Преломление - Питер Клайнз

– Успел пару раз откусить от круассана, а потом появилась ты с… с этим псом.

– Это Трэмп, – сказала Джейми. – Я точно знаю. Думаю, устраивать всякие выяснения – только время зря терять.

– Согласен.

– И я голодна.

Майк кивнул.

– Наверно, реакция на стресс, как и у меня, после… ну, после всего этого. У тебя-то шок посильнее моего.

Она пожала плечами и изобразила улыбку.

– Не знаю, что хуже – когда тебя потрошит монстр или когда ты находишь собачку.

Майк посмотрел на дверь комнаты совещаний. Его подмывало сказать, что маленькая собачка волнует ученых куда больше, чем преломление пространства или чудовище о трех руках. Он не понимал, забавно это или тревожно. Возможно, и то и другое понемножку.

Джейми кивнула на дверь:

– Как оно там?

Он заговорил, взвешивая каждое слово:

– Не пойми меня неправильно, то, что Трэмп вернулся, жутко и невероятно. Но ты права. Этот пес отвлекает нас от большой проблемы. – Майк поднял книгу. – Ты ведь читала ее, правда?

– Да.

– Думаю, я понял из нее кучу вещей.

В животе Джейми заурчало.

– Кстати об отвлекающих факторах…

– Извини, – сказала она. – Дай я только перехвачу пирожок или еще что-то, прежде чем мы к этому вернемся. Я вырублюсь, если в ближайшие пять минут чего-нибудь не съем.

Они побрели в кухню, где Джейми углубилась в коробку с выпечкой.

– Двойная порция плюшек, – протянула она. Вытащила два крулера и завернула их в бумажное полотенце. – Благодарение Господу за такие ошибки, – добавила она.

– Это не ошибка.

– Что?

– Энн не удваивала заказ. Скорее, плюшки сами просочились сюда, как болты с гайками, когда мы пытались разобрать кольца. – Майк ткнул пальцем в ее маленький сверток. – Можно называть их квантовыми плюшками.

Джейми мгновение изучала крулер, потом пожала плечами и откусила от него.

– Я проголодалась, – сказала она. – Если у меня вырастет третья рука, я с этим смирюсь.

– Да они не какие-то волшебные, а просто из альтернативной вселенной. – Майк открыл холодильник. – Вот. Видишь?

На верхней полке лежало яблоко Энн и ее обычный контейнер с ленчем. А еще там было пять других яблок. Четыре красных, на одном наклейка на немецком языке, а самое дальнее яблоко оказалось зеленым. На его наклейке красовались японские иероглифы.

– Замечательно, – сказала Джейми. – Значит, если мы не поймем, как это прекратить, нас погребет под плюшками и яблоками.

– Может, еще под собаками, – добавил Майк. – Эта проблема может оказаться самокорректирующейся.

Она фыркнула от смеха, и Майк закрыл холодильник.

Непрошеные муравьишки уже выстраивали комплексную картину, навешивая ярлычки на пончики, холодильник, исчезновение Сбоя и возвращение Трэмпа. В голове промелькнула мысль, и муравьишки добавили на схему метки расстояний. На мысленной карте расцвел красный круг, центр которого совпадал с единственным уцелевшим комплектом колец.

Последний припозднившийся муравьишка поместил последний ярлычок сразу за пределами круга. Майк сосредоточился на нем, и он протянул цепочку из табличек с указанием времени от колец через ярлычок и к трейлеру.

– Оп-па!

Джейми проглотила второй кусок крулера.

– Что?

– Я использовал твой трейлер и плюшки, чтобы отметить охваченную эффектом область. Такая карта того, на каком расстоянии от колец все еще происходят изменения.

Она подняла бровь.

– Мой трейлер?

– Из-за Сбоя и Трэмпа. Тело человека-жука начало скукоживаться, когда мы приблизились к границе этой области.

– Правда?

Майк изучил свою схему и цепочку образов.

– Да. Не знаю, что это значит. Может, как-то к кольцам привязано.

– Мы не привязаны. Мы все выбирались из кампуса.

– Ну ты все еще жива. И ты не человек-жук.

– Спасибо, что сообщил.

Майк пожал плечами.

Джейми налила кофе в свою большую кружку, и они вернулись в комнату совещаний. Когда открылась дверь, Трэмп облаял их, виляя хвостом. Джейми удалось почти не поежиться от звуков его лая.

Саша и Олаф стояли по разные стороны стола у его дальнего конца. Дальнего и от дверей, и от колец. На столе были разложены чертежи и математические модели.

Артур не пошевелился. Обе его руки так и покоились на набалдашнике трости. Глаза за стеклами очков сфокусировались на Трэмпе.

Саша постучала по одному из чертежей. На ее руке виднелось с полдюжины швов и повязка, которая была наложена куда более профессионально, чем бинты и пластырь на животе Майка.

– Может, оно как-то подключилось к магнитному полю Земли? – спросила она.

– Это какая-то ненаучная фантастика, нонсенс, – сказал Олаф.

По его щеке тянулась линия маленьких пластырей-бабочек. Из-за них эта сторона его лица оставалась почти неподвижной, когда он говорил.

– Но это то, что делает электродинамический фал^[65],– заметила Саша.

– В лучшем случае это гипотеза, в худшем – белиберда из научно-фантастических книжек.

Майк подождал, пока они закончат, положил книгу на стол и сосчитал до пяти.

– Возможно, у нас большая проблема. На самом деле большая.

Трэмп вскочил, тявкнул и закружился на месте. Потом плюхнулся обратно, колотя хвостом по ножке стола.

– Когда Дверь открыта, – сказал Майк, – она открыта в «соседнюю» вселенную. В силу того, что эта вселенная так близка к нашей, расхождения между ними невелики. Вот почему все вы смогли явиться сюда без особых неприятностей от смены вселенных. Отличия были минимальными.

– Не считая мира другого Боба, – добавил Олаф. – И мертвого мира.

Майк поднял указательный палец.

– Тем не менее и они не так уж отличались от нашего. Мы знаем, что это здание есть в обоих мирах. Мы знаем, что там существовала команда, создавшая Дверь Альбукерке. А это значит, что они развивались почти параллельно с нами, не считая последнего года или двух.

– А потом в одном мире началась война, а другой был уничтожен, – сказал Артур. Он прислонил трость к столу и снял очки. – По мне, так это довольно существенные расхождения.

Майк покачал головой: