Дети небес - Вернор Виндж

– Хорошо.

Она погладила его по голове. Вики прав, пускай даже наводит тень на плетень. Она приняла от него коммуникатор и прочее снаряжение. Потом навела пятно фиолетового света на пространство сразу по ту сторону ограды.

Миновала минута. Свет дуги метался туда-сюда, оставляя бледное послесвечение. Странника это не останавливало. Он собрался и рванул через расширенную Шрамоголовым дырку в ограде. Йо прищурилась, ослепленная сполохами. И тут свет вернулся, нацелившись прямо на бегущую стаю. Странник запетлял. Вооруженные стаи могли, наверное, взять его на мушку, но никто не стрелял.

Пение Хора нарастало. По счастью, звукомысли все еще скрадывала завеса ливня, но Йоханна слышала, как приближается толпа. До нее оставалось уже несколько кварталов. Засада в засаде Проныры? Она повела лампой вправо. В радужном сиянии обрисовались смутные фигуры. Они двигались мимо нее, прямо на Странника. Силуэты разрослись до стайки, потом до толпы. Элементы перли плечо к плечу. Она еще никогда не видела такой массы Когтей.

Странник развернулся и побежал обратно, держась по краю открытого пространства. Тропические приближались. Они не бежали, но трусили почти параллельными изгороди курсами. Их становилось все больше. Неведомо как, но Странник Викврэкрам не распадался, ухитряясь мыслить согласованно. Он бежал весь сразу, как стая, хотя Рэк тормозил его. Но это уже не имело значения. Тропические заполнили почти все пространство за оградой. Их шеренги надвигались на стаю, подобно сходящимся лезвиям исполинских ножниц. Точка, в которой соединялись лезвия, перемещалась быстрее любого Когтя. Рэк упал, лезвия перерезали его и все, что осталось от Странника. Последним Йо увидела маленького Рэка – его подбросили высоко в воздух, а потом он упал и скрылся в толпе, как в разверстой пасти исполинского хищника.

– Странник!

Наверное, она выкрикнула его имя.

Странник погиб, но толпа не пересекала границы. Они стояли параллельно барьеру. Все сразу. Впрочем, линия не была идеально ровной, толпа для этого набилась слишком плотно. То тут, то там тропических элементов прижимало к ограде и продавливало сквозь нее. Кое-кто устремлялся прочь, другие, бесцельно покрутившись, пролезали обратно.

Рокот Хора перерос в рев, слышимый даже человеческими ушами. На высоких частотах наверняка творилось нечто невообразимое. Но когда девушка оглянулась, то увидела позади себя стаю с ружьями. По другую сторону металось пятно света от дуги.

– Беги, Йоханна, беги, – сказал участливый человеческий голос. – В Хор. Я хочу это видеть.

Проныра.

От кого бы ни исходил совет, девушке он показался уместным.

Йоханна пролезла через дыру на ту сторону ограды и побежала в Хор.

Вот черт! Проклятая перекрученная психология червяков. Двуногая побежала! Почти не раздумывая, Проныра поднял ружье и прицелился в нее. Одновременно он заорал своим подчиненным:

– Не стрелять!

Его губы сомкнулись на спусковом крючке, но тут же заговорил здравый смысл. Он не случайно стращал остальных смертью, если те начнут стрелять в тропических по ту сторону Резервации. Работа восьми лет пойдет насмарку. «Я бы что-нибудь придумал. Я скормил Магнату уже столько выдумок…» Он взвесил эту мысль. Ладно уж. Достаточно на сегодня. Можно насладиться зрелищем гибели врага и на расстоянии.

Йоханне Ольсндот опять повезло: она перебралась на ту сторону, когда толпа Когтей немного поредела. Двадцать лап вглубь территории Хора. Сорок. Толпа снова начала смыкаться, мыслеречь стала даже громче, чем в те минуты, когда тропические уничтожили Странника. Проныра бросил оружие и вместе со своими стаями припал к земле, стараясь мыслить связно. Если бы не ливень, некоторых уже убило бы даже по эту сторону границы Резервации. Проныра ухитрялся частью глаз и ушей следить за бегущей двуногой. Мыслезвуки богомолов не останавливали, но десятки Когтей перли на нее грубой силой. Ее сбило на колени, несколько элементов набросились на девушку и укусили. Все элементы Проныры захлестнула дикая радость. «Как же долго я этого ждал!» И он знал, что произойдет дальше – по экспериментам. Ему всегда было интересно, что Хор сделает с людьми, которых бессилен уничтожить ментально. Когда один из первых похищенных им богомолов перестал быть полезен, Проныра удовлетворил свое любопытство, разыграв «побег» из Резервации. Тогда, как и сейчас, толпа сперва колебалась, словно не зная, как поступить. Но потом поступила с богомолом так же, как с отличными от Когтей животными всех размеров: Хор разодрал существо на части и стал с ними забавляться, как играл бы с фрагментами расчлененных стай. Но, в отличие от предназначенных в жертву элементов, посторонних животных Хор убивал только затем, чтобы пожрать. Так случилось и с неудачливым двуногим. Пожиратели остались довольны, как, впрочем, и Проныра: богомол в смерти послужил ему гораздо лучше, чем в заточении.

Теперь ему оставалось наблюдать, как разыгрывается та же драма. Йоханна с трудом поднялась на ноги. Шум усилился настолько, что Проныра не слышал ни ее дыхания, ни визгов, но в свете дуги видел кровь, струящуюся по ее лицу. Она бежала от ограды, швыряла в напиравшую толпу бывшим при ней снаряжением и гневно кричала, точно надеясь, что поток Когтей обогнет ее. Она преодолела еще десять лап, почти достигла ряда ям, отмечавшего границу Резервации с этой стороны. Из своих наблюдений Проныра знал, что спасения двуногой там не найти. Ее ждут смертоносные челюсти. Она упала и на этот раз уже не встала. Толпа сомкнулась над ней, волна Когтей захлестнула крохотный островок чужой плоти. Он видел, как на поверхность когтеморя взлетают порванные и изгрызенные ошметки ее снаряжения.

Прошло пятнадцать минут, прежде чем толпа начала редеть. Необычно долгий срок. В сиянии дуги кипело и волновалось море тел, сбрасывая остатки в ямы. Когда толпа отхлынула, лишь дождь и туман мешали ему осмотреть место события. Потом даже дождь понемногу утих. Он ничего не слышал: в груде мусора никто не копошился. Он прислушался еще раз, очень осторожно. Ни звука человеческого дыхания. Только жалобное нытье тысячи безмысленных Когтей.

– Что там случилось? – ожил коммуникатор Проныры голосом Невила. В нем прозвучала плохо замаскированная неуверенность.

Проныра ответил не сразу. Сперва он осмотрел кучи вонючего мокрого мусора. Где-то там, всего в пятидесяти лапах от ограды, покоится расчлененный труп существа, которое разрушило его прошлую жизнь и угрожало будущей. Пятьдесят лап. Так близко, и все же он не в состоянии пересечь это расстояние, чтобы высосать мозг из ее костей. Он задумчиво оглядел свою маленькую армию. Было бы безрассудно посылать их на верную смерть. Ни одна нормальная стая, раз увидев Хор в действии, больше не поверит сказкам о единении в бесконечных усладах. Шансы, что даже в период относительного затишья стая преодолеет эти пятьдесят лап и вернется живой, были практически нулевые. Кроме того, Проныра проворачивал свои дела так близко от дворца Магната только в случае крайней необходимости.

Поразмыслив, он вспомнил, что остается еще одна возможность.