Отступник-2 - Константин Калбазов

А вообще, как оказалось с загрузкой для «Альбатросов» и их одноклассников, появляющихся в разных странах, дела обстоят не очень. Грузоотправители пока ещё не адаптировались к тому, что появились аэропланы способные перевозить по три тонны. Поэтому приходится собирать груз по сусекам. К примеру, мы доставили его сразу для пяти получателей. Но нам ещё повезло доставить его из точки «А» в точку «Б», а то ведь бывает и такое, что развозить приходится по разным портам.

Задерживаться в Менске не стали. Едва разобрались со всем, сделали необходимые пометки в диспетчерской гильдии, как поспешили покинуть гостеприимную столицу великого княжества, убыв для всех в неизвестном направлении. Если вылет порожний, то гильдии нет никакого дела куда и зачем ты летишь.

Шестьсот пятьдесят вёрст до Дрокии, великого княжества Галичского, проделали за три с половиной часа. Опять встречный ветер, и перерасход топлива. Впрочем, на фоне заработков «Альбатроса», не критично. Хотя, конечно, копейка рубль бережёт. Только не мне над мелочью трястись.

На ночь остановились в гостинице, при гильдии. Ничего общего с псковским отделением, где не могли сложить цену на номера. Да и предназначение у них иное. То ли дело в Дрокии. Не стольный град, но здание большое, и максимально приспособленное для вольников. Помимо административного крыла, тут имелся вполне приличный трактир, и гостиница с умеренными ценами. Во дворе механические мастерские.

Утром, выспавшиеся и отдохнувшие, спустились в трактир, а после завтрака Гаврила с Настей отправились к «Альбатросу», готовить его вылет. Я же пошёл к доске объявлений, подбирать подходящий груз. И что-то мне подсказывало, что просто это не будет.

Так оно и оказалось. С грузом для самолётов боле ста пудов, дела обстояли откровенно плохо. Наскоро просмотрел красные, зелёные и жёлтые бланки. Мелочёвка, с диаметрально противоположными направлениями. С белыми ситуация немногим лучше. Не глядя на характер груза, начал подбирать попутные. В итоге получилось набрать пять бланков на сто шестьдесят пудов, и в три порта.

— Доброе утро, — поздоровался я, войдя в диспетчерскую.

— И тебе не хворать, — отозвался диспетчер, худощавый мужчина лет сорока.

— Оформляй, — протянул я ему бланки.

— Тэкс. Что тут у нас. Ого. На чём прибыл?

— «Альбатрос»

— Х-ха. Это ты удачно завернул. Зачем тебе нужен этот сарафан. С недогрузом, да ещё и в разные порты. Или ты не полностью разгрузился?

— Под ноль. Можешь предложить что-то получше?

— Значительно лучше, — подняв палец, многозначительно произнёс диспетчер. — Заказ прямо под твою птичку. Сто восемьдесят пять пудов, желтый бланк. Как раз сегодня поступила заявка, ещё не успели выложить на доску.

— То есть, обязать ты меня не можешь? — уточнил я.

— Да как же я тебя обяжу, если заявке нет ещё и суток. Вот помаринуется дней несколько, а там кому-нибудь и всучу. Правда, вы такие большие бываете не часто

— Что за груз? Куда везти?

— От нашей граммофонной фабрики. Граммофоны, патефоны, фонографы, иглы для пластинок и особый заказ, новинка этого года, две виктролы . Доставить нужно в Нитру, Венгерское королевство.

— Понятно. Ну что же, оформляй, а я пока верну эти бланки обратно.

— Ага, — не без удовольствия потёр руки диспетчер.

И понять его несложно. За грузооборот отвечает он. Заявка есть, а вот подходящий транспорт пока ещё не столь широко распространён. Несколько дней погоды не сделают, но дальше хуже, и не факт, что сюда завернёт такой большой аэроплан. Град-то княжеского рода, не стольный, а потому и грузооборот пожиже будет.

— Ну и что у нас с грузом? — поинтересовался Гаврила, вытирая руки тряпицей.

— Почти под завязку, и всё одним рейсом, — тряхнул я жёлтыми бланками.

— И далеко?

— Нитра, семьсот пятьдесят верст.

— От это нам повезло. Еще и по полуторному тарифу. Больше сотни тебе, и почти по шестьдесят нам. Да отлично! Как думаете, Настя?

— Думаю, что мы заработаем чуть меньше, в Нитре нужно будет проводить техобслуживание, а это траты, — улыбнувшись заметила девушка.

— Пока ещё рано. Да и на обслуживание копейки. Машины-то новые.

— Настя, «Альбатрос» мой, а потому и его обслуживание моя головная боль. Я определил ваше жалование, и вы будете получать его сполна.

— А если ремонт? Он ведь может быть разным?

— Если станет совсем тяжко, уменьшу вашу долю. Это прописано в договоре. Ладно, давайте готовиться. На фабрику уже сообщили, скоро груз подвезут, — поднимаясь на борт покачивающейся на воде летающей лодки, произнёс я.

Не прошло и получаса, как появился грузовик, на котором находилось шесть больших ящиков. Пришлось грузчикам извернуться, чтобы затащить их в грузовой салон. Но мужики опытные. Так что управились. Я проверил целостность и соответствие пломб, расписался в получении груза.

— Доставить нужно в течении восьми часов, — предупредил меня представитель фабрики.

— А если бы заявка провалялась в гильдии несколько дней, — хмыкнул я.

— Но её удовлетворили сегодня, и получатель уже извещён, вас будут встречать, — возразил благообразный мужчина, в сюртуке и котелке.

— Хорошо. Я вас понял, — заверил я и попрощался с ним.

А потом обратил внимание на озадаченный вид моего штурмана, и не удержался от вопроса.

— Настя, что-то не так?

— М-м-м. Не знаю. Просто нехорошее предчувствие. Может откажемся от груза?

— Теперь уже без вариантов, — покачав головой, возразил я, — Если откажусь без веской на то причины, велика вероятность, что нас вышвырнут из гильдии с волчьим билетом, а в мои планы это пока не входит. Но если вас настораживает что-то конкретное…

— Н-нет. Не знаю. Просто нехорошее предчувствие.

— Извините, но это не повод отказываться от рейса. Если желаете, можете сойти с борта, — пожал я плечами.

А что такого. Я никого удерживать не собираюсь. А мнительность, и суеверия пусть засунет в самый дальний угол. Мне не хватало ещё и с этим разбираться.

Поручив Гавриле и Насте проверить хорошо ли закреплён груз, отправился к портовому начальству. Вернулся с местным чиновником, который в свою очередь проверил груз. В смысле всё ту же целостность пломб. При наличии таких мер, экипаж за содержание тары ответственности не несёт, это полностью головная боль грузоотправителя и получателя.

Наконец мы пробежались по взлётному створу, и оторвались от воды. Настя сохраняла озабоченность, и время от времени поглядывала на опломбированные ящики, словно хотела заглянуть вовнутрь.

Признаться, я не знал, как на это реагировать. Что-то такое зудело в душе, но я никак не мог понять, что это, предчувствие грядущих неприятностей, или мне передалось настроение девушки. Поэтому решил не предавать этому значения.