Злой лев - Михаил Ланцов

—Это всегда можно оспорить.

—Можно.— согласился Карл.— Но тут вот какое дело. До меня дошли слухи, что Иоанн, только завершив очередную… хм… модернизацию войска, занялся ей заново. Зачем? Ведь он только привел все к единому образцу. И весьма, я вам скажу, приличному. А тут… заново…

—Ничего подобного я не слышал. Зачем ему это?

—Затем, что он начал готовиться к войне с тобой. И могу биться о заклад — к крестовому походу. Только не тому о котором вы так грезите.

—Что ты имеешь в виду?

—То, что Иоанн может разбить тебя, а потом дойти до Рима и вырезать всю курию.

—Он не посмеет!

—Крестоносцы три века назад посмели взять приступом Константинополь, предав интересы христиан-союзников.— произнес Карл, внимательно глядя в глаза Фридриху.— Их что-то остановило? Что именно?

Это были не его мысли.

Эти слова озвучил ему сам Иоанн в их переписке, довольно насыщенной. И уж что-что, а позицию правителя Москвы по Четвертому Крестовому походу Карл Смелый прекрасно знал. Более того — разделял. Считая, что этот поход определил падение позиций христиан в регионе и завоевание земель мусульманами.

Фридрих же задумчиво молчал.

Ему очень не понравилась озвученная трактовка.

—Православные — это схизматики.

—И в чем их раскол?

—В филиокве!

—О филиокве главы Пентархии спорили давно. И это не приводило их к расколу. Более того, этот вопрос — нормальная тема для Вселенского собора. На котором они могли бы сесть — и все обсудить. Решив все разногласия.

—Ты их словно защищаешь.

—Я имел большую переписку с Иоанном. И я интересовался — почему он не принимает католичества. Так что вынужденно погрузился в вопрос. Они раскольники только в плане подчинения. По сути ортодоксы — это те же католики, только не платят десятины Риму.

—И все?— удивился Фридрих.

—А это мало? Не платить в Рим — само по себе бесценно. Теперь ты понимаешь, почему они так упорствуют в своей вере? И я уверен — будут в ней стоят очень твердо. Я бы на их месте тоже стоял.

—В этом что-то есть,— покачал головой Фридрих, прекрасно представляющий СКОЛЬКО денег ежегодно из его владений выкачивают представители церкви. Как непосредственно на нужды Папы, так и на местные потребности…

Карл прекрасно понял сложный взгляд своего собеседника. Поэтому продолжил:

—Я тебе советую — не лезь в это дело. Этот поход для тебя закончится трагедией. Иоанн тебя побьет. И погонит. А он, я слышал, очень зол на реакцию Папы и его сторонников. Он их открыто называет неблагодарными скотами. Козлищами. И так далее. Хочешь оказаться между ним и Римом?

—Ты абсолютно уверен в своих словах?

—Абсолютно. Он тебя ждет. Не провоцируй его. Несколько лет мира. Он выдохнет с облегчением. И дальше все пойдет как пойдет. А Иоанн волей не волей займется делами Константинополя. Зная его натуру — владения вокруг Нового Рима довольно скоро начнут расширяться. Он не усидит. Рим же побеснуется да уймется. В конце концов Папы всегда ставят во главу угла дела своей семьи. И весь этот конфликт потихоньку сойдет на нет.

—Но он же не стал драться с османами…— не уверенно произнес Фридрих.

—А ты думаешь османы просто так ему Константинополь уступили?— усмехнулся Карл.— Они прикинули свои шансы и решили, что так оно будет проще и вернее. А он не только не ослаблен этими боями, но и ударно готовится к новым. Поверь — тебя там этот лев растерзает. Живым уйдешь — уже хорошо. Ты ведь лезешь к нему в самое логово! Не сходи с ума!

—Я не могу. Я уже пообещал.

—Кому?

—Папе. Жене. Теще.

—Жене? Теще?— удивился Карл Смелый.— Они ведь давно преставились.

—В молитве.

—Ты дал обет?

—Нет, но…

—Вот и придумай что-нибудь. В конце концов Папа придумал массу всего, чтобы крестоносцы не выступили на помощь Иоанну.

—Это случайность!

—Да что ты говоришь?— усмехнулся Карл.— Случайность. Папа мог ввести Божий Мир на всей территории Европы и пригрозить отлучением от церкви тем, кто его станет нарушать. Но он на это не пошел. Даже с осуждением публичным не выступил. Хуже того — мне на ушко тут шепнули, что он всю эту историю и организовал. Говорю тебе — не лезь. Это закончится плачевно и для тебя, и для Рима. Более того — это поставит меня в неловкое положение. Если Рим попросит защиты, то я, как честный христианин, по идее должен его защищать. А оно мне надо?

—Так вот ты о чем… а мне казалось, что Карл не просто так был прозван Смелым.

—Не тебе меня в этом попрекать!— прорычал Карл, глаза которого налились кровью, а рука сама упала на эфес и даже чуть обнажила клинок.

—Все-все!— примирительно поднял руки Фридрих.— Не понимаю я тебя. Отчего ты столь невысокого мнения о моем войске?

—Я слишком высокого мнения об Иоанне. Кроме брата, у меня довольно много людей из свиты лично с ним знакомы. И они все как один говорят — в военном плане с ним не стоит даже пытаться тягаться. Он словно на шаг впереди. Он словно не придумывает новое, а вспоминает старое. Из-за чего с ним сложно бороться. Ты идешь на ощупь и во тьме, а он видит далеко и ясно. Как драка зрячего со слепым.

—Как это? Что значит вспоминает?

—Представь, что ты оказался во времена норманнов? Тогда воевали совсем иначе. Удивительно, но они даже копья свои под мышкой не зажимали. Они весьма короткими копьями кололи. Простым и обычным образом. Как сейчас сарацины делают.

—Откуда ты это знаешь?

—Мой историограф придворный это обнаружил.

—Хорошо. И что?

—Так вот представь — ты оказался там. Сначала, чтобы получить преимущество и бить врагов, ты стал зажимать копье под мышкой. Потом, когда все за тобой стали повторять — ввел крюк на кирасе и современное рыцарское седло. Не придумал. А твердо знал, что нужно. Словно вспоминая. Вот у всех моих людей, что крутились вокруг Иоанна, именно такое ощущение. Он словно вспоминает.

—Но как это возможно?

—Не знаю. Возможно у него какой-то особый дар предвиденья, и он может заглядывать в будущее. И это проявляется не только в военном деле. Ты бы знал, как он увлеченно спорил с архитекторами относительно балок перекрытия. Он точно знал — вот такая форма будет лучше. Откуда?

—Продал душу дьяволу.

—Очень смешно,— фыркнул Карл.

—Это не смешно, а страшно. Он продал душу за знания!

—Еще скажи, что он Антихрист.

—А почему нет? Вполне подходит.

—Он странный. Да. Никто из тех, кто много с ним общался, иного не говорит. Но он исправно посещает церковь. И уделяет немало времени и сил прославлению церкви. Как в виде строительства новых церквей, так и в крещении иноверцев. Например — он провел крещение степи. Ты понимаешь? Он — один из тех, кого в былые имена именовали креститель. И называть его человеком, продавшим душу дьяволу или тем более Антихристом — вздор.