Пардус. Книга 6. Присягнувшие тьме - Евгений Гаглоев

К тому времени, когда машина Гордея Лестратова остановилась у гигантского здания вокзала, ярко освещенного неоновыми огнями, солнце окончательно скрылось за горизонтом. Но на Санкт-Эринбург не опустилась тьма – на улицах засияли яркие огни витрин и вывесок, включились голографические рекламные изображения.

Гордей не стал подъезжать к главному входу в здание вокзала, на площадь, ярко освещенную уличными фонарями. Он остановился в узком темном переулке, неподалеку от выхода на железнодорожные пути. Прохожие здесь не бывали, лишь иногда пробегали бродячие собаки. Вокруг возвышались стальные ангары складов, тянулись длинные приземистые строения мастерских и депо. Между зданиями царил полумрак.

– А где стоит этот вагон? – поинтересовался Никита, когда Лестратов заглушил двигатель.

– Недалеко отсюда, на последней сортировочной площадке, – ответил Гордей. – На самых крайних путях. Они отогнали его подальше, наверное, чтобы журналисты не совали в это дело свой нос.

– Мне просто нужно подобраться к нему поближе и осмотреться? – на всякий случай уточнил Никита.

– Верно. Но старайся никому не попасться на глаза. Я понятия не имею, кто там еще состоит в этих «Перевертышах». Может, с некоторыми из них тебе лучше вообще не встречаться.

Отряд «Перевертыши» в Департаменте безопасности существовал всего пару месяцев. Его создали специально для расследования необычных преступлений, связанных с деятельностью метаморфов или еще кого похуже. Это подразделение состояло преимущественно из ребят с особыми способностями, ровесников Никиты. Легостаев узнал об этом от Татьяны Пожарской, которая и сама была вынуждена сотрудничать с «Перевертышами».

Никита периодически созванивался с ней, а еще они общались в соцсетях, болтали о том о сем. При личных встречах Татьяна делилась новостями, рассказывала о некоторых своих делах, об успехах. К примеру, ее научили неплохо стрелять и водить машину. Никита даже немного ей завидовал. Получить права в шестнадцать лет – он о таком и мечтать не мог. Департамент безопасности заботился о своих сотрудниках, даже таких странных, как члены особой группы «Перевертыши».

– Если Татьяна там, – продолжал Гордей, – попробуй расспросить ее о происходящем. Может, им уже удалось что-то выяснить?

– Хорошо, попробую, – кивнул Никита. – Если удастся застать ее одну.

– Только будь осторожен.

– Ты же меня знаешь. Уж подслушивать и подглядывать я наловчился! – улыбнулся Легостаев.

– Лицо не забудь… – Гордей замялся, подбирая слова, – спрятать!

Никита повернул к себе зеркальце заднего вида и слегка напрягся. Раньше это удавалось ему с трудом, сейчас же трансформация происходила без особых усилий. На лице парня выступила короткая иссиня-черная шерсть. Глаза слегка расширились, принимая миндалевидную форму. Зрачки сузились до черных щелок, белки приняли янтарно-зеленый окрас. Кончики ушей заострились.

Никита натянул капюшон куртки пониже. Потом улыбнулся Гордею, показав роскошные клыки:

– Родная мама не узнает!

Никита поддел когтями дверную ручку, выбрался из машины и осторожно двинулся в сторону железнодорожных путей. Он был в темных джинсах, черной кожаной куртке с капюшоном и черных кроссовках. Самая подходящая одежда, чтобы оставаться незаметным. Рукава куртки были давно оторваны, поэтому она не стесняла его в раздавшихся плечах. Парень на ходу потянулся, разминая затекшие мышцы. Короткая черная шерсть покрыла его руки от плеч до кончиков пальцев. Теперь Никита полностью слился с темнотой.

Выйдя из переулка, он оказался на гигантском пустыре. Запах керосина, мазута и еще какой-то дряни буквально валил с ног – обостренное обоняние на этот раз оказалось несколько некстати. Никита повел носом, сморщился и едва удержался, чтобы не чихнуть. Он пригнулся и крадучись пошел дальше, перешагивая через рельсы, тускло поблескивающие в темноте, туда, где был виден свет горящих прожекторов.

Вскоре он увидел отцепленный вагон поезда.

Последнюю площадку окружало наспех возведенное ограждение из невысоких пластиковых щитов. Неподалеку стояли машины с эмблемами Департамента безопасности. Их мигалки работали, разрывая ночную темноту яркими вспышками, но сирены были отключены.

Несколько человек бродило около большого серебристого вагона с выбитыми окнами. Никита подобрался вплотную к ограждению, замер в темноте и всмотрелся в присутствующих. Он узнал Панкрата Легостаева, своего двоюродного брата, который, как недавно выяснилось, курировал работу «Перевертышей». Неподалеку от него стояли Антон Василевский и Татьяна Пожарская.

Когда Никита увидел девушку, у него вдруг что-то тоскливо сжалось в груди. Так происходило во время каждой их встрече, он все никак не мог привыкнуть к тому, что Татьяна – точная копия Ксении Воропаевой, которую он любил и недавно потерял.

У вагона Никита увидел еще несколько человек постарше, – видимо, экспертов криминалистической лаборатории, и парочку других подростков, определенно чувствующих себя не в своей тарелке, – наверное, других членов «Перевертышей». Каких еще юнцов допустили бы на место преступления?