Второго шанса не будет. Отражение во мгле - Сурен Цормудян

— Оп-па! — воскликнул он, ловко подхватив ребенка и усадив у себя на руках. — Это что за прелестное создание у нас тут бегает, а?

Марина напряглась. Она уже знала имена гостей. Слухи в закрытом социуме распространяются невероятно быстро, это она помнила еще по новосибирскому метро.

Одного из четверки, а именно человека со сбегающими книзу черными усами, называют очень нехорошим словом…

— Отпустите, пожалуйста, ребенка, — тихо, но твердо сказала она.

Усатый удивленно на нее посмотрел. Подошел ближе.

— Ваша дочь? — спросил он спокойно.

— Да, — кивнула Светлая, чувствуя, что не может скрыть нервозность.

Усатый улыбнулся.

— Иди к маме, солнышко.

Марина прижала к себе дочь и сделала шаг назад.

— Отчего вы так боитесь, барышня? — с иронией спросил он.

— Я знаю, кто вы.

— И кто же я?

— Мне бы не хотелось произносить это при ребенке.

— Лудаеть! — воскликнула вдруг девочка, указывая на усатого пальцем и широко улыбаясь.

Он тихо засмеялся.

— Н-да-а. Вот уж воистину, молва людская похуже атомной войны. Будет вам страх на себя нагонять. Не ем я людей. Ну разве что диабетиков. С детства люблю конфеты, а сейчас их взять негде.

Теперь тихо засмеялась Марина. Однако постаралась поскорее вернуть на лицо серьезную мину.

— Не смешная шутка, — строго сказала она.

— Ну, чем богаты, — развел руками гость и пошел к своим апартаментам.

Однако остановился, повернулся и сказал:

— Спасибо тебе, сестренка.

Марина, ничего подобного не ожидавшая, удивленно спросила:

— За что?

— За мужество.

— Мужество?

— Ты ребенка родила. В нашем-то мире. В наше-то время. Спасибо тебе, девочка. Значит, не зря все. И дорога в будущее, значит, не закроется. Ты молодец, сестренка.

— М-меня Мариной зовут, — растроганно пробормотала она, прижимая к себе дочь.

— Очень приятно, Марина. Правда ведь, когда держишь на руках свое чадо, ты находишься в центре мироздания. Ни с чем не сравнить и никак не описать ощущения.

— Да…

Человек по прозвищу Людоед улыбнулся.

— Меня зовут Илья. Илья Крест.

— Понятно…

— А девочку как?

— Сабрина…

— Мир тебе, Сабрина. — И, помахав рукой, Илья ушел.