Кризис Империи - Дэвид Аллен Дрейк

— Давайте расчистим фарватер, капитан.

— Буду вам очень признательна, сэр.

— Мне понадобится любая помощь, какую смогу найти, чтобы выполнять те приказы, которые получу. Значит, я должен знать и настроения моих старших офицеров. Поэтому, когда мы одни, давайте отбросим всю эту чушь — «да, сэр», «нет, сэр» — и будем просто беседовать. Меня зовут Ансон.

Она широко улыбнулась:

— А мое имя — Мэри.

— Хорошо, — сказал Мерикур. — О'кей, Мэри. В каком состоянии корабль? Он может дать самый полный ход? И что гораздо важнее — он может принять бой?

Ямагучи отхлебнула из своей чашки.

— Корабль хорош настолько, насколько вообще может быть хороша любая посудина двадцатилетней давности, а что касается вашего вопроса, то он воюет лучше, чем летает. Современные корабли куда быстрее этого.

— Достаточно откровенно. Теперь о сенаторе. Он что, брызжет слюной из-за того, что я не побежал к нему на полусогнутых?

Ямагучи рассмеялась:

— Нет, слюной он не брызжет, если верить моему лейтенанту, но его глава администрации, некий тип по имени Тенли, несомненно это делает. Я думаю, что сенатора такая ситуация скорее забавляет. Как бы то ни было, вы, вероятно, отыграли у него несколько очков.

— Хорошо. — Мерикур допил кофе. — Я, пожалуй, пойду навещу его. Когда мы сходим с орбиты?

Ямагучи посмотрела на часы:

— Примерно через три стандартных часа. Сенатор спешит.

Мерикур встал:

— Ну, это можно понять. Спасибо за кофе, Мэри.

— Пожалуйста, Ансон. Заходите в любое время.

Она выговорила его имя осторожно, как будто оно было хрупким.

— И еще, Ансон…

Мерикур задержался у двери.

— Да?

— Добро пожаловать на борт.

Он кивнул и вышел. Ямагучи откинулась на спинку кресла и торжествующе подняла свою чашку:

— За комиссию флота по назначениям! Похоже, эти идиоты сделали наконец правильный выбор.

Кают-компания оказалась довольно велика — крейсеры класса «Порт» были кораблями крупными — и заполнена людьми. Стоял невероятный гвалт. Гражданские разговаривали друг с другом, офицеры входили и уходили, и каждый из присутствующих выкрикивал распоряжения небольшой армии инопланетян и нижних чинов, которые и делали всю работу.

Вспомнив дипломат, который остался у Нолте, Мерикур остановил проходившего мимо цернианина и сказал:

— Простите, я оставил дипломат в своей каюте. Номер четыре на палубе «Б». Не могли бы вы его принести?

— Конечно, генерал. С удовольствием.

Цернианин хлопнул ладонями в уставном приветствии и исчез в толпе. Как раз в этот момент главный корабельный старшина заметил Мерикура, вспомнил, кто он такой, и проревел:

— На палубе — смирно!

Все, кто носил форму, вытянулись по стойке «смирно», а гражданские завертели головами — посмотреть, что это там за суета. Мерикур произнес:

— Я — генерал Мерикур. Прошу выйти вперед старшего по званию в этом помещении.

Вперед с тревогой на лице вышел капитан-лейтенант. Заметив на правом плече капитан-лейтенанта красный аксельбант, Мерикур сделал вывод, что перед ним находится один из военных адъютантов Виндзора. И ставший им совсем недавно — судя по его явному смущению. Мерикуру он понравился.

— Думаю, я здесь старший, сэр.

— Превосходно. Ваше имя?

— Москоун, сэр.

— Благодарю, капитан-лейтенант Москоун.

Мерикур повернулся к умолкнувшей толпе.

— С этой минуты вы все будете обращаться со своими вопросами к капитан-лейтенанту Москоуну. Будете делать это в порядке очереди. Он разберется с вашими просьбами и определит, кто будет их выполнять. Прошу помнить, что это боевой корабль, а не круизный лайнер. Хотя экипаж приложит все старания, чтобы обеспечить вам достаточный комфорт, воинский долг может в любой момент заставить его вернуться на свои места. Если такое произойдет, прошу отнестись к этому с пониманием. А сейчас я вижу, что бар кают-компании открыт. У кого нет неотложных дел, приглашаю выпить за мой счет. Благодарю за внимание.

Толпа разделилась. Одни направились к бару, другие выстроились в очередь к Москоуну. Позади себя Мерикур услышал голос:

— Генерал Мерикур?

— Да? — Повернувшись, он увидел стоящего рядом человека в ливрее — облегающей тунике с высоким стоячим воротником. У человека были маленькие бегающие глазки, крупный нос, а лоб, казалось, с детства покрылся морщинами. На правом виске пульсировала вена. Прежде чем человек собрался что-то сказать, Мерикур его опередил:

— Глава администрации Тенли, не так ли?

«Он набит электроникой под завязку, — подал голос ПИР Мерикура. — Гражданка Ритт — мелкий фраер по сравнению с ним».

Тенли был удивлен и разочарован:

— Все правильно, генерал, я…

— Вы хотели бы представить меня сенатору. Показывайте дорогу.

Тенли раздраженно повел его через кают-компанию, и толпа расступалась перед ними. Сенатора Мерикур увидел издалека. В этом человеке было нечто особенное, что всегда выделяло таких людей.

Сенатор в полной мере обладал этой трудно поддающейся описанию харизмой. Кроме того, он был привлекательным мужчиной: густые черные волосы, быстрые карие глаза, великолепные зубы. Если Виндзор и имел какой-нибудь недостаток, так это ястребиный нос. Но даже это работало на образ сенатора и придавало ему слегка хищный вид. Когда Мерикур приблизился, Виндзор встал и, проигнорировав Тенли, протянул руку.

Вынужденный отойти в сторону, глава администрации сердито сверкнул глазами.

— Сенатор Виндзор, разрешите представиться: генерал Мерикур. Для меня большая честь служить под вашим командованием, сэр.

Сенатор крепко пожал его руку и кивнул на противоположный конец кают-компании, где капитан-лейтенант Москоун вполне успешно справлялся с ситуацией.

— Вы умеете разговаривать с людьми, генерал. Вам следует попробовать себя в политике.

— А я слышал, что вы умеете добиваться выполнения поставленных задач, сенатор. Армии необходимы такие офицеры.

Виндзор засмеялся:

— Один — один, ничья. Присаживайтесь, генерал. Нам с вами нужно многое обсудить.

Мерикур сел за стол, который в нормальные времена был обычным обеденным столом, а сейчас служил и письменным столом для Виндзора, и столом для совещаний его штата. Виндзор указал на поднос с закусками.

Мерикур отрицательно покачал головой:

— Спасибо, сенатор, я только что выпил кофе с капитаном Ямагучи.

— Ах да. Солдат должен прежде всего следить за своим оружием.