Холодные объятия - Дженнифер Арментроут

Сладкое напряжение сковало меня. Я закрыла глаза, и руки зачесались от желания прикоснуться к нему. Как странно складывались наши отношения. Мы оба признавали, что между нами что-то есть, что нам обоим хочется большего, но нас разделяют условности, обещания и опасность, и переступить эту черту мы не в силах.

Я вспомнила клятву, которую дала себе прошлой ночью. Она ставила крест на наших взаимных желаниях. Разочарование обрушилось на меня бурной волной, и я ловко пронырнула под его руку.

Словно не замечая его замешательства, я огладила руками брюки.

– Нам что-нибудь надо взять с собой?

Он ответил не сразу.

– Все, что нам понадобится, уже в машине.

Набор для экзорцизма включал в себя святую воду – к которой мне не следовало приближаться, очищенную соль и вонючий освященный фимиам. Полностью экипированные, мы могли бы погонять бесов и у нас дома, но я решила, что мне будет трудно убедить в этом Стражей. Пришлось бы ворошить историю с Петром, а при таком отношении ко мне Эббота я сочла эту идею не слишком удачной. Я понятия не имела, что делать с Петром, и где-то в подсознании свербила мысль, не его ли призрак бродит по нашему дому. Как бы то ни было, меня распирало от волнения, когда мы шли в гараж. Я никогда еще не видела, как проводят экзорцизм. Мне казалось, что это страшно интересно.

– А можно, я крикну «Именем Христа, приказываю тебе, нечистый дух…», ну и все такое, когда мы приступим к делу? – спросила я.

– Что? – Зейн рассмеялся, распахивая передо мной пассажирскую дверь. – Мне очень жаль разочаровывать тебя, но работать будем молча, и никто ничего выкрикивать не будет.

Я надулась. Черт, а мне всегда так хотелось произнести эти слова.

– Ну, тогда это совсем не так занимательно, как показывают по телеку.

Он выразительно посмотрел на меня и отступил в сторону, пропуская меня в салон. Он уже собирался закрыть дверь, когда в гараж зашел Дез, направляясь к одному из внедорожников.

Его взгляд скользнул от Зейна ко мне.

– Ты берешь ее с собой?

– Да. – Зейн прислонился к открытой двери, буравя взглядом старшего Стража. – Ты видишь в этом какую-то проблему?

Дез поднял руки.

– Я этого не говорил. Просто будь осторожен. – Он посмотрел на меня, и в его взгляде читалось, что он хочет вытащить меня из машины и перекинуть через плечо. – Она же…

Я недовольно скривила губы.

– Демон?

– Нет. – Дез вскинул брови. – Я хотел сказать, «девушка», к тому же юная, которую нужно беречь.

– О. – Я почувствовала себя последней дрянью. – Спасибо, что напомнил.

Зейн захлопнул дверцу, прежде чем я смогла вякнуть что-нибудь еще. Проходя мимо Деза, он сказал:

– Ты же знаешь, я не позволю, чтобы с ней что-то случилось.

Он кивнул.

– И все-таки. Будь осторожен.

Дез исчез в глубинах гаража, и я посмотрела на Зейна, когда он сел за руль.

– Подумать только?

– Что? – Заурчал оживший мотор.

– Я – девушка.

Его губы изогнулись в усмешке.

– Заткнись.

Я хихикнула.

Зейн вырулил из гаража задним ходом и поинтересовался, нет ли новостей от Стейси или Сэма. Стейси звонила сегодня, и разговор получился немного скованным, но, в общем и целом, нормальным. Разве что я впервые в жизни рассказала о том, чем собираюсь заняться сегодня вечером. Теперь, когда можно было не придумывать отмазки и говорить начистоту о своих внешкольных делах, я чувствовала себя свободной как никогда.

До Александрии[52], где жила недавно умершая женщина, мы долетели с ветерком. Дороги были свободными, и нам даже повезло найти неприметную парковку на задворках таунхауса.

Ловкости, с которой Зейн взломал дверной замок, мог позавидовать любой домушник.

Не знаю, как это меня характеризовало, но я испытывала возбуждение от его уверенных движений. Замок послушно щелкнул.

– Полезный навык.

Он усмехнулся, выпрямляясь.

– Либо так, либо ломать. По опыту знаю, что мягкий вариант всегда лучше.

Рот уж точно вышиб бы дверь, и с превеликим удовольствием. Трудно представить более непохожих друг на друга парней.

Бесшумно открыв дверь, мы выждали какое-то время, чтобы убедиться, что не сработает сигнализация. Нас встретила тишина, и мы шагнули в прихожую. Дом наводнили тени. В углу гостиной горела небольшая настольная лампа. Половицы скрипели под нашими ногами, когда мы двинулись вглубь.

Зейн закинул на плечо холщовый мешок с инвентарем, разглядывая картины, украшающие зеленые стены. Когда мы зашли в столовую, маленькая тень вынырнула из-под стола.

Серая кошка.

Вместо того чтобы струсить и сбежать, она потерлась о ноги Зейна, а потом о мои. Бэмби проявила интерес и зашевелилась, когда я наклонилась и почесала кошку за ушами. Я молча вынесла змее строгое предупреждение не сметь даже думать о том, чтобы ее сожрать.

Интересно, чей это питомец – женщины или ее жениха? Или он у них общий? От этой мысли мне стало грустно.

В доме царила мертвая тишина. Мы зашли на кухню. Возле плиты стояли миски с кошачьим кормом и водой.

– Все вроде нормально, – сказал Зейн. – Ты что-нибудь чувствуешь?

Я покачала головой.

– Надо проверить наверху.

Киска последовала за нами обратно через весь дом и вверх по лестнице. В темноте трудно было рассмотреть висящие на стене фотографии в рамках, но, казалось, это обычные фото, сделанные во время семейных каникул.

Наверху оказались только две спальни и общая ванная комната. Одна спальня служила импровизированным кабинетом, а в другой оставили включенным ночник.

Как только открылась дверь, кошка шмыгнула в комнату и запрыгнула на кровать. Там она перевернулась на спину, демонстрируя сытый живот.

Я приласкала игрунью, пока Зейн осматривал ванную. В отличие от котят Рота, эта киска не пыталась меня убить, когда я лениво гладила ее брюшко.

Я себя чувствовала неловко в этом доме, словно вторглась в чужую личную жизнь. Кровать стояла не застеленной. Подушки были беспорядочно разбросаны в изголовье. Выдвижные ящики комода остались приоткрытыми, а на тумбочке, рядом с фотографией семейной пары, стоял стакан с водой. Заинтересовавшись фотопортретом, я отвлеклась от кошки и поднесла его к свету.

Дрожь пробежала по моей руке. Я чуть не выронила рамку.

– О боже.

– Что такое? – отозвался Зейн.

Я лишилась дара речи, уставившись на фотографию. Мне улыбался мужчина, на вид около тридцати. Он обнимал за плечи женщину невысокого роста.