Копия - Лорен Оливер

Трейлерный парк Винстон-Эйбл располагался примерно в сорока минутах езды от Ноксвилла. Чтобы добраться до места, им предстояло провести в дороге около шести часов. Окна были открыты, радио выключено. Большую часть времени они провели в молчании. Лишь однажды Пит спросил, не будет ли она против остановиться и выпить кофе.

Дорога, напряжение, ветер, шелестящий кронами молодых деревьев вдоль дороги, и лобовое стекло, в котором отражался свет фар, – все это создавало причудливую иллюзию. Казалось, они попали в какую-то временную петлю и вернулись в тот самый день, три недели назад. Джемма безуспешно пыталась уснуть. Каждый раз, когда на дороге им встречались полицейские, она подпрыгивала на месте. Джемма сказала матери, что останется у Эйприл, а Пит соврал своим родителям, что переночует в одной из многочисленных гостевых комнат Ивзов. Эйприл же, несмотря на громкие протесты, отправилась домой, чтобы прикрыть подругу, если Кристине заблагорассудится позвонить ей домой прежде, чем Джемма вернется. Мамы Эйприл давно уже уехали с вечеринки, поэтому ее выдумка не должна была открыться слишком быстро. И даже в худшем случае Джемма надеялась, мама решит, что она солгала, чтобы провести ночь с Питом. Кажется, Кристина давно уже их подозревала, или, по крайней мере, надеялась.

И все же возможно любое развитие событий. Подозрения могут возникнуть и у отца. Он мог связаться с друзьями из силовиков или из дорожной полиции. Кто знает, может, они уже колесят по темным дорогам, разыскивая ее, чтобы вернуть домой. Мир ее отца представлял собой паутину, где каждый был связан с другим взаимными одолжениями, подковерными делишками, контрактами, альянсами и – сильнее всего – деньгами.

Джефри был пауком, а людишки вроде нее самой, Лиры и Ориона были для него мухами.

Было почти шесть утра, когда они увидели дорожный знак, указывающий на въезд в городок Рончоуо. Его претензии на известность мог подкрепить лишь факт наличия крупнейшего частного завода по производству пластика. Воздух был отравлен химическим дымом и имел особую осязаемую текстуру. Сумерки начали рассеиваться. Джемма помнила, что брат отца, дядя Тед, помог реструктуризировать долг округа Нокс. И все же она была удивлена, увидев торговый центр с салоном красоты, винным магазином, банкоматами и небольшим банком, носящим в качестве названия ее фамилию.

Теперь во всем этом появился смысл. Больше всего на свете братья Ивз любили собственность.

Трейлерный парк располагался в самом конце длинной и грязной дороги, отчаянно нуждающейся в ремонте. Они ехали так медленно, словно колеса вообще не вращались. Все тело Джеммы зудело от нетерпения и страха, словно она была одета в огромный колючий шерстяной носок. Никаких признаков присутствия Фортнера или его подручных не наблюдалось. Других машин на дороге не было. Каких-нибудь незнакомцев, шныряющих в предрассветных сумерках, она тоже не заметила. Впрочем, это ничего не значило. Люди типа Фортнера работают быстро, тихо и чисто.

По крайней мере, большинство из них.

Что, если они опоздали?

В тысячный раз она задумалась над тем, почему Лира ни разу ей не позвонила, и пожалела об этом.

Джемма попросила позвонить ей сразу же, как только они обзаведутся телефоном, и провела много часов, не сводя глаз с дисплея, словно усилием воли могла заставить его зазвонить.

Похоже, трейлеры были разбросаны по пыльным грязным улицам в произвольном порядке. Отец сказал, что Ивзам принадлежит лот номер шестнадцать, значит, безымянный участок между пятнадцатым и семнадцатым, возможно, именно тот, что им нужен. Но затем Джемма заметила на площадке перед трейлером детские пластиковые игрушки. Это не он.

И все же они выбрались из машины, двигаясь медленно и тихо, чтобы никого не спугнуть. Джемма не была настроена на разборки с местными. Кроме того, вполне возможно, за ними кто-то следил. У паука восемь глаз – достаточно, чтобы одновременно видеть во всех направлениях. А у людей сотни глаз, даже тысячи.

Услышав лай собаки, Джемма испытала некоторое облегчение. До того момента было так тихо и спокойно, что казалось, они все же опоздали и военные зачистили весь район.

Она развернулась, чтобы шикнуть на собаку, и заметила движение у скрытого за кустами потрепанного белого трейлера, расположенного через улицу. Кто-то выскользнул из дома (сначала Джемма не поняла, девушка или парень – было слишком далеко) и обернулся, чтобы закрыть дверь.

Но стоило фигуре двинуться по дороге, Джемма ее узнала.

– Лира, – произнесла она. Получилось хрипло, ведь они молчали много часов. – Это Лира.

Они бросились в погоню. Девушка уже удалялась от них, низко опустив голову, словно опасалась слежки. Знала ли она о подстерегающей опасности? И куда делся Орион? Должно быть, она услышала их шаги, потому что вдруг резко обернулась. Руки на лямках рюкзака, локти расставлены в стороны, словно маленькие крылья.

– Лира, – Джемма почти задыхалась, хотя они не пробежали и сотни футов. Девушка оказалась еще красивее, чем она запомнила. Забавно, у Лиры были накрашены глаза. Довольно ярко. Блестящими дымчато-лиловыми тенями. Такими Эйприл красила Джемму, когда «оттачивала свое мастерство». Еще она покрасила волосы в платиновый блонд. И набрала вес, которого ей так не хватало.

– Что вы здесь делаете? – Как обычно, Лира не улыбнулась и не выказала ни капли удивления.

Хоть Джемма и собиралась предостеречь ее, она не могла вымолвить ни слова. Не могла признаться, что все обещания ее отца оказались ложью.

Поэтому вместо нее заговорил Пит.

– Вы в опасности, – сказал он. – Люди, которые убили Джейка Витца, охотятся за тобой и Орионом. Они уже, должно быть, недалеко отсюда.

Лира даже не моргнула.

– Я знаю, – ответила она. – Они уже были здесь.

Сердце Джеммы ушло в пятки.

– Что с Орионом?

– Его нет, – закончила Лира, немного поморщившись, словно это слово имело непривычный для нее вкус.

Мир вокруг них неожиданно сжался. Даже воздух стал слишком тяжелым и плотным, чтобы дышать им.

– Он… он у них?

Лира покачала головой, быстро и резко, словно животное, отгоняющее мух.

– Он ушел раньше. А я увидела их и спряталась. Потом они уехали.