Первому игроку приготовиться - Эрнест Клайн

Следующие несколько часов я лихорадочно копировал из базы «шестерок» на ворованную флешку все, что казалось мало-мальски полезным. Прошерстив ее целиком, я отправил со своего суперпривилегированного аккаунта заявку на снабжение от отдела оологии. Воспользовался формой, по которой «шестерочье» руководство заказывало виртуальное оружие и снаряжение для OASISa, запросил некий определенный предмет и потребовал доставку через два дня к двенадцати часам.

К шести утра я все закончил. До начала смены оставалось всего полтора часа, скоро у моих соседей начнут срабатывать будильники. У меня почти не оставалось времени.

Я открыл досье Брайса Линча, долгового сотрудника, и обнулил его липовую задолженность. Потом перешел в меню «Контроль и наблюдение за долговыми сотрудниками», из которого осуществлялось управление моим наушником и электронным браслетом, и сделал то, о чем мечтал всю неделю, — отключил замки на обеих хреновинах.

Мочку уха пронзила острая боль. Скобы выдернулись из полузаживших проколов, наушник упал, отпрыгнул от плеча и приземлился мне на колени. В ту же секунду раскрылся и соскользнул на пол браслет, оставив на лодыжке полосу стертой кожи.

Теперь путь назад был отрезан. Доступ к записям, сделанным камерой в наушнике, имели не только мои надзиратели, но и Служба защиты долговых сотрудников — организация, следящая за соблюдением моих гражданских прав. Отключив камеру, я остался без защиты. Если сотрудники безопасности поймают меня с ворованной флешкой, забитой сверхсекретными данными, мне конец. «Шестерки» могут запытать меня до смерти, и никто об этом не узнает.

Я завершил последние приготовления к побегу, вышел из интранета в последний раз, снял визор и перчатки и открыл в стене капсулы щиток для технического обслуживания развлекательной консоли. Там я еще в первые дни обнаружил узкое пустое пространство возле стенки, и теперь достал оттуда припрятанный сверток — аккуратно сложенную и запакованную в вакуумный пакет униформу техника с кепкой и нагрудным значком. Форму я раздобыл тем же способом, что и флешку — отправил с админского аккаунта запрос в службу снабжения, и форму доставили в пустой отсек на моем этаже. Я снял комбез, вытер им кровь с уха и шеи, вытащил из-под матраса две полоски пластыря и залепил ими проколотую мочку. Затем переоделся в новый прикид, аккуратно вынул флешку и спрятал в карман. Подобрал наушник и сказал в него:

— Мне надо в туалет.

В полу капсулы открылся люк. В коридоре пока было темно и пусто. Я засунул наушник и серый комбинезон под матрас, убрал электронный браслет в карман и, напомнив себе, что надо дышать, выполз наружу.

По пути к лифтам я встретил нескольких «коллег», но никто из них, как обычно, не посмотрел мне в глаза. Я вздохнул с облегчением, поскольку очень боялся, что кто-нибудь узнает во мне корпоративного раба в краденой униформе. Остановившись у лифта, я затаил дыхание, пока система сканировала мой нагрудный значок. Мне показалось, что это заняло целую вечность, но тут двери наконец открылись и электронный голос произнес:

— Доброе утро, мистер Таттл. Пожалуйста, назовите этаж.

— Первый, — хрипло сказал я.

Двери закрылись, и лифт поехал вниз. На моем значке стояло «Гарри Таттл»[18]. Я наделил Гарри правами доступа на все этажи здания, переписал на это имя свой арестантский браслет и перепрограммировал его так, чтобы он выполнял функции браслетов, выдаваемых постоянным сотрудникам — то есть служил удостоверением личности. Теперь, когда я оказывался перед сканером лифта или какой-нибудь двери, браслет сигнализировал, что меня надо немедленно пропустить, а вовсе не шандарахнуть электрошоком и обездвижить до прибытия охраны.

Я ехал вниз молча, стараясь не коситься на камеру слежения. Но потом меня осенило, что, когда я благополучно удеру, эту запись будут тщательно изучать. Скорее всего она попадет к Сорренто и его начальству. Подумав об этом, я не смог отказать себе в удовольствии — посмотрел прямо в объектив, ласково улыбнулся и почесал средним пальцем переносицу.

Двери раскрылись на первом этаже. Я почти ожидал, что меня встретит толпа охранников, направляющих пушки мне в лицо, но увидел лишь группку клерков, мирно ожидающих лифта. Секунду я тупо пялился на них, а потом шагнул из кабины с таким чувством, будто пересекаю государственную границу.

В вестибюле царило броуновское движение — накачанный кофеином офисный планктон сновал между дверями и лифтами. Все это были постоянные сотрудники, не долговые. Они могли уйти домой после смены и вообще уволиться. Интересно, как им тут работалось, зная, что в том же здании, а может, и на соседнем этаже, вкалывает не одна тысяча долговых рабов.