Идеальный враг - Михаил Кликин

В казарме было тихо. До отбоя оставалась еще почти минута, а большая часть бойцов уже спала. День выдался тяжелый – подъем на полчаса раньше, пробежка в противогазах, потом сразу строевой смотр, а после обеда до самой ночи – тяжелая работа в ангарах вместе с промасленными измученными механиками.

Павел уже практически заснул, когда его тронули за плечо:

– Эй, Писатель… Не спишь?

– Уже нет, – Павел открыл глаза и приподнялся на локте. – Что надо?

– Разговор есть, – негромко сказал Рыжий.

– Серьезный разговор, – кивнул Цеце.

Павел внимательно оглядел двух своих собеседников, в данный момент очень похожих на заговорщиков, пожал плечами, сказал осторожно:

– Я слушаю.

– Ты у нас один молодой… – сказал Рыжий. – Выбирать нам не из чего…

– Что делать… – чуть развел руками Цеце.

– О чем это вы? – спросил Павел, наморщив лоб.

Они разговаривали вполголоса, чтобы не мешать спящим.

– Отбой! – донесся из-за двери голос дежурного, и свет в казарме померк.

– Ты драться умеешь? – спросил Цеце, немного помолчав.

– Ну, рукопашный бой? Бокс? Каратэ? Кун-фу, может быть? – перечислил Рыжий, с надеждой заглядывая Павлу в глаза.

– А-а… – Павел зевнул, разом потеряв интерес к разговору. – Вы все о том же… Я не люблю драться.

Цеце чертыхнулся, потер кулаком переносицу:

– Драться придется.

– Зачем?

– Таковы правила, – ответил Рыжий.

– С кем?

– С молодыми из других взводов.

– Но зачем?

– Традиция, – вздохнул Цеце, оценивающе разглядывая Павла и покачивая головой.

– А если я не буду?

– Так нельзя.

– Почему?

– Потому что ты весь взвод опозоришь. А тебе с нами со всеми еще воевать, – в голосе Цеце не было угрозы – только констатация.

– Ну, если надо, – Павел, решив, что разговор окончен, взбил кулаками подушку, – значит попробую.

– Ты погоди, – придержал его за руку Рыжий.

– Выспаться ты успеешь… – Цеце огляделся, зашептал еще тише. – Ты скажи, тебе активацию делали?

– Нет еще.

– Плохо! – Рыжий раздосадовано потер переносицу. – И где только тебя готовили? Сейчас же всех рекрутов сразу прививают!

– Нам не кололи, – Павел зевнул, на этот раз нарочито широко, долго, демонстративно.

– Слушай, – совсем тихо зашептал Цеце, подавшись к Павлу. – Вот, значит, какое дело. Есть у меня пара чудо-таблеток. Одну ты выпьешь сейчас, а другую перед самым боем. Смекаешь?

– Зачем? – Павел продолжал изображать унылое непонимание.

– Вот заладил! – Цеце ругнулся. – Таблетки – первый сорт. Для себя доставал. Через проверенных людей. Съешь – и ни боли, ни страха. Сразу сильнее станешь, выносливей. И быстрей. Я на себе пробовал – такая вещь!

– Да я как-нибудь без этого обойдусь, – Павел, не желая дальше продолжать разговор, лег, закрыл глаза. Но Цеце и Рыжий отступаться не собирались. Они стояли, держась за кровать, и смотрели на притворяющегося спящим Павла, на его подрагивающие веки.

– Ты что, боишься? – спросил Рыжий. В голосе его слышалось презрение.

– Может у тебя аллергия на химию? – недоумевая, предположил Цеце.

– Ага, – откликнулся Павел, не открывая глаз. И повернулся лицом к стене.

– Врешь же, – неуверенно пробормотал Цеце. – Тебя бы не взяли, если б какие-то болезни были.

– Он боится, – подвел итог Рыжий…

Они замолчали надолго. Павел лежал и чувствовал на затылке их взгляды. Это было неприятно. Нестерпимо неприятно. Не выдержав, он резко к ним повернулся:

– А вам-то что? Чего вы-то переживаете? Ну, подумаешь, побьют меня, так не в первый раз. Я привычный.

– Нам надо, чтобы ты победил, – сказал Цеце и глянул на Рыжего, словно ища у того поддержки.

– Зачем? – вздохнул Павел, понимая, что теперь долго не уснет.

Цеце снова посмотрел на Рыжего. Тот, помедлив, кивнул острожно, словно нехотя.

– Проигрались мы, – признался Цеце. – Вчера. Продулись в карты. Вчистую. В четвертой роте играли, дружок у меня там старый, давно не виделись. Заглянули мы к нему в гости, и вот… Не повезло… Долг большой, так просто не расплатиться. Но нам обещали его списать, если ты их здоровяка одолеешь… Видели мы его мельком… – совсем упавшим голосом проговорил Цеце. – Машина для убийства. Здоровый, как дьявол. Кулаки, что твоя голова… Эх!.. Куда уж тебе…

– Таблетки я глотать не буду, – немного поразмыслив, твердо сказал Павел. – А драться, раз надо, выйду.

– Ты хотя бы две минуты продержись, – просительно проговорил Цеце. – Тогда нам половину долга спишут. Уговор у нас такой был… А насчет таблеток все же подумай.

– Слушай, а может тебе с нашим лейтенантом поговорить? – предложил Рыжий. – Он хлипкий на вид, но говорят удар у него неслабый. Может чего посоветует? Прием какой покажет.

– Да какой прием! – досадливо отмахнулся Цеце. – Тут уж ничего не поможет… – Он горько вздохнул и покачал головой.

Глянув на его кислую физиономию, Павел невольно улыбнулся.

Впрочем, особого веселья он не испытывал.