Новая Зона. Все сокровища мира - Виктор Точинов

Если до сих пор Ильза считала, что контролирует обстановку, то сейчас ей пришло время прекратить так считать.

Чеширский, не дожидаясь ее команды, выскочил из гостиной. Я тоже выскочил, но не наружу, а в примыкающую комнатушку, гордо именуемую кабинетом, – именно там находился оружейный сейф.

Растерянная Ильза застыла между окном и кофейным столиком. Вот так-то, дорогая, это тебе не лаборантами и младшими научными сотрудниками командовать…

Ключи для отпирания сейфа не требовались, достаточно было знать код, и помнил я его как «Отче наш». Вернее, в моем случае лучше, чем «Отче наш».

В сейфе, кроме трех дробовиков, хранились и два нарезных охотничьих карабина. Но к ним я не потянулся. В перестрелке меж четырех стен, на предельно коротких дистанциях, их дальнобойность и меткость роли не играют, тут гораздо полезнее оружие, способное несколькими выстрелами крупной дробью или картечью очистить помещение от всего живого… С широким снопом свинца противнику разминуться куда труднее, чем с пулей, выпущенной из карабина.

И я выбрал «Бекас-12МК», на этом помповом дробовике двенадцатого калибра съемный приклад при нужде заменяется на пистолетную рукоятку, и получается компактная и мощная машинка – именно такой вариант и стоял у меня в сейфе.

В доме слышались голоса, раздавался топот ног – похоже, нас пока искали на первом этаже. Чеширский и его «Скорпион» ничем себя не проявляли.

На суету, происходившую внизу, я не обращал внимания. Какие и в каком порядке патроны снаряжены в магазин «Бекаса», я не помнил, но в любом случае их могло не хватить. Я торопливо вскрыл охотничьим ножом, лежавшим здесь же, первую попавшуюся под руку пачку. Дробь «два нуля», сойдет, даже если визитеры упакованы в броники, часть свинца все равно угодит в незащищенные места… Нож во внутренний карман, горсть патронов в один боковой, еще горсть в другой, патронташ брать некогда, он у меня хранился отдельно, с прочим не летальным снаряжением.

Ну вот, теперь можно и пообщаться с гостями, оккупировавшими первый этаж.

Спуститься и исполнить роль гостеприимного хозяина я не успел. Гости поднялись сами…

В гостиной послышался негромкий хлопок. И тут же – короткий крик, я узнал голос Ильзы.

Я выскочил в гостиную. Увидел двух чужаков: серый городской камуфляж, балаклавы с прорезями. В руках нечто странное: подобия укороченных донельзя базук – стволы короткие, но очень широкие.

Лишь увидев Ильзу, я сообразил, что это за оружие, – Ильза билась как рыба, угодившая в сеть. Потому что действительно была со всех сторон опутана сетью.

Портативный метатель сети… Кто бы к нам ни пожаловал, хозяин и гости нужны были им живыми и невредимыми.

Один метатель был разряжен, и его владелец, переломив свое оружие, запихивал в него новый патрон, размерами и формой напоминавший пивную банку. Второй же широченный ствол без промедления уставился на меня.

Два выстрела слились в один, и грохот «Бекаса» без труда перекрыл хлопок метателя. Стрелял я на ходу, в прыжке, – и развернувшаяся сеть осталась без добычи.

Моему визави повезло меньше. Из «Бекаса» вырвался сноп пропитанного свинцом пламени, ударил его в живот и отшвырнул к стене. Бронежилет он не носил, а патрон оказался дробовым – и серая камуфлированная ткань превратилась в дуршлаг, в решето, быстро намокавшее красным.

Он был уже не жилец, такая рана – неразрешимая загадка для хирургов, все внутренние органы разорваны, пробиты, кровоточат… а еще это больно, очень больно. Но парень упрямо тянулся к поясной кобуре. Пришлось истратить на него еще один патрон и еще одно мгновение.

«Бекас» вновь рявкнул. В этом патроне оказалась крупная картечь – головы, обтянутой балаклавой, не стало: огрызок шеи, несколько клочков окровавленной ткани вокруг – и огромная мерзкая клякса на стене, пятно из крови, частиц кости и мозга…

Я вновь метнулся в сторону, поворачивая ствол ко второму противнику и чувствуя, что не успеваю, что он успел отбросить свою дурацкую хлопушку и вытащить боевой ствол.

Но оказалось, что я рано списал со счетов Ильзу. Да, она билась, как рыба в сети. Но на поверку оказалась рыбкой весьма зубастой, натуральной пираньей.

Две извилистые синии молнии соединили балаклаву второго с «шокером» Ильзы. Негромкий треск, резкий запах озона. В отличие от «чечевицы» незваный гость не взорвался – тело его начало изгибаться, изгибаться назад, словно он в этот неподходящий момент решил заняться гимнастикой и изобразить для начала «мостик».