Отчет Брэдбери - Стивен Полански

У нас почти не осталось времени.

Сегодня двадцать пятое. В сентябре тридцать дней, значит, осталось шесть.

Пока я пишу эти слова, Анна на кухне готовит ужин, открывает и закрывает шкафчики и ящички, гремит кастрюлями, звенит столовыми приборами, отчаянно пытаясь себя занять. Алан сидит в комнате Анны. Он заперся там сегодня утром, когда уехал Высокий, оставив после себя хаос. Заперся и не выходил.

Вместо ожидаемого супа мы нахлебались дерьма.

Высокий явился, когда мы только закончили завтракать. Алан за столом рассматривал Библию издательства «Микеланджело», которую я надписал (под надписью Колбергов для своей дочери) и подарил ему. Я написал: «Алану: моему соседу по комнате, моему брату, моему другу. С восхищением и любовью. Рэй». Внизу я приписал «Калгари» и поставил дату. Банальные слова. Я купил книгу просто так, по случаю, а теперь передал по наследству. Я смотрел, как Алан читает надписи. Он их никак не прокомментировал. Похоже, его заинтересовали цветные иллюстрации. Я давно собирался отдать ему Библию, когда придет время.

— Простите, — сказал Высокий. — Я опять пришел к завтраку.

— Мы уже закончили, — сказал я.

— Садитесь, — предложила Анна.

— Спасибо, нет, — отказался он. — Я ненадолго. Я пришел сказать — мне очень жаль, но вам больше не нужно принимать решение.

— О чем вы говорите? — спросил я.

— Я говорю о том, что вы можете остаться с Рэем. — Он взглянул на Алана. — Мы решили его забрать.

Алан не отрывал глаз от Библии.

— Забрать его? — переспросила Анна.

— Мы полагаем, что он готов.

— Вы не можете его забрать, — сказала Анна.

— Разумеется, можем.

— Он вовсе не готов, — настаивала Анна. — Мне нужно еще время.

— Мы считаем, что он готов. У вас есть время до первого числа.

— Но этого недостаточно, — возразила она. — Я обещаю, что скажу, как только мне покажется, что он готов. Мне нужно еще немного времени.

— Это решаем не мы, — ответил он. — Простите. Но в этом нет ничего удивительного. Таков был план с самого начала. Дело только во времени. Я вернусь за ним первого. В полдень. Соберите его к этому времени.

— Пожалуйста, не делайте этого, — попросила Анна. — Не забирайте его у меня. К чему такая спешка?

Я с опозданием собрался вставить кое-что — без сомнения, не очень любезное и от души, — когда поднялся Алан.

— Послушай меня, — произнес он.

— Слушаю, — сказал Высокий.

— Я не пойду с тобой.

— Пойдешь, — возразил Высокий.

— Куда вы его заберете? — спросила Анна.

— Этого я вам не могу сказать.

— Разрешите мне поехать с ним, — взмолилась она. — Я еще могу быть полезной.

— Сожалею, — сказал Высокий. — Я сделал все, что мог. Простите, что вынужден вам отказать. Возможно, для вас будет утешением узнать, что он очень поможет нам. Принесет много пользы.

— Я не принесу вам пользу, — заявил Алан.

Высокий улыбнулся:

— Ты не просто принесешь пользу, сынок, ты коренным образом перевернешь мир. Трансформируешь его.

— Что ты сказал?

— Ты все изменишь.

Ближе к вечеру Анна вошла в мою спальню и разбудила меня. Мы не разговаривали с момента ухода Высокого.