Глубина - Сергей Лукьяненко

Вскакиваю.

– Стоп! Хватит, оба! Вика, я ему верю!

– Леня, ты сам себя уговариваешь! – Вика подчеркнуто игнорирует Неудачника. – Ты же не спец по компьютерным технологиям! Не смог отследить его сигнал и поверил? Да что на тебя нашло? Он человек, у него человеческие знания и поступки! Он человек! Ты можешь мне доказать обратное?

Неудачник смотрит в стену.

– Я – нет. Он – может. – Я заглядываю Неудачнику в лицо. – Скажи ей, прошу тебя. Докажи.

– Я не могу ничего доказать.

– Ты помог мне выйти из ловушки, – шепчу я. – Не знаю, как, но ты дал мне часть своих способностей, своей силы. Помнишь? Ну сделай то же самое и для Вики!

Неудачник поднимает глаза.

– Леонид, я ничего тебе не давал. Я не вправе вмешиваться в вашу жизнь.

– Но…

– Это ты смог. Сам. Тебе не хватало только веры в то, что это возможно. Нужна была цель, за которую стоит бороться. Ты встретил меня и нашел эту цель. Поверил, что все еще впереди, что мир не сложится, как карточный домик, не рухнет в глубину. Я помог тебе обрести веру.

Качаю головой. Нет, я не мог! Я не мог сделать этого сам!

Неудачник не отводит взгляда.

– Я ничего тебе не дал, Леонид. Ничего, кроме неприятностей. Извини. Но я не вправе делать такие подарки.

– Парень, прошу, не морочь ему голову! – резко говорит Вика.

– Неудачник… Альен… – кладу руку на его плечо. – Но ведь тебе все равно придется доказывать, кто ты такой. Объяснять, пусть не нам, а ученым и политикам…

Я замолкаю на полуслове. Неудачник качает головой.

– Я никому и ничего не буду объяснять. Это бессмысленно, и это ненужно.

– Но контакт…

– Что такое контакт? – Он улыбается. – Сверкающий звездолет на лужайке перед Белым Домом? Длинноногая блондинка протягивает цветы фиолетовому крокодилу в скафандре? Полные трюмы машин и приборов, галактическая энциклопедия, записанная на тысяче и одном синтетическом алмазе? Лекарство от рака и средство управления погодой? Или нет… скорее другое. Летающие тарелки жгут города, человечество ведет партизанскую войну против разумных медуз? Вы ведь скорее поверите в это, Леонид! Вспомни того человека, который командовал межзвездными армиями! Вспомни «Лабиринт». Это – контакты? Ты поверил в меня. Ты решил, что я пришелец. Что наступил миг контакта…

– Но если ты пришел к нам, – кричу я, – значит что-то есть! Ты что-то хочешь сказать нам!

– Нет.

Вот и все. Я понимаю, и говорить дальше бессмысленно.

– Я просто живу здесь. Ты не можешь даже представить, Леонид, насколько мы различны. Я никогда не ступлю на Землю – мне нечем по ней ступать. И не смогу пожать тебе руку – у меня нет рук.

– Но здесь ты – человек! – говорит Вика.

– Да. Если хочешь узнать небо, стань небом. Хочешь познать звезду – стань звездой… – Неудачник косится на меня и улыбается: – Хочешь познать глубину – стань глубиной. Я стал человеком, насколько это было возможно.

– Это твой метод познания? – иронически спрашивает Вика.

– Да.

– Зачем, если мы так различны? Если мы не нужны друг другу?

– Я устал. Я слишком долго был один. – Неудачник то ли извиняется, то ли убеждает ее. – Мне нужна была эта память… город и люди, вкус кофе и запах костра. Это было чужим, но теперь останется навсегда. Твое недоверие и вера Леонида. Те, кто убивали меня, и те, кто спасали. Я не хотел причинять вам неприятности, не хотел мешать. Это норма… не приносить вреда.

– Твоя норма… – говорю я.

– Да. Вы живете по другим законам. Не мне судить, какие лучше.

– Тогда ты нашел лучшее место, для того чтобы появиться на Земле, – киваю я Неудачнику. – Свобода и невмешательство. Все краски жизни, от белой до черной.

– Конечно.

– А мне почему-то казалось другое, – говорю я. – Что ты способен не только взять… запахи и вкусы, слова и краски. Хоть чему-то научить нас… нет, конечно, не тому, как разгонять облака или лечить грипп… хотя бы – доброте.

– Леонид, доброта – только слово. Я не могу убить живое существо. Но это не мораль. Это скорее физиология.

Вот теперь действительно – все.

Мне хотелось найти ответ, найти идеал. Отыскать чудо, которому давно нет места на Земле. Пришедшее со звезд или рожденное сетью – все равно. Наверное, Человек Без Лица это знал, предлагая пойти в «Лабиринт».

А чуду нет до нас дела. Оно совсем чужое. Его доброта – ничуть не возвышеннее сытой отрыжки.

– Если я попытаюсь объяснить свою этику, – говорит Неудачник, – мне придется перейти на язык физических законов и математических формул. Если попробую передать науку – надо будет слагать поэмы и рисовать картины. Понимаешь? Разница не в уровне развития. Разница в самой основе. Нам нечего дать и нечего взять друг у друга. То, что я получил, – лишь память. Эмоции. Но неужели ты думаешь, что они сохранятся в человеческом виде?

– Да, я так думал.

– Ты ошибался, Леонид. Скоро я уйду от вас и все изменится. Изменюсь я сам, изменится моя память.

Я отхожу от стола, гляжу в окно, где сверкают иллюминации Диптауна. Человек Без Лица, может быть, ты был прав? Нельзя подходить к Неудачнику с человеческими мерками. Я вот попытался – и что вышло?

– Допустим, – говорит за моей спиной Вика, – что ты не лжешь. Ты и впрямь чужой. Пришелец со звезд, например. Не имеющий ничего общего с людьми. Тогда расскажи мне…

Может быть, Вика и начинает верить. Теперь, укрывшись за словом «допустим», она будет пытать Неудачника на предмет его этики и культуры, конструкции корабля и принципа межзвездного путешествия.

Тоже дело…

– Покину вас на минуту, – говорю я, не оборачиваясь.

Вика не протестует, наверное, решает, что я делаю временный выход из глубины.

Нет…

Нарисованная стена, нарисованное окно – я пробиваю их рукой, шагаю – и оказываюсь над городом. Здания, рекламы, пешеходы, машины…

Меня уже нет, тело исчезло. Я просто скольжу в воздухе.

Словно воплотились хакерские мечты и фантазии голливудских режиссеров. Виртуальность, как она должна быть. Свобода направлений и формы.

Дальше…

Я описываю круг над дворцом «Майкрософта», огромным, чудовищно расплывшимся зданием, обильно усыпанным окнами. Снижаюсь, пытаясь определить направление на эльфийский сервер.

Вдоль этой вот улицы…

Наверняка я невидим для окружающих. Мчусь над головами прохожих быстрее, чем машины «Дип-проводника», переключаясь с сервера на сервер.

Что я, собственно, ищу? След битвы, которая отшумела пару часов назад? Виртуальное время сжато, уже не отыскать концов. Но я все-таки должен это сделать.