Выбор по Тьюрингу - Гарри Гаррисон

– Очень им сочувствую. Во всяком случае, похоже, что «Мегалоуб» получит разрешение выкупить имущество «ДигиТекс». Это позволит обойти щекотливый юридический вопрос – необходимость доказать, что их искусственный интеллект – это на самом деле наш искусственный интеллект. Сейчас мой адвокат намертво сцепился с адвокатами «Мегалоуб» – они решают, причитается ли мне сколько-нибудь из доходов, которые принесет «Смерть букашкам», потому что по моему прежнему контракту мне бы просто дали от ворот поворот. Очень занятно. А что привело вас сюда?

– У тебя тут есть ввод кабельного телевидения. Позволь мне позвонить из лаборатории в ФБР. Они там, в Остине, работали всю ночь – прожектора и сотня агентов. Из лабораторного корпуса все вывезено – все как есть, остался только голый пол. А что последует дальше, ты знаешь.

– Они будут снимать бетон?

– Верно. Всех очень интересует, что может быть там спрятано. Пусти меня к телефону, я должен с ними связаться.

Бен направился к телефону, а Брайан включил телевизор. Он принимал и записывал все программы новостей, где упоминалось о расследовании. На экране появился завод «ДигиТекс» – до него было не меньше километра, и он весь дрожал и зыбился в волнах горячего полуденного воздуха. Телеобъектив показал через головы охранников голую стену здания.

– …Гадают, что сейчас происходит там, внутри. Официальное сообщение гласит лишь, что идет расследование преступления, совершенного в начале этого года в одной из компаний в Калифорнии. В сферу расследования попал и взрыв на этом заводе, случившийся три дня назад, в результате которого было убито два человека и ранен один, по слухам – агент ФБР. Более подробное сообщение ожидается позже.

– Ну, мы сейчас узнаем больше, – сказал Бен и произнес в трубку: – Дэйв, ты слушаешь? Да, мы готовы. Какой канал? Понял, девяносто первый. – Брайан нажал кнопку, и на экране появился агент Мэньяс с микрофоном в руке. – Слышим хорошо, прием отличный.

– Ладно. Подключаю вас к линии из Остина.

Экран мигнул, и на нем появился внутренний вид какого-то пустого здания. В ярком свете прожекторов суетились люди. Внезапно раздался оглушительный визг водяной пушки. Струя воды под давлением в два миллиона атмосфер способна разрезать все, что угодно, – за исключением изготовленного из алмаза-12 сопла, из которого она вырывается. Громкость тут же уменьшили. Кадр передвинулся к дальней стене, где водяная струя врезалась в пол. Бетонная плита отделилась от пола, ее подняли на рычагах и оттащили в сторону. Стала видна подстилавшая пол песчаная подушка. Убрали еще несколько плит, яма в полу стала больше. Агенты с тонкими стальными щупами спустились туда и принялись осторожно погружать их в песок. Тем временем вокруг них разборка пола продолжалась.

Несколько минут спустя один из агентов крикнул что-то, чего они не расслышали. Водяная пушка остановилась, и послышался его голос:

– Здесь что-то закопано. Давайте лопаты.

Бен и Брайан невольно придвинулись к экрану – им передалось напряжение, царившее на месте событий. Они видели, как яма становилась все глубже, как один из агентов залез в нее, отложив лопату, и вытащил что-то руками в перчатках.

– Собака! – произнес Брайан.

– Немецкая овчарка, – подтвердил Бен. – Четыре такие собаки исчезли в ту ночь, когда тебя ранили.

Все они оказались там – четыре сторожевые собаки. Их тщательно завернули в пластиковую пленку и унесли.

Но это были не единственные трупы, обнаруженные в яме. Там лежали еще пять человеческих тел.

Бен схватил трубку и набрал номер.

– Дэйв! Ты на месте? Хорошо. Позвони мне немедленно, как только будут опознаны эти трупы. Все мужские? Да, понял.

Когда принесли пластиковые мешки для трупов, Брайан выключил телевизор.

– Хватит. Больше я не выдержу. Не забудьте, ведь я тоже чуть не…

Закончить фразу он не смог и умолк, закрыв лицо руками.

– Брайан, что с тобой?

– Нет, ничего. Пожалуйста, Бен, дайте мне стакан воды.

Брайан залпом выпил почти весь стакан и с удивлением обнаружил, что плачет. Он вынул платок и попытался улыбнуться.

– Никак не думал, что мне доведется плакать на собственных похоронах. – По тому, как он это сказал, видно было, что ему не до смеха. – Мы знаем, кто были эти люди, да, Бен?

– Пока не знаем, но можем предположить. Там наверняка будут охранники, которые тогда исчезли.

– И кто еще? В ту ночь дежурили только три охранника. А кто остальные?

– Не стоит гадать, Брайан. Скоро узнаем точно.

– Нет, стоит! – выкрикнул Брайан, вскочил на ноги и зашагал взад и вперед по комнате, чувствуя, как внутри у него все болезненно сжалось. – Потому что я тоже должен был лежать там под бетоном, вместе с ними, в этой жуткой вечной тьме и молчании!

– Но ты там не лежишь, Брайан, – это самое главное. Ты выжил, спасибо за это тебе и мастерству доктора Снэрсбрук. Ты жив – вот что важно!

Брайан взглянул вниз, на свои сжатые кулаки, разжал их и расправил пальцы, изо всех сил стараясь взять себя в руки. Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил снова.

– Вы, конечно, правы. – Он тяжело вздохнул, снова сел в кресло и вдруг почувствовал озноб. – Давайте выпьем. Только на этот раз чего-нибудь покрепче, чем вода. Я подумываю о том, чтобы бросить пить… но только не сейчас. Тут где-то в шкафу припрятана бутылка ирландского виски. Нашли? Воды не надо, пожалуйста, разве что капельку. Вот, спасибо.

Виски обожгло ему горло, но помогло. К тому времени, когда телефон Бена снова зазвонил, он уже чувствовал себя почти человеком. Услышав звонок, он вздрогнул и, сам того не замечая, судорожно вцепился пальцами в подлокотники кресла. Бен взял трубку.

– Слушаю. Да. Это точно? Хорошо. Я скажу ему. – Он положил трубку. – Мы были правы насчет охранников. Все они там. И Мак-Крори, он заведовал вашей лабораторией. И еще кое-кто… вот уж чего я не ожидал. Они опознали тело Тотта.

– Начальника службы безопасности?

– Его самого. Человека, который, вероятно, организовал все похищение. Это мог быть только он – он один имел такую возможность. Просто невероятно, до чего безжалостны эти люди, – они вели двойную, тройную игру. А раз Тотт мертв, значит, его брата мы тоже никогда не найдем живым. В этой общей могиле его нет, потому что в ту ночь он должен был вернуть вертолет. Но он мертв, тут не может быть никаких сомнений. А больше всего меня беспокоит, что в этой могиле нет еще одного человека. Человека, которого я хорошо знал, о котором горевал, которого мы до сих пор считали одной из жертв, пристреленных в ту ночь. Ведь мы нашли на полу его кровь – верный признак убийства.

– Бен, о ком вы говорите?

– А, прости. О Дж. – Дж. Бэкуорте, председателе правления компании «Мегалоуб индастриз».

– Но ведь он наверняка был убит вместе с остальными. Наверное, его похоронили где-то еще.