Война солнца - А. Дж. Риддл

– Послушай, лагерь № 7 остается самым безопасным местом для жизни. НАСА здесь. У нас есть бункер, закаленные теплицы, водоснабжение. Сейчас лучше подождать.

– А о чем вы молчите? – спрашивает Мэдисон. Когда я не отвечаю, она начинает настаивать: – Сеть возвращается?

Я кусаю губу.

– Я просто думаю, что вы должны подождать, хорошо? Ты можешь мне доверять?

Мэдисон смотрит на меня, как бы молча подсказывая, но я не произношу ни слова.

Эбби ставит свой стакан на стойку.

– Я собираюсь проверить детей. Там слишком тихо.

Мэдисон наливает себе еще один бокал вина и поднимает бутылку.

– Вина?

– Нет, спасибо.

Она сужает глаза, вглядываясь в меня, как будто может раскрыть секрет, который я скрываю. Выражение ее лица меняется, как будто сверло, которым она буравила мою личность, провалилось в пустоту. Почти жутко, как легко она это делает.

Я веду ее в спальню и закрываю дверь, надеясь, что никто не услышит секрет, которым я собираюсь поделиться. Это снова и снова напоминает среднюю школу.

– Я беременна.

Она обнимает меня, пролив немного вина на мою спину.

– Джеймс взволнован?

Я запинаюсь на мгновение.

– Будет.

– Ты ему не сказала?

Я склоняю голову.

– Не совсем.

– Почему бы не… рассказать ему?

– Я жду подходящего момента.

Она смотрит на меня, дрель снова пытается найти ответ, но, кажется, что на этот раз ничего не получится.

– В последнее время он много думал, – объясняю я.

– О причинах, по которым мы не должны покидать лагерь № 7.

– О том, что ты права.

– Ладно. Ну, я поговорю с Дэвидом о том, чтобы остаться, – улыбается она мне. – Я так рада за вас.

* * *

Когда все уходят, мы укладываем Элли в ее кроватку. Иногда, когда вечеринка уже закончена, она может устроить истерику. Но сегодня вечером она так устала, что крепко заснула в течение нескольких минут.

Мы с Джеймсом сидим в гостиной и смотрим новости по телевизору. Когда начинается рассказ о Ричарде Чендлере, Джеймс закатывает глаза и идет в спальню. Чендлер, по-видимому, совершает поездку по Атлантическому Союзу, собирая людей для возвращения на родину и настаивая на том, что три оставшихся правительства являются диктатурами. Он явно любит светиться на телевидении.

Джеймс прячется под одеялом с закрытыми глазами, когда я ложусь спать.

У меня все еще складывается впечатление, что его что-то беспокоит. Я хотела бы знать, что это; хотела бы помочь.

Он открывает глаза, когда я забираюсь в скрипящую кровать.

– Привет.

– Привет.

– Спасибо, что все закончили. Я знаю, что сроки были очень короткими.

– Спасибо, что взорвали эти огромные астероиды.

Это вызывает у него резкий смешок.

– Нет астероида, который я бы не взорвал для тебя.

– А ты бы сделал еще одну вещь для меня?

– Что угодно.

– Скажи мне, что тебя беспокоит.

– Ничего.

– А если бы это было что-то, что бы это было?

Джеймс надолго закрывает глаза. После этого его голос начинает звучать ровно:

– Только факт, что это было слишком легко. – Он смотрит в потолок. – Сеть умнее этого. Бросать в нас астероиды – это… слишком просто для них.

– Что ты собираешься делать?

– Я собираюсь немного поспать впервые за два года, и, когда проснусь утром, пойму то, что не могу понять сейчас.

Он снова закрывает глаза, и я быстро подхожу и выключаю свет.

Я скажу ему завтра.

* * *

Я просыпаюсь от звука открывающейся двери спальни. Слышатся шаги, и я вижу, как к кровати приближается чей-то силуэт. Он протягивает руку, резко хватает Джеймса и трясет его.

На краткий миг страх парализует меня.

Все еще темно. Свет в гостиной мягко освещает спальню; он слишком тусклый, чтобы разглядеть личность злоумышленника. Фигура трясет Джеймса сильнее, а затем поднимает его, демонстрируя свою невероятную силу. Джеймс, наконец, вздрагивает, хватает его за руки и начинает бороться, словно рыба на крючке.

Волна тошноты накатывает на меня. Я стараюсь сделать все, чтобы меня не вырвало. В спальне раздается голос, чистый и спокойный:

– Сэр, пожалуйста. Вы должны идти.

Оскар.

Голос Джеймса звучит хрипло и мягко:

– В чем дело?

– Астероиды. Они скоро упадут на Землю.