Мародер - Виталий Забирко

Весь полет я проспал, но когда перед посадкой проснулся, настроение нисколько не улучшилось. В том же мрачном настроении я взял в аэропорту такси и поехал в четырехзвездочный отель «Виржиния», номер в котором забронировал из Москвы. Если я американец и у меня виржинский выговор, надо быть патриотом. Любят американцы патриотизмом бравировать, хлебом не корми.

Миновав швейцара, я вошел в обширный холл отеля и направился к стойке администратора. И обстановка, и администратор, плотный мужчина среднего роста, в темном костюме, были мне знакомы по информации вариатора.

– Добрый день, – поздоровался я, поставил на пол кейс и прижал его ногой к стойке.

– Добрый день, сэр, – кивнул администратор. – Желаете у нас остановиться?

– Да. У меня забронирован номер. Тэдди Смит из Виржинии.

– Минутку, сэр. – Он склонился к компьютеру, и я прочитал на визитке, приколотой к лацкану пиджака «Берни Кэшью, администратор». – Из Виржинии, говорите? Вы патриот…

В отличие от меня выговор у него был чисто нью-йоркский, но слово «патриот» он произнес с таким значением, будто иного от добропорядочного гражданина и не ожидал. На что я и рассчитывал.

– Добрый день, Берни! – услышал я из-за спины.

Администратор поднял голову, посмотрел и расплылся в радушной улыбке.

– Мое почтение, сэр Джефри!

Я принципиально не обернулся.

– Извините, – сказал мне администратор, – вас сейчас обслужат. – Он повернулся к девушке, стоявшей рядом за стойкой, и попросил: – Салли, обслужи клиента. Извините, – еще раз сказал мне и отошел в сторону к некоему сэру Джефри.

А вот такой вероятности мне вариатор не выдавал. Впрочем, я не обсчитывал на вариаторе возможные ситуации в холле отеля: увидел, что регистрация пройдет без флуктуаций, и не стал рассматривать варианты.

Девушка села к компьютеру.

– Добрый день, сэр.

– Уже не очень, – спесиво буркнул я, кивнув в сторону отошедшего администратора.

– Приносим извинения за заминку, сэр, – корректно сказала девушка, – но сэр Джефри наш постоянный клиент. Я вас быстро обслужу.

Сбоку доносился оживленный разговор между администратором и постоянным клиентом отеля. Сэр Джефри говорил на правильном английском языке, и сразу становилось понятно, что гость с туманного Альбиона. А некоторая сухость в речи заставляла предполагать, что обращение к нему «сэр» не просто вежливая форма, а титул.

Салли глянула на дисплей компьютера.

– Тедди Смит?

– Да, – кивнул я и невольно улыбнулся. К блузке девушки была приколота визитка с надписью «Салли Гудмэн, портье», Любопытные фамилии встречаются у американцев: Гудмэн – хороший мужчина. Где-то я читал, что имена и фамилии влияют на сексуальную ориентацию человека. Салли была симпатичной девушкой с аккуратной прической, серыми глазами, вздернутым носиком, губками бантиком, и в то, что она могла оказаться «хорошим мужиком», верилось с трудом. А там – черт его знает…

– Тедди Смит, – прочитала портье с дисплея, – заказ на одноместный номер с двадцать пятого числа, оплачено за трое суток. Верно?

– Верно.

Оплату я произвел заранее по электронному счету.

– Номер пятьсот три, северная сторона, как вы просили, – сказала она и протянула карточку магнитного ключа от номера. – Пятый этаж.

– Спасибо.

– Всего вам доброго, – напутствовала портье.

Я отвернулся от стойки и наконец-то прошелся взглядом по таинственному сэру Джефри, внесшему коррективы в предсказанную вариатором реальность. Это был молодой, высокий, с волевым лицом голливудской кинозвезды белокурый мужчина в безукоризненно сшитом сером костюме. Как я и предполагал, вокруг его фигуры мерцала аура флуктуационного следа. А кто еще мог изменить предсказанную вариатором реальность? Только хронер.

Подхватив с пола кейс, я направился к лифту. Судя по здоровому цвету лица, сэр Джефри никак не мог быть постантом, а значит, и агентом службы стабилизации. Выходит, он такой же, как я, пиллиджер. Конкурент. И место работы у нас совпадает. Что ж, посмотрим, кто кого. С его броской внешности нелегко заниматься нашим ремеслом.

Лифтер распахнул передо мной двери лифта и вошел следом. И вдруг догадка обожгла меня ледяным холодом… Если вокруг меня вертятся блюстители стабильности, то не означает ли это, что мы с сэром Джефри схлестнемся во время акции?! И схлестнемся так, что…

– Сэр? – вежливо поинтересовался лифтер.

– Что? – раздраженно буркнул я.

– Какой этаж, сэр?

– Пятый… – тяжело вздохнул я. Перспектива предстоящей акции представлялась мне в отнюдь не розовом свете.

Номер, на удивление, оказался весьма приличным. Не «Хилтон», конечно, но и не московская гостиница. В Москве такой номер и в пятизвездочном отеле редко встретишь, да и сдерут за него втридорога – на себе испытал «прелести» московской гостиничной жизни, не доверяя рекомендации службы стабилизации по поселению в квартире сталинского небоскреба.

Но сейчас мне было не до комфортабельности нью-йоркского отеля. Весь вечер и половину ночи я перебирал на вариаторе всевозможные ситуации, в которые мог попасть во время акции, но ни в одной из них не обнаружил следов сэра Джефри. В принципе вариатор показывал реальные события, и, только когда я вносил в него те или иные коррективы со своим участием, он демонстрировал возможные варианты реальности. Грубо говоря, решалось уравнение с одним неизвестным (в роли которого выступал я), и, в зависимости от моих действий, прогнозировалось поведение местных. Уравнение с двумя неизвестными (со мной и еще одним хронером) вариатор мог решать только в том случае, если был напрямую подключен к вариатору второго хронера. И все же действия второго хронера можно засечь, так как любая подготовка акции на вариаторе оставляет флуктуационный след изменения реальности, что сказывается на погрешности вычислений, если аналогичную работу с данной реальностью надумает провести еще один хронер. В моих же проработках погрешность была в пределах нормы.

Из моего полуночного бдения напрашивались следующие выводы:

1. Сэр Джефри еще не проводил обсчет реальностей своей акции.

2. Акция сэра Джефри не совпадает с моей по времени.

3. Акция сэра Джефри не совпадает с моей по месту действия.

4. Свою акцию сэр Джефри собирается проводить в качестве инертного наблюдателя.

Однако тщательный анализ моих выводов поставил меня в тупик.

Первый пункт отпадал по следующим причинам: скрупулезный обсчет реальностей акции требует нескольких недель, если не месяцев, а до События осталось две с половиной недели. Ни один уважающий себя пиллиджер не позволит себе прибыть к месту проведения акции без вариативной подготовки. Идти «на арапа» в хроноакции могут только дремучие люди, а сэр Джефри не производил впечатления лоха. Отнюдь. Деньги у него имелись, и немалые, если он мог себе позволить быть завсегдатаем отеля.