Уровень атаки - Игорь Огай

Однако Тома и сама не собиралась терять время.

— Почему вы отобрали у меня пропуск?

Павел бросил на нее косой взгляд. Хороший вопрос — прямо в точку. Отвечать правду было, конечно, нельзя, и на язык сама собой выпрыгнула банальщина:

— Чтобы ты не прошла на фабрику.

— Почему? — повторила Тома. — Я устроилась в «Стройтрест» совершенно официально…

— Зря, — уведомил Павел. — Нечего тебе там делать.

«Мерседес» ассамблейщиков мелькнул у следующего перекрестка, и, заметив просвет впереди, Павел рывком обошел несколько машин. Приблизиться, правда, удалось ненамного — гиперборей тоже торопился. Зато Тома заподозрила неладное, забыв до поры про кадровые вопросы.

— Это что, погоня?

— С чего ты взяла? — спросил Павел, взгромоздясь правыми колесами на бордюр. — Просто тороплюсь…

— За той черной машиной?

Попытка объехать поток по обочине оказалась ошибкой — миновав перекресток, «Мерседес» подался влево и ринулся вперед, объезжая пробку перед Сущевкой по встречной полосе.

— Да, — слишком правдивый ответ выскочил машинально — внимание Павла было занято протискиванием в левый ряд. — Черт возьми: нет!.. И послушай меня: не суйся больше на фабрику. Твоя мамаша и так многим помешала. Возвращайся лучше в Театральный и доучивайся…

— Из Театрального меня отчислили.

— Прямо в середине семестра?

— Ну да. По собственному желанию… Нам с мамой сейчас деньги очень нужны. А театральный, так — баловство.

— Опять во что-то вляпалась? Впрочем, твои проблемы. А сейчас приготовься очень быстро выйти!

— Но мы не закончили…

— Закончили! Подожди, сейчас приторможу… И запомни: подойдешь еще раз к проходной, лично башку сверну.

— Ой, как страшно-то! Только я ведь могу и через суд! Документы у меня все на руках…

На треугольнике у развилки стоял милицейский «Форд», немолодой дэпээсовец лениво мусолил в руках документы водителя выдернутого из пробки «Москвича». Гиперборей нагло объехал милицейскую машину слева и устремился наперерез плотному автомобильному потоку на третьем транспортном кольце.

— Ну все, — пробормотал Павел. Намерения ассамблейщика стали слишком очевидны и высаживать пассажирку было больше некогда. — Вот теперь ты правда вляпалась.

Тома так и не успела задать очевидный, но бессмысленный вопрос — гиперборей включил «паузу». Не сбавляя скорости, «Мерседес» врезался в застывшее шоссе. Брызнули в воздух и замерли веером осколки фары задетой краем бампера «десятки», но в целом череда машин оказалась не настолько плотной, какой виделась в движении. Избегая новых столкновений, ассамблейщик проложил траекторию поперек шоссе и углубился в переулок на другой стороне.

— Ой… — тихо произнесла Тома, вытаращившись на окаменевшего со свистком в зубах постового. — Это что?..

Павел не ответил, он изо всех сил старался не отставать. Старший группы включил «Фольксваген» в контур «паузы», но радиус действия прибора был не бесконечен — превысить его означало безнадежно отстать.

— Павел, что это?!. — в голосе пассажирки прорезались визгливые нотки. Она окончательно поняла, что происходит нечто невозможное.

— То, чего тебе нельзя видеть! Закрой глаза… — он почти догнал «Мерседес», когда тот снова свернул, перепрыгнув через трамвайные пути. В этом районе Павел ориентировался плохо. Одно дело проехать по прямой до Олимпийского и совсем другое — крутиться вокруг Трифоновской в проездах и переулках. Если бы ассамблейщики надолго скрылись из вида, Павел потерялся бы, не выходя из радиуса «паузы».

— Я так и знала… — проговорила Тома. — Вы кто? Куда мы едем?

— Вот теперь уже никуда, — процедил Павел и надавил на тормоз прямо перед пылающими стопсигналами «Мерседеса». — Значит, так: у тебя есть последняя возможность остаться непричастной — ложись на сиденье и молись, чтобы не заметили.

— Кто?

— Дед Пихто! — он силой пригнул ее голову к коленям. — Сказал, держись ниже!

Вовремя. Дверцы «Мерседеса» синхронно распахнулись, и ассамблейщики выпали из них, словно десант из люков БТР. Автомобиль Павла их интересовал мало, внимание бойцов было занято синим микроавтобусом с тонированными стеклами в противоположном конце двора. Между ним и ассамблейщиками лежала неведомо как затесавшаяся в деловой район детская площадка. Замершие на «паузе» мамаши качали коляски, ловили на горках детвору постарше, крутили карусели… Если здесь произойдет катастрофа, в реальном мире она займет слишком мало времени, чтобы они успели испугаться наступающей гибели.

Павел распахнул дверцу и так же, как остальные, вывалился на асфальт.

— Стоять! Все назад!

Ассамблейщики еще не успели далеко уйти. Они не собирались подчиняться землянину, но его окрик мог привлечь нежелательное внимание, и гиперборей поднял руку.

— Объясни, Головин, — приказал он.

— Сейчас… Тебя как звать, коллега?

Гиперборей помедлил, но все-таки ответил:

— Гаруда, меченосец третьей ступени.

— Послушай, меченосец, пусти меня первым. Со мной «гости» были ласковы, если они еще здесь, я могу поговорить, отвлечь внимание…

— Это не потребуется, — гиперборей постучал пальцем по коробочке «паузы». — Они недееспособны.

— У первой группы тоже была «пауза», — напомнил Павел. — И она все еще может работать. Проверь-ка, никто с тобой не синхронизирован?

Гиперборей перевернул коробочку индикатором вверх, и проклятие вырвалось у него помимо воли.

— Летняя тьма! Внимание, всем рассредоточиться! Использовать укрытия!..

— Ну, так я пошел? — осведомился Павел, поднимаясь во весь рост, и меченосцу ничего не осталось, как кивнуть в ответ.

— Просто открой дверь и посмотри, что там, — проговорил он. — Остальное — мы сами…

Таиться не было никакого смысла — Павел шагнул прямо на площадку, осторожно обходя коляски и детвору.

Первая группа, скорее всего, погибла, иначе автобус не застрял бы в этом дворе в пяти минутах от фабрики. Значит, удар мог последовать в любую секунду. Каким он будет — телепатической атакой или струей плазмы? Не важно. Единственный шанс предотвратить немедленное нападение — не представлять видимой угрозы.

Павел остановился в двадцати шагах от автобуса. Медленно распахнул полы куртки и так же медленно извлек из кобуры сначала «гюрзу», потом лучемет. Положил оружие на бревно у ног застывшей с раскинутыми в стороны руками девчушки и двинулся дальше. Десять шагов… Пять… Если контактеры решатся атаковать, то сделают это сейчас. Три… Два… Один… Рука Павла замерла над рукояткой двери.

В салоне ведь может оказаться все что угодно, вплоть до адского демона. Гости из утопии? Как же?! Держи карман шире!.. Холодный металл обжег ладонь. Замок мягко щелкнул, и дверца поехала в сторону. От собственной беспомощности хотелось зажмуриться, но вместо этого Павел нашел в себе силы выдавить на лицо улыбку. Так, на всякий случай. Ведь с этой троицей они расстались почти друзьями…