Слово идальго. Карибское море - Дмитрий Светлов

Жилище капитана не назвать апартаментами, но там имелся большой стол с полудюжиной узких дубовых кресел. В кормовой части у окон накрыто на две персоны, на свободном от тарелок конце стола лежала морская карта, показывающая регион от Эспаньолы^[3] до Мексики. Рядом какие-то затейливые инструменты из меди и латуни, наверное навигационные, и большой компас в круглом корпусе из чёрного дерева. Артём без стеснения склонился над компасом, затем перешёл к карте. Начерченный курс говорил о том, что судно только что вышло из устья реки Сина и следовало в Коста-Рику. Далековато его занесло! Бесцеремонно открыв судовой журнал, глянул на сегодняшнюю дату, невольно поморщился и сел в предложенное капитаном кресло. Сейчас март одна тысяча семьсот первого года, придётся напрягать память и вспоминать историю.

– Ты знаком с навигацией? – позвонив в колокольчик, чтобы вызвать слугу, спросил Фернандо.

– Не самая сложная наука, – принимая из рук пришедшего по сигналу капитана юнги блюдо с двухкилограммовым омаром, ответил Артём и, вздохнув, добавил: – Но я совсем не умею командовать парусником.

– Ну дела! – хохотнул капитан. – Обычно все знают работу с такелажем и парусами, а навигаторов днём с огнём не сыщешь.

Макая пресную лепёшку в вино, Фернандо с удовольствием чавкал, Артём тем временем раздумывал над неожиданным бонусом. В разведбате их учили работать с картами и навигационными приборами. А в данной эпохе штурман и навигатор совершенно разные понятия. Европа «открыла» обычный транспортир всего лишь несколько лет назад, хотя круг делили на градусы ещё в древнем Шумере, а финикийцы применяли в мореплавании транспортир до рождения первого фараона. Более того, поморы использовали протрактор^[4] с незапамятных времён, а в этом времени европейские мореплаватели до сих пор плавают «на глазок». Но это всё голая теория, а Артёму необходимо получить практические навыки, поэтому он попросил:

– Научишь управлять судном?

– Запросто! – прочавкал капитан. – А ты осмотришь пушки.

Пушки! Да он их видел только в музее, причём таблички предупреждали: «Руками не трогать!» В попытке отвертеться от заведомо невыполнимого поручения он подошёл к карте, прикинул расстояние и нерешительно произнёс:

– Успею ли? С таким ветром мы за пять дней дойдём до Пуэрто-Вьехо.

– Пару дней простоим на рейде Сан-Лоренсо, – «успокоил» капитан. – Там обязательно найдётся несколько независимых торговцев.

Судовая артиллерия оказалась в междупалубном пространстве. Над головой капитанская и пассажирские каюты, под ногами главная палуба. Шесть пушек стояли в рядок посреди невысокого помещения с прикрытыми крышками люками (пушечными портами) в корму и по бортам. Разумно, при защите от пиратов орудия нетрудно перетащить на любое угрожаемое направление. Осмотрев с умным видом всё помещение, Артём приказал принести киянку^[5] и обстучал древнюю артиллерию. Звонкий резонанс гарантировал отсутствие трещин. Вот и ладненько, имитацию заумного освидетельствования можно растянуть хоть на месяц.

Плавание принесло Артёму неоценимую пользу, его уже не пугала паутина всевозможных верёвок. Полазив с капитаном по мачтам и реям, он понял основной принцип парусного вооружения. В наименованиях такелажа сначала шло название мачты, затем реи и завершалось функциональным назначением шкота или фала. В результате для тысячи всяческих верёвок хватило дюжины специализированных терминов. Разобравшись с командами и принципом управления парусным судном, Артём принялся осваивать «ядерную» артиллерию. Начав с имитации дотошного освидетельствования пушек, он постепенно заинтересовался устройством древних, но совсем не примитивных орудий. Освоившись, даже решился разок пальнуть, для чего пришлось испросить разрешение у корабля охранения. В итоге к концу плавания между ним и капитаном Фернандо де Арманос сложились приятельские отношения.

– В Пуэрто-Вьехо правят талассократы. – Так Фернандо начал рассказ о предстоящем местожительстве своего пассажира.

– Ты не ошибся? – уточнил Артём. – Ты хотел сказать «аристократы»?

– В столице не имеют понятия о жизни в самой Испании, что тут говорить о Новом Свете, – криво усмехнулся Фернандо.

– Ладно, ладно. Я тысячу раз слышал о глупых правителях, которые не имеют представления о реальной жизни в стране.

– Когда в Толедо потоком потекло золото Америки, Карл V затеял войну со всей Европой. Мало того, он решил уничтожить Османскую империю, даже высадил десант в Тунисе, – с раздражением начал повествование капитан.

– При чём здесь талассократы? – Артём попробовал вернуть исторический экскурс в актуальное русло.

– Да при том! Генуя взбунтовалась против французов и перешла под испанскую корону. Адмирал Андреа Дориа возглавил генуэзскую армию и вскоре стал правой рукой короля. Вскоре генуэзцы на правах полноправных граждан под видом торговли принялись активно вывозить отсюда золото и серебро, – с тем же раздражением продолжил Фернандо.

– Талассократами называют тех, кто ворует золото? – предположил Артём.

– Нет, почему же. Талассократами называют представителей торговых домов Генуи. Беда в том, что золото Америки минует Испанию и оседает в генуэзских банках, – пояснил капитан.

Некоторое время Артём переваривал неожиданную информацию, затем осторожно спросил:

– В Пуэрто-Вьехо живут только генуэзцы? Не лучше ли обосноваться в Новой Испании?^[6]

– Что ты, что ты, – замахал руками Фернандо, – как раз наоборот! К примеру, здесь градоначальник получает сто тысяч пистолей в год. Город Вера-Крус намного больше, но там представителю губернатора платят в два раза меньше.

Охренеть! Сто тысяч! Причём в монетах! Артём впал в транс, в его ушах зазвенел золотой водопад. Ну конечно же, город живёт золотом, поэтому и платить здесь должны много, дабы уберечь людей от соблазна сжульничать или украсть. Осталось уточнить некоторые детали из истории, иначе легко попасть впросак, поэтому он спросил:

– Почему королевские чиновники позволяют чужакам вывозить золото? Это же грабёж казны!

– Не смеши! Окружение короля по уши увязло в прикарманивании золота Америки! Они воруют галеонами! – с горечью ответил Фернандо.

– Неужели никто не в силах разорвать порочный круг? – эмоционально воскликнул Артём.

– Кому это надо? В своё время королевский совет убедил Карла V передать Испанию своему сыну Филиппу, оставив за собой только корону императора Священной Римской империи. Монарх согласился, но перебрался в Вену вместе с испанской казной. Сейчас история повторилась: сын французского короля Филипп V Бурбон занял в Мадриде трон, а вдовствующая королева Мария-Анна уехала вместе с казной к эрцгерцогу Карлу Австрийскому. За полтора столетия Испания дважды лишилась добытых в Америке богатств, – тяжело вздохнув, закончил капитан.