База 211 - Алла Дымовская

– Но откуда иначе они узнают, что мы тоже разумны? – задал вопрос Гуссейн и вдруг понял, какую сморозил глупость.

– Из присутствия на их планете самого «Прометея», балда! Если не можешь сообщить ничего путного, так не позорься и не посылай идиотских сведений! Корабль скажет сам за себя.

– Говорят, профессор Карлофф хотел вложить в информационный блок координаты нашей Земли. Но Всемирный Совет Безопасности ему не позволил, – напомнила всем Сольвейг.

– А Совет безопасности не подумал случайно о примитивной страховке для адресата этого послания? Что, если на той, другой планете идет война? Хотя бы наподобие нашей Второй мировой? И если аппарат попадет в руки, скажем, тамошних фашистов? Это уже выйдет не Голубь Доброй Воли и Разумного Начала, а Дракон Апокалипсиса! – ответил ей Сэмюель Георг.

– Н-да, но будем надеяться, ничего страшного не случится, – сказал Гуссейн, уже несколько разочарованный в проекте «Прометей». – Одно плохо. Над нами будут потешаться все жители неизвестной планеты, где приземлится этот дурацкий посланник! Представляю, что они подумают о землянах!

Но тут Сэмюель Георг приложил палец к губам и заговорщицки наклонился к обоим ребятам, потом мягко улыбнулся:

– Открою вам великий секрет! Только никому ни слова! Никто не опозорится по той простой причине, что мы не первые! Каждая цивилизация на определенной стадии развития проходит критическую точку маразма! И начинает наполнять космические эфирные пространства информацией о том, что ей известна теорема Пифагора, и об этом срочно и жизненно необходимо поведать остальным! Если инопланетяне найдут наш корабль и смогут заставить «Прометея» расколоться на допросе, что же, мы избавим от глупостей другую разумную расу. Иначе они в свою очередь пошлют на задворки к чертовой бабушке своего собственного «Прометея», чтобы сообщить миру банальную ерундовину. Представляете, сколько сейчас таких кораблей шляется по нашей горемычной Галактике? А сколько хламья уже нашло своих ни в чем не повинных жертв? Но до сих пор мне непонятно лишь одно обстоятельство. Теорема Пифагора – это обязательно? Или кто-нибудь ради разнообразия отправил в космос таблицу натуральных логарифмов?

Сольвейг и Гуссейн нимало не стесняясь расхохотались, не обращая внимания на суровые замечания старших наставников.

– А ты прикольный парень! – Гуссейн хлопнул аргентинца по мощному плечу. – Приезжай ко мне в гости на каникулы! Буду рад!

– И ко мне! Ко мне тоже! Вы оба приезжайте! – вторила ему Сольвейг.

– Лучше в наше поместье. Оно такое огромное, что можно построить небольшой космодром. Дедушка купил его за золото примерно семьдесят лет назад, а до той поры ему и бабушке приходилось скрываться. Пока в России не умер один нехороший человек. – Дальше Сэмюель Георг не стал углубляться в подробности, несмотря на неподдельный интерес слушателей. – Кстати, заодно и с дедом познакомитесь. И тогда наверняка узнаете, что правда, а что вымысел!

Торжественное мероприятие тем временем кончилось, и все присутствующие стали расходиться. Сэмюеля Георга ждал перелет в Буэнос-Айрес, Сольвейг и Гуссейн еще собирались посетить Стоунхендж. Они простились на ступенях дворца ММИЦа, ребят разделила хлынувшая потоком толпа. Но парень из Аргентины махал новым друзьям рукой поверх моря голов, и кричал:

– Не забудьте! Поместье «Исбьерн»! Спросите старого Герхарда Марвитца! Его в наших краях каждый знает!

– Не забудем! – кричали ему в ответ Сольвейг из Гетеборга и Гуссейн из Сидона.

Скоро они потеряли друг дружку из вида. И на минуту каждому из них сделалось немного грустно.