Цзюнь Цзюлин - Си Син

Другими словами, игра вслепую.

Говорят, в глубочайшей древности небожитель провел линии из песка, чтобы упорядочить строй белых и черных фигур, и в результате появилась доска для игры.

Доска спокойная и статичная, а шашки круглые и подвижные. Впоследствии все это получило свое название – вэйци.

Игра, созданная Небом и Землей. Не было никого в этом мире, кто смог полностью ее постичь.

У вэйци существовала система рангов, состояла она из девяти пунктов: 1. Совершенство; 2. Пребывающий в просветлении; 3. Всеобъемлющий; 4. Проникший в сокровенное; 5. Применяющий мудрость; 6. Искусный; 7. Состязающийся в силе; 8. Глупец; 9. Сохраняющий простоту и непосредственность.

Нин Юньчжао превосходно играл в вэйци еще с самого детства. Уже в восемь лет был способен взглянуть на доску и запомнить абсолютно все расположение шашек. Его окружение решительно утверждало, что к двадцати годам он вполне мог достичь четвертого ранга.

Это подразумевало то, что во время партии с выдающимся игроком он мог отлично приспособиться к сложившейся обстановке и понять, стоит вступать в бой или нет. Четвертый ранг именно это и означал.

Нин Юньчжао всегда был достаточно скромен, однако, даже несмотря на то, что двадцати лет он еще не достиг, юноша предполагал, что уже вполне отточил свои навыки до четвертого ранга.

Однако сейчас юноша засомневался в этом.

За такой короткий промежуток времени они с этой девушкой сделали уже более ста шагов. Исход сражения виделся очень неоднозначным, к тому же ее атаки становились все жестче.

–Один, четыре, удар,– сказал Юньчжао, поглядывая на доску вдалеке от него.

Однако сражение на ней не имело к нему никакого отношения. В данный момент для юноши существовала совершенно иная расстановка.

–Один, пять, соединение,– женский голос словно шел за ним по пятам.

Нин Юньчжао легонько ущипнул себя за руку.

–Тринадцать, семь,– сказал он.

–Тринадцать, шесть,– девушка не торопилась, но и не медлила.

Ее голос совершенно не походил на ее стиль игры. На вид слабая девчушка проявляла себя, как какой-то бандит, который повсюду размахивал своим мечом.

–Четырнадцать, шесть,– недолго поразмыслив, ответил Нин Юньчжао. Юноша совершенно не нервничал.

На короткое время женский голос смолк.

–Двенадцать, пять, диагональ,– продолжила она.

Нин Юньчжао продолжал сверлить своим взглядом доску. Вдруг до него донесся смех, и толпа словно взорвалась: партия была окончена. Как выяснилось, кто-то, наконец, одержал верх.

Со специальной подставки сняли фонарик в виде пагоды и вручили молодому человеку, который протянул руку и принял выигранный приз под бурные аплодисменты и непринужденный смех.

Лицо Нин Юньчжао тоже озарилось улыбкой.

–Тринадцать, пять,– сделал он ход.

Сказав это, молодой человек обнаружил серьезные изменения на поле их сражения, и Нин Юньчжао смог ненадолго перевести дух.

Юноша посмотрел на девушку лишь единожды, хотя до настоящего момента они успели обменяться более чем сотней фраз, но с тех пор он на нее даже взгляда не бросил.

Юньчжао почитал эту игру и вкладывал в нее всю душу, не считая нужным расспрашивать о чем-то своего соперника.

На этот раз для следующего хода потребовалось какое-то время.

–Двенадцать, шесть,– нежно ответила она.

На их доске снова воцарился беспорядок, и Нин Юньчжао мог лишь вздохнуть.

А эта девушка действительно очень строптивая, прямо как его сестры, которые вечно капризничали и дергали его в разные стороны за рукава, чтобы добиться желаемого.

Интересно, а брат у нее есть?

Нин Юньчжао серьезно уставился на доску.

–Семнадцать, четырнадцать.

Девушка с длиннющим мечом в руке преградила ему весь путь, а за ее спиной словно поджидало могучее войско.

Нин Юньчжао стоял, сложив руки за спину. Ему казалось, будто он уже отчетливо слышал крики отчаяния.

В этот момент она выпустила в него решающую стрелу.

Нет. Нельзя сдаваться. Надежда умирает последней. Еще не все потеряно.

Нин Юньчжао задрал голову и снова услышал отчаянные вопли, которые несколько пугали, но в то же время воодушевленно побуждали его попробовать еще раз.

Так он и поступил.

–Шестнадцать, пятнадцать, удар,– юноша внезапно приподнял шашку и швырнул ее куда-то в сторону.

Эта шашка словно превратилась в острую стрелу и со свистом устремилась вдаль. Однако в тот самый момент, когда она почти долетела до его соперницы, девушка, окутанная светом, тут же взмахнула своим мечом.

–Пятнадцать, шестнадцать, прорыв,– нежно парировала она.

Под свист этого самого меча весь его мир рухнул.

Нин Юньчжао распахнул глаза. Ожесточенный бой внезапно закончился, сменившись взрывами смеха. Свет луны и фонарей переплетался с тенью дерева.

Наконец-то вернулся в мир людей.

В самом деле, очень необычно.

Нин Юньчжао расплылся в улыбке. Юноша повернул голову в сторону девушки и слегка отдернул капюшон, обнажая свое лицо.

–Ваше мастерство достойно восхищения.

Девушка продолжала находиться в тени дерева всего лишь в трех шагах от него. Она также взглянула на юношу, когда молодой человек повернул голову.

–Молодой господин тоже…– промолвила она, снимая капюшон.

Какая вежливая девушка.

Но через секунду ее голос внезапно оборвался. Все ее хвалебные слова комом застряли в горле. Похоже, то, что она увидела, очень сильно ее поразило.