Волонтер: Нарушая приказы - Александр Владимирович Шувалов

Капитан Христофор Шредер посмотрел на денщика и произнес:

– Буди Алешку, – потом подумал и добавил, – заодно и Монахова. Опыт у этого пропойцы еще тот, может нам и удастся привести его в чувства. Думается мне, что Шипицын нам не помощник, эвон как назюзюкался. Так что давай буди только этих двоих.

Онегин кинулся выполнять приказание.

«Совсем еще дети, – подумал Шредер, – Онегин вон к царевичу прилип как банный лист, с тех самых пор, как государь наш корабли волоком с Холмогор до Ладоги тащил. Всюду с Алешкой таскается, вот и приходится мальцу терпеть все причуды. А может и к лучшему? Оба владеют шпагой не хуже взрослого мужика. Вот только денщик моложаво смотрится, в отличие от царевича, который на вид лет осемнадцать – девятнадцать тянет. Этот сухой, долговязый и верткий. Эх, война, война сгубила ты детство мальчишек…»

Капитан вздохнул, покосился на Онегина. Улыбнулся, глядя, как тот пытается выполнить его приказание.

«Вороги не нападают, значит – время еще есть, – решил Христофор, – Небось, считают, что мы сном непробудным спим. Пусть медлят, вот только нам сейчас медлить нельзя. Кто знает, а вдруг решат ускорить события».

Начал проверять оружие, время от времени поглядывая то на двери, то на денщика.

Шредер вновь улыбнулся. Пистоли заряжены, фузеи к бою готовы. Если сунутся, то постарается он, капитан русской армии, превратить этот скромненький, покосившийся от времени, сарайчик в крепость.

Затем встал с земляного пола, стараясь не шуметь, подошел к дверям. Только бы враг не догадался, что они в курсе их появления. Ведь гостей не ждали. Выскочить, размахивая шпагами, без подготовки это не дело, а поэтому и нужно, вначале убедиться, что это шведы.

Дверь открывать не стал. Достал из-за пояса багинет, и проковырял отверстие. Прильнул к нему глазом. Вроде разглядеть что-то можно. Немного, правда, но можно. За спиной раздалось шуршание. Шредер прекратил смотреть и повернулся на шорох.

Царевич Алексей был уже на ногах. Он растерянно смотрел на капитана, сжимая в руках фузею Монахова. Денщик стоял тут же рядом. Тот развел руки в сторону, давая понять, что солдата так разбудить и не удалось.

– Эка незадача, – прошептал Шредер, – значит, биться будем втроем, – в сердцах сплюнул на пол. – Будем молиться богу, чтобы у нас все получилось.

Он все еще надеялся, что отряд, прибывший сюда, был небольшой. Эффект неожиданности, и кто знает в чьих руках будет удача.

Поднес к губам палец и прошипел:

– Шшшшш….

Вновь прильнул к отверстию в воротах. Видно было только старика да двух мужиков, в стареньких потрепанных стрелецких кафтанах. Еще несколько человек, явно не попали в поле зрения, о присутствие их можно было понять, по разговору. В темноте трудно разглядеть лица, но узнать в старике хозяина дома было не сложно. Тот махал руками, и что-то рассказывал. Изредка показывал в сторону сарая.

– О нас толкуют, – пробормотал капитан, – эх, чувствовал, что какой-то не простой хозяин этого дома. Одно пока радует, что не шведы это. Скорее всего, русские, может быть разбойники.

– Тать? – переспросил царевич.

– Да нет. Именно разбойники. Эти налетят, ограбят, а тать она по-тихому. Воровство без разбоя.

-А что делать то будем господин капитан? – спросил денщик.

-Люди – русские, предлагаю поговорить. Нам втроем с этой оравой – не справиться. Был бы трезв хотя бы Шипицын… – Вздохнул.

Вернулся к тому месту, где несколько минут назад спокойно спал. Поднял кафтан.