хоть значения этого слова знаешь?

— Да. Это касается и миссии Крёстных Отцов, и другого дела.

Пердикк подозрительно посмотрел на меня. Почесал лысину и жестом пригласил за собой.

Я зашёл на его территорию. Мы подошли к ближайшему столу, захламленному проводами, и сели на стулья.

— Ну. Говори, — Пердикк нетерпеливо дёрнул щекой.

Я в общих чертах описал ему летящую в космосе кассету и управляющий ею Голос. Старик внимательно меня выслушал, а затем надолго задумался. Я ему не мешал.

— В одиночку ты такое не сотворил бы. Кто помог? — наконец, заговорил Пердикк.

— Шахматист.

Пердикк на секунду замер. Затем слез со стула и начал ходить из стороны в сторону. Он явно знает Шахматиста, но вот их отношения мне непонятны. Они враги? Союзники?

— План может сработать, — Пердикк остановился. — Проводи меня в эту кассету.

— Вы пройдёте сквозь мою дверь? — уточнил я.

— Да.

Я внутренне вздохнул. То, что не позволено обычному Демону, для Грандмастера — не сложнее щелчка пальцами.

— Давайте поговорим о следующем деле. Я хочу исследовать Море Утопленников.

Пердикк остановился и резко повернулся ко мне на пятках.

— Повтори!

— Я хочу исследовать Море Утопленников.

— Ха-ха-ха! — Пердикк задрал голову и рассмеялся. — Как интересно!

— Хочу поймать бронзовую рыбу. Поможете?

Пердикк широко улыбнулся.

— Да! В молодости я угробил десять лет на эту мечту!

— В молодости? — удивился я.

— Да! В Море Утопленников могут войти только Демоны до четвёртого ранга. Всех остальных кассета не принимает. А если влезть силой — она не выдержит и разрушится, как Песчаные Облака, про которые ты рассказывал.

Гм, а об этом я не знал. Получается, что, когда я стану Секарио, нам со Светой придётся изменить место встречи. Но до той даты ещё далеко, и пока можно не беспокоиться.

— Пойдём уже, — нетерпеливо потребовал Пердикк.

Мы с ним неспешно направились к моей мини-пустыне, по пути обсуждая детали нашего соглашения. Как оказалось, Пердикк раньше всеми силами пытался поймать бронзовую или серебряную рыбу в Море Утопленников. Но потерпел неудачу. А когда стал Секарио — больше не смог попасть в кассету. И забыл об этой мечте.

— Тебе надо заняться своей территорией, — заметил Пердикк, оглядывая пустыню. — Построй себе замок какой-нибудь. Или пирамиду. Комната со Звёздами — твоё убежище. Тут ты сможешь спрятаться от любой погони.

— Найду время и займусь, — согласился я. Надо улучшить Барханчика и оставить его здесь — пусть работает. Станет моим песчаным дворецким.

Мы добрались до дверей. Настороженно посмотрев на Пердикка, я в очередной раз мысленно вздохнул и коснулся нужной двери. Она превратилась в жёлтое пятно со спиралью внутри, и я вступил в портал.

— Интересно, — позади меня вышел Пердикк и огляделся. Всюду песок.

— Вы привели гостя, — произнёс Голос.

Песок перед нами зашевелился и начал медленно приобретать форму человеческого тела. Пердикк не обратил на это внимания. Он подошёл к тому месту, где Шахматист оставил доску. Хмыкнул. Затем из воздуха достал непонятный прибор, отдалённо похожий на сферическую астролябию, и начал крутить многочисленные стрелочки и дёргать рычажки.

Голос в это время уже сформировался — песчаный человек подозрительно напоминал Шахматиста. Да и размытые черты лица чем-то похожи…

— Этот гость…

— Не мешай, — я отмахнулся. — Лучше создай мне стул и открой вид на космос.

Голос исполнил приказ. Я с облегчением сел и уставился на космическое пространство. Я боялся, что Пердикк нападёт. Хоть здесь и стоит барьер, созданный Шахматистом, но существовала вероятность, что Пердикк не испугается моего брата. А может быть, дела обстоят так, что они и вовсе враги. Но всё обошлось.

Рассматривая далёкие звёзды, небесные тела, туманности и кометы, я не заметил, как пролетело время.

— Готово, — рядом раздался довольный голос Пердикка. Я отмер и проморгался.

Старик уже убрал загадочный прибор и стоял рядом с телепортом Шахматиста. На его лице застыло неоднозначное выражение — я не смог понять, о чём старик думает.

— Ну-ка… — Пердикк вдруг топнул по песку. На его поверхности появился полупрозрачный образ шахматной доски.

Я замер. По спине побежали мурашки, дыхание перехватило. Голос что-то пискнул и замолк.

Вспышка!

На доске материализовался хмурый Шахматист. Не его клон, а сам Демон. Он кинул быстрый взгляд на меня и опустил голову, вперившись в старика.

Выглядели они вместе необычно — Шахматист и Пердикк. Первый — молодой парень, одетый в чёрный плащ с серебристыми небольшими штрихами, ростом около метра девяноста, с короткими чёрными волосами, правильными чертами лица и ярко-сияющими янтарными глазами. Второй — лысый старик полтора метра ростом, с нелепо громадными очками на носу, одетый в неопрятный белых халат.

— Учитель, — поприветствовал Шахматист. — Не ожидал тебя тут увидеть.

— А я тебя ожидал, — старик поправил очки. — Будешь помогать нам.

Шахматист нахмурился. Снова огляделся.

— У меня нет времени.

— Ну и что? Нет и нет. Но помогать будешь.

— Что ты хочешь сделать с этой кассетой?

— Мы сольём её с Облаками Порядка.

— Безумие.

Я молча наблюдал за беседой двух Высших Демонов. Даже не предполагал, что Пердикк — учитель Шахматиста. Но, судя по их поведению, отношения у них не самые лучшие.

Шахматист вдруг повернулся ко мне.

— Брат! — я натянул улыбку на лицо. — Рад тебя видеть в здравии!

— Зачем ты его сюда притащил? — Шахматист кивнул на Пердикка.

— Он обещал взять меня в ученики.

— Врёшь! — возмутился Пердикк. — Нагло и не краснея!

Шахматист хмуро посмотрел в окошко, на космос.

— Он сказал, что передаст мне свои знания и сделает наследником, — продолжил я.

— Да я скорее ногу свою съем!

— Хватит, — рубанул Шахматист. — У меня нет времени с вами возиться. Говори сейчас, что тебе надо.

Пердикк сразу же стал серьёзнее. Стянул очки и начал их протирать подолом халата. Его глаза — блеклые, слегка выпуклые, светло-серые — ничего не выражали. Глаза мёртвой рыбы, а не человека.