Созвучно сердцу - Аадет Тэль

— Тебе никогда его не повторить!

Я не стала спорить, и даже не расстроилась: слишком торопилась взглянуть на структуру заклинания. Кто бы его ни сделал, этот обездвиживающий артефакт действительно чудо!

— Откуда они у Вас?

— Они принадлежат моей семье.

— Кто их изготовил?

— Я.

— Согласно документам, у Вас нет соответствующих знаний и навыков. У кого вы их купили?

— Мы не кричим об этом на каждом углу, однако моя семья уже десятки лет занимается артефактами, лорд Алер. Во всей Империи не найдётся ни одного мастера, равного мне. Спросите у своей фаворитки.

Признание фактически подтверждало факт её причастности к покушениям, но она ничуть не стыдилась, и отчасти я понимала, почему. Артефакты слишком великолепны, ими невозможно не гордиться.

— Зачем вы подменили амулеты Беарила?

— Не будьте глупым.

— Всё ради Абеля? Он пообещал, что женится на Вас, а взамен попросил помочь ему избавиться от брата?

— Пока здесь не будет моего отца, я ничего больше не скажу.

— Какой Абель, Ян? — хмыкнул Мист, лениво наблюдая за леди Агнарой. — Ты только посмотри: она даже имя его произнести без отвращения не может!

— Значит, дело в положении? Выйти замуж за принца неплохо, но за будущего императора ещё лучше, верно?

— Вот только Беарил — не самый завидный кандидат в мужья. Он и имя-то женщины запомнить не в состоянии, не то что жениться. С его братом Вам повезло больше, но и он, в конечном итоге, оказался бесполезным. Тянул с церемонией, постоянно уезжал в лес, а когда всё-таки навещал Вас, болтал только об охоте.

— И совершенно не стремился бороться за трон.

Агнара сидела неподвижно, но чем больше говорили близнецы, тем плотнее сжимались её губы. Мысленно я примеряла на неё роль того, кто придумал и организовал все дворцовые беспорядки, и с каждой секундой всё сильнее склонялась к тому, что на этот раз мы не прогадали.

Вот интересно, если бы всё получилось, какой бы императрицей она стала?

«Спроси о Ласанте!»

«Их дом уже обыскивают. Мы непременно вернём его, не волнуйся».

«Пойдёмте, наконец, обедать! — влез Мисталь. — Всё же выяснили?»

«Она всё равно ничего больше не скажет. Я столько надменности даже в светлых никогда не встречал!»

Честно говоря, мне бы хотелось остаться в мастерской, чтобы как следует изучить артефакты, но Мист успел проголодаться и был неумолим. Не рискнув стоять между ним и едой, я уступила, надеясь, что смогу уединиться с камнями после, однако, когда мы вернулись в покои, Мисталя столь же неудержимо потянуло к кровати. И вовсе не для того, чтобы вздремнуть.

После вчерашнего, тело отзывалось на удивление быстро. Наян только поцеловал меня, притянув к себе и гладя и сжимая ягодицы, как внутри разлилось приятное тепло и стало не важно, что амулеты остались валяться в его кабинете. А когда Мисталь расстегнул платье и прильнул горячими губами к груди, остальной мир и вовсе утратил значение.

Никто не мешал мне целовать и касаться их в ответ, но страсти и желания в наших ласках было гораздо больше, чем нежности. Объятия стали крепче. Прикосновения — смелее. Я больше не смущалась, отводя взгляд от их обнажённых тел, и с любопытством ждала, как всё произойдёт сегодня. Даже подумала о том, чтобы всё же выяснить у Мисталя, что же именно он предлагал утром, но вовремя вспомнила предупреждение Яна. Лучше пока не спешить.

К тому же, было кое-что, что мне бы хотелось сделать, но я пока сомневалась.

«А ты попробуй, — даже мысленный голос Мисталя звучал с придыханием. — Желание куда важнее опыта. Если тебе и правда этого хочется, Яну точно понравится».

Наверное, надо было бы возмутиться, что даже в такой момент он бессовестно подслушивает то, что должно оставаться личным, но его поддержка оказалась кстати.

— Иди ко мне, — позвал Мист. Мягко развернул к себе спиной, заставил наклониться и, едва касаясь губами чувствительного места между лопатками, выдохнул: — Вот так.

Не в силах больше ждать, он качнулся вперёд настолько резко и сильно, что я вскрикнула. Его движения были глубокими и жёсткими, почти грубыми, но странным образом сочетались с ласковыми поглаживаниями по пояснице. Получалось так приятно, что слабели руки. В том числе и благодаря Яну. Он целовал, гладил мои плечи и смотрел на нас непривычным, слегка сумасшедшим взглядом.

Когда вместо того, чтобы просто очерчивать его напряжённое тело, я впервые коснулась паха, Ян, кажется, затаил дыхание. В отличие от Мисталя, он, наверное, никогда бы не стал о таком просить, но я видела, что ему нравится. И хочется ещё. Обхватив его рукой, осторожно дотронулась до нежной, горячей кожи кончиком языка, — и Ян резко выдохнул, запустив пальцы мне в волосы. Не удерживая, не пытаясь контролировать, просто касаясь. Я повторила уже смелее, начала облизывать, а потом взяла в его в рот, лаская губами и языком, и, слыша, как то и дело замирает или обрывается стоном его хриплое дыхание, решила, что всё делаю правильно.

Волна сладкой неги накрыла меня первой. Наслаждение ещё растекалось по телу, когда Мисталь что-то прорычал, крепче сжал пальцы и начал двигаться быстрее прежнего. Наян сдавленно охнул и поспешно отстранился. Я всё ещё дрожала и, когда Мист, тяжело переводя дыхание, остановился, просто упала на кровать. Улыбнувшись, Ян прилёг рядом и очень нежно поцеловал в губы.

— Отдохнём и повторим? — уточнил Мисталь.

Не зная точно, шутит он или нет, я убежала в ванную. На всякий случай. Близнецы, конечно, посмеялись, но потом вопрос решился сам собой — они ушли послушать о результатах обыска в доме леди Иретт. Чувствуя себя виноватой перед Нарлин, я тоже хотела пойти, но Ян отговорил и полчаса спустя сам сообщил, что всё хорошо: Ласанта нашли в одном из подвалов и уже отдали сестре.

Несмотря на общее приподнятое настроение и все угрозы «повторения», вечер и ночь прошли довольно мирно. Мы строили планы на день, прогулялись по городу, удачно попав на выступление путешествующего мага и фокусника, а рано утром меня разбудил ласковый голос:

— Просыпайся, Эри. Сегодня особенный рассвет, и ты непременно должна его увидеть.

Каким бы «особенным» он ни был, просыпаться отчаянно не хотелось, но Ян не отставал и в итоге всё же добился своего — вытащил меня на балкон. Они оба были уже бодрыми и радостно-оживлёнными, а я сонно куталась в одеяло и чувствовала себя так, будто заразилась от Мисталя ярой нелюбовью к ранним пробуждениям. К счастью, свежий, чуть сладковатый воздух и пение птиц постепенно это исправили.

— Чего именно мы ждём?

— Ещё минута — и ты всё поймёшь!

Величественно поднявшись из-за горизонта, солнце приветливо осветило стоящий на возвышенности дворец и лежащий у его подножия огромный город. Свет заливал улицы, окрашивая их в золотисто-оранжевый, флюгеры на крышах домов блестели и оживали, а в зеркальной глади реки отражалась безмятежная синь неба и редкие, полупрозрачные облака.