Смертный и богиня - Юрий Иванович

Вот и решила властительница действовать несколько иначе. Но не самой же заниматься бренной текучкой! Гораздо проще и эффективнее подобрать надлежащих людей, проинструктировать их, обеспечить всем необходимым – и вперёд! Во славу и воссияние Азнары Милосердной!

К сожалению, подбор людей – вещь сложная и нескорая. Порой вообще непредсказуемая. Первая девушка-двойник отыскалась быстро, благо, что и так уже давно была на примете. Но проверок не прошла. Ни одной. Оказалась циничной и подлой тварью, которую только и следовало, что натравить на самых оголтелых врагов. Для неё нашлось дело в совершенно ином мире.

Вторая девушка во время одной из первых проверок случайно погибла. Третью давно присматривавшиеся к ней враги попросту убили…

В этом моменте рассказа Поль не выдержал и прервал его вопросом:

– Враги? А кто именно? – Увидев, что Кобра нахмурилась, готовая взорваться гневом, поспешно добавил: – Мне ведь придётся Азу защищать, поэтому хотелось бы конкретно знать, от кого именно?

Дэма сразу расслабилась и подобрела лицом. Хотя голос остался злой, раздражённый:

– А то ты не знаешь моих врагов! Или просто притворяешься, что не знаешь?… Закрой рот и помалкивай, вижу, что признаться боишься. А враги мои – это все остальные сорок один властелин нашего ДОМА. Ну и гипотетически – все их приписные человечки. А также те, кто проживает в их секторах вообще и за Большой стеной в частности.

Высказалась и надолго замолкла, словно ожидая реакции от а'перва на свои слова. И так как пауза затянулась, он осмелился напомнить:

– А как же твои вполне нормальные отношения с Бенджамином Надариэлем? Пусть ваш разговор и выглядел несколько натянутым, сварливым и колким, но мне показалось, что вы больше друзья, чем враги.

Азнара удивлённо покачала головой и снисходительно фыркнула:

– Надо же! Заметил! – После чего несколько нервно прошлась по узкому проходу арсенала и словно стала рассуждать вслух: – Порой предавшие друзья стократно опаснее и хуже, чем откровенные враги. Кажется, что их никогда не суждено ни простить, ни понять… Но проходит время, огромное время, которое понять простому смертному невозможно, и всё начинает меняться. Точнее, не меняться, а с очередным витком спирали возвращаться к начальной точке своего движения. Конечно, очередной виток пройдёт не сквозь точку всех начал, только весьма близко от неё, но в любом случае просыпается нечто старое, давно погребённое под завалами лжи и ненависти… Да и сама ложь с высоты тысячелетий видится уже не больше чем пыльной паутиной, мешающей рассмотреть свет солнца в окошке. Взмах руки – и нет паутины. А усилившийся свет освещает всё остальное. Но что там, за окном, всё равно остаётся тайной… Даже для меня… Когда-нибудь и для смертных может это окошко приоткрыться… для некоторых… Но подобные знания слишком тяжелы, опасны… Лучше тебе к ним и не стремиться…

Опять пауза, но теперь уже Труммер решился пофилософствовать:

– Так я и не стремлюсь. Ничего не спрашиваю. Просто высказываю своё мнение по ходу диалога: искренний друг может нечаянно оказаться и в стане врагов. Только и надо, что подобрать к нему особенный ключик да простить те самые прегрешения давнего прошлого, которые ты назвала пыльной паутиной. А там и свет дополнительный из оконца поможет.

– Хм! Умеешь зубы заговаривать! – Дэма остановилась возле парня, осматривая его с ног до головы. – А что, Прогрессор тебя и в самом деле собирается отправить учиться на дипломата?

– Точно знать не могу. Зато слышал подобные прожекты от него несколько раз. Один раз даже конкретно указал место учёбы: на Земле. Конечно, там здорово. Но я стараюсь на такое губу не раскатывать. Мало ли он что вслух предлагает. Например, чаще от него я слышу предложения посетить лаборатории. Мол, после небольших усовершенствований мне станет так хорошо и привольно, так возрадуюсь я жизни сказочной, что…

Он не договорил, опять вспомнив, кому именно он жалуется. Точно такой же бессмертной личности, угробившей в своих лабораториях тысячи, если не миллионы людишек. И кажется, вовремя остановился. Дэма смотрела на него ледяным, презрительным взглядом вивисектора и вполне могла применить наказание из своего садистского арсенала.

Не применила. Сжалилась, наверное. Только и приказала равнодушным тоном:

– Отправляйся немедленно к себе домой! И без этой девки-воровки не возвращайся! Бегом! – и только взглядом указала в сторону выхода.

Подобные приказы от дэмов не обсуждаются. А'перв с первого шага перешёл на бег и, выскакивая чуть позже из арсенала, чуть не пришиб открывшейся дверью главного консула.

– Стоять! Кто такой?! – рявкнул тот, хватаясь рукой за поясную кобуру. А затем скорей всего наигранно удивился: – А-а! Да это ты, смертник? Решил сбежать от заслуженной кары?

– Никак нет, геер дон! – отчеканил Поль, стараясь вытянуться в струнку перед генералом. – Выполняю срочный приказ дэмы Ревельдайны!

– Хо-хо! Да ты молодец, и тут выкрутился! – радовался Юрген Флигисс, словно за родного сына. Ещё при этом повернулся в сторону, апеллируя к замершей у стены женщине: – Ну вот, уважаемая байни, а ты была готова спорить со мной, что парень обязательно попытается сбежать из Имения. Жаль, что я не согласился на пари.

Поль присмотрелся к женщине и сразу её опознал, несмотря на полумрак у стены. Та самая, которая жалела его и уговаривала бежать, пока не поздно. Ещё и дорогу при этом указала весьма безопасную и верную. Сердобольная, жалостливая… А оказывается, у неё титул первой советницы! Можно сказать, что третий чиновник среди придворных, почти равный главному консулу и управляющему.

Только вот зачем Юрген Флигисс так явно акцентировал на ней внимание а'перва? Ведь тот бы пробежал и ничего не заметил. Что-то тут не так…

Да и знаменитая Л'укра Бзань явно недовольна. Очень, очень недовольна. И так смотрит на главного консула, что, будь она дэмой, от него уже только кучка пепла осталась бы. Да и простому смертному следовало сматываться отсюда как можно быстрей при всех раскладах и рассуждениях:

– Геер дон, разрешите выполнять приказ Азнары?

– Да, да, конечно! Беги, парень, беги… – и уже Труммеру вслед, наверное, чисто чтобы попугать: – И не забывай, что скоро, очень скоро мы с тобой ещё встретимся.

От таких слов Поль лишь набавил ходу. Хотелось бы, конечно, знать, кто это «мы»? Главный консул и байни? Или ещё кто-то? И не получится ли так, что именно Юрген Флигисс и Л'укра Бзань отныне наиболее опасные создания? Ведь недаром они подтянулись к арсеналу следом за повелительницей и настойчиво ждали, чем закончится её беседа с безвестным выскочкой. Наверняка горели желанием узнать также, в какой мир и для чего уходила дэма, прихватив с собою этого счастливчика поощера. Приревновали? Посчитали опасным конкурентом? Или мешающим в их туманных, никому не ведомых раскладах? А уж если простой а'перв обидит таких людей или зацепит их каким неосторожным действием, то его кончина случится даже более гарантированно, чем по желанию самой повелительницы.