Институт моих кошмаров. Здесь водятся драконы - Алиса Дорн

Я подскочила на месте, озираясь и пытаясь понять, куда попала.

— Я тебя разбудил? Прости.

Закончив переговариваться с кем-то по телефону, Диз вошел в комнату со смартфоном в одной руке и кружкой кофе в другой. Я задержала взгляд на красно-синей клетке его рубашки.

— А где все? — тупо спросила я.

Комната отдыха не только была пуста, но и сияла чистотой. Лишь одна бутылка из-под шампанского осталась забытой на столе с компьютерными деталями. Сверкавшее в лучах солнца золото этикетки напомнило мне о драконьей крови — и об узоре на земле.

— Давно разошлись. Каталина, правда, осталась в приемной, она вчера проспорила не только уборку, но и то, что отсидит за Ника до конца его смены… Всё нормально?

— Да, — с удивлением произнесла я, прислушиваясь к себе. Впервые после заключения сделки с марой я не проснулась с застрявшим в горле криком, меня не мучили кошмары. Я выспалась и чувствовала себя поразительно отдохнувшей. — Нормально.

И впервые с приезда в ГООУ я ответила на этот вопрос честно.

Тимофей не обманул. Когда я вышла на крыльцо алхимического факультета, как раз распогодилось. Солнце, плюс двадцать. Можно было убрать зонт в сумку, снять надоевший шарф и наслаждаться внезапно наступившей весной. Кто бы знал, как хорошо после дождей и ураганов просто стоять, закрыв глаза и подставив лицо солнечным лучам. Странные они, студенты с атмосферного: вместо того чтобы получать удовольствие, организуют одно ЧП за другим.

Идиллия продолжалась недолго; кто-то потянул меня за рукав куртки. Сильно, рискуя его вообще оторвать. Я открыла глаза и недовольно покосилась на зеленую морду. Странно. Обычно так близко драконы к алхимическому факультету не подходили (что, на мой взгляд, было показательно: если даже драконы, радовавшиеся любому живому существу, оказывавшемуся поблизости, сторонились алхимиков…), держась ближе к забору. И выглядел он каким-то взволнованным. Не то чтобы по оскаленным клыкам и глазам с вертикальным зрачком я могла что-то прочитать. Скорее это было простое человеческое желание приписать домашнему питомцу понятные эмоции.

Дракон еще раз потянул меня за кожаный рукав и что-то жалобно прохныкал.

— В чем дело? — поинтересовалась я, позволяя утянуть себя к вольеру.

Могла не спрашивать. Противное чувство дежавю накрыло с головой, стоило увидеть лежавшую ничком фигуру. Светлые волосы разметались по земле: Ребекка. Сдавленно охнув, я кинулась к ней. Слава богу, это был всего лишь обморок, и к тому моменту, когда я подоспела, драконолог уже приходила в себя.

— Эй, ты в порядке? — девушка оперлась на мою руку, пока я помогала ей сесть. Приведший меня к ней дракон мешался рядом, продолжая издавать обеспокоенные звуки. — Я могу что-то сделать? Мне позвать кого-нибудь?

— Не надо.

Я сомневалась, что не надо. Не нравилась мне ее бледность. Я замерла, глядя на кровь, тонкой струйкой текшую из носа.

— У тебя кровь идет…

Блондинка машинально поднесла к лицу ладонь и уставилась на испачканные пальцы. Глаза начали закатываться, и я испугалась, что она снова потеряет сознание.

— Я все-таки быстро сбегаю к вам на факультет и приведу помощь.

— Нет, — хриплым голосом отказалась она.

— Я не могу тебя так оставить, — кровь всё не прекращала идти; я нашла в сумке пачку платков и протянула ей.

По крайней мере, она уже не пыталась завалиться на бок и могла сидеть без посторонней помощи. Но состояние ее все равно вызывало у меня опасения. Сменив платок, она заозиралась по сторонам и потянулась к сумке. При падении магнитная застежка раскрылась, и вещи оказались на земле. Я протянула ей пенал с инструментами, наклонилась за блокнотом. Ветер перелистнул страницы, и среди конспектов я заметила странный рисунок.

— Что это?

На листе в клеточку был нарисован магический круг. И я его уже видела. Три пересекавшихся контура. Вязь, в которой я теперь могла угадать рума, язык демонов. Только что-то было не так — количество углов или что-то в линиях, я не была уверена что, но знала: это был не точно тот рисунок, что я видела в ночь первого сентября.

Блондинка вырвала блокнот у меня из рук.

— Ничего.

— Подожди!..

Поспешно запихнув вещи в сумку, она поднялась на ноги. Покачнулась, но, похоже, ей стало лучше, к корпусу криптозоологии она направилась уже довольно уверенным шагом. Мы с драконом проследили, как она скрылась внутри здания, и обменялись непонимающими взглядами. И что это значило? Я почувствовала, как внутри меня все закипало от злости.

К черту всё!

После мары я честно попыталась остановиться и не лезть не в свое дело, но больше так не могла. Что бы ни затеял Мор. из-за него страдали драконы. С Ребеккой творилось что-то неладное. Я должна была в этом разобраться.

К черту осторожность!

Настало время мне встретиться лицом к лицу со своими страхами. И понести ответственность за свои ошибки.

Ну и… «пойти и извиниться» звучало как неплохой план. По крайней мере, первая его часть.

Макса я нашла в тире, на еженедельной тренировке по стрельбе из… я не знала чего и предпочитала не спрашивать. Меня одинаково пугал как арбалет, висевший над дверью в холле, так и охотничья винтовка в стеклянной витрине. Но я признавала, что каждый из нас имел право снимать стресс, как ему больше нравилось, и лучше тир, чем бокс со стеной.

— Мне нужно поговорить с Сагой. Дай ее телефон.

— Зачем?

Отвечать не хотелось. Макс тяжело вздохнул.

— Наташа, ты не можешь все время просить о помощи и ничего не объяснять.

Он был прав, это было нечестно. И все же я надеялась, что он просто согласится и продиктует номер. Зря. Убедившись, что без ответов он ничего делать не станет, я сдалась.

— Той ночью, первого сентября, произошло что-то… неправильное. Не со мной, — поспешила я внести ясность и успокоить, заметив, как изменилось выражение его лица, — я в порядке. Но что-то случилось. И, если бы я понимала что, я бы все тебе сказала. Но я не знаю, что рассказывать.

— И чем тебе в этом должна помочь Сага? Я думал, ты уже вернула свою память.

— Я объясню, правда. Но сначала мне нужно с ней поговорить.

Он колебался, я видела. Возможно, не верил моим обещаниям — я не могла его за это винить. Возможно… Нет, об Охотниках сейчас думать было нельзя — только не паранойя, только не теории заговоров. Я доверяла Максу. Какими бы ни были его мотивы.

— Ладно, — наконец решил он. — Но в этот раз разговаривать вы будете в моем присутствии.

А я еще считала, что у меня проблемы с контролем… Кое у кого их было не меньше.

Было странно видеть мару посреди дня: на солнце, сидевшей со стаканом кофе в руках под цветущим кустом сирени. Казалось бы, не время и не место для ночного кошмара, но она, в яркой пашмине и с разноцветными нитками бус на шее, смотрелась в этом всем довольно органично.